(1) Мой дядя Пётр Демьяныч как-то, собираясь в гимназию, где он преподавал латинский язык, заметил, что переплёт его синтаксиса изъеден мышами.
(2) — Прасковья, — сказал он, обращаясь к кухарке.
(3) — У нас мыши завелись?
(4) — А что ж мне делать? – ответила Прасковья.
(5) — Кошку бы ты завела, что ли...
(6) — Кошка есть; да куда она годится?
(7) И Прасковья указала на угол, где около веника, свернувшись калачиком, дремал худой, как щепка, белый котёнок.
(8) — Отчего же не годится? — спросил Пётр Демьяныч.
(9) — Молодой ещё и глупый.
(10) Почитай, ему ещё и двух месяцев нет.
(11) — Так его приучать надо, воспитывать!
(12) Возвращаясь из гимназии, дядюшка зашёл в лавку и купил мышеловку.
(13) За обедом он нацепил на крючок кусочек котлеты и поставил западню под диван.
(14) Ровно в шесть часов вечера под диваном вдруг раздалось «хлоп!».
(15) — Ага-а! – пробормотал Пётр Демьяныч, достав мышеловку, и так злорадно поглядел на крошечную мышь, как будто собирался поставить ей единицу.
(16) — Пойма-а-алась, по-одлая!
(17) Прасковья, неси-ка сюда котёнка!
(18) — Сича-ас! — отозвалась Прасковья и через минуту вошла, держа на руках потомка тигров.
(19) — Отлично! — забормотал Пётр Демьяныч, потирая руки.
(20) — Ставь его против мышеловки...
(21) Вот так...
(22) Котёнок удивлённо поглядел на дядю, на мышь, с недоумением понюхал мышеловку, потом, испугавшись яркого лампового света и человеческого внимания, на него направленного, рванулся и в ужасе побежал к двери.
(23) — Стой! — завопил дядя, хватая его за хвост.
(24) — Стой, подлец этакий!
(25) Мыши, дурак, испугался!
(26) Гляди: это мышь!
(27) Гляди же!
(28) Ну?
(29) Гляди, тебе говорят!
(30) Пётр Демьяныч взял котёнка за шею и потыкал его мордой в мышеловку.
(31) — Гляди, стервец!
(32) Возьми-ка его, Прасковья, и держи против дверцы...
(33) Как выпущу мышь, ты его тотчас же выпускай!
(34) Дядюшка придал своему лицу таинственное выражение и приподнял дверцу...
(35) Мышь нерешительно вышла, понюхала воздух и стрелой полетела под диван...
(36) Выпущенный котёнок задрал вверх хвост и побежал под стол.
(37) — Ушла!
(38) Ушла! — закричал Пётр Демьяныч, делая свирепое лицо.
(39) — Мерзавец!
(40) Постой же...
(41) Дядюшка вытащил котёнка из-под стола и потряс его в воздухе.
(42) — Каналья этакая... — забормотал он, трепля его за ухо.
(43) — Вот тебе!
(44) Вот тебе!
(45) Будешь другой раз зевать?
(46) Ккканалья...
(47) На другой день котёнка, после вчерашнего оскорбления забившегося под печку и не выходившего оттуда всю ночь, дядюшка снова взялся воспитывать — но история повторилась: после открытия дверцы мышь убежала, котёнок же, почувствовав себя на свободе, сделал отчаянный прыжок от мучителей-воспитателей и забился под диван.
(48) Во время третьего урока котёнок при одном только виде мышеловки и её обитателя затрясся всем телом и поцарапал руки Прасковьи...
(49) После четвёртого (и последнего) неудачного урока дядюшка вышел из себя, швырнул ногой котёнка и сказал:
(50) — Ни к чёрту не годится!
(51) Прошёл год.
(52) Тощий и хилый котёнок обратился в солидного и рассудительного кота.
(53) Однажды, пробираясь задворками, он вдруг услыхал шорох, а вслед за этим увидел мышь...
(54) Мой герой, будто припомнив дядюшкино воспитание, ощетинился, зашипел и, задрожав всем телом, малодушно пустился в бегство.
(55) Увы!
(56) Иногда и я чувствую себя в смешном положении бегущего кота.
(57) Подобно котёнку, в своё время я имел честь учиться у дядюшки — латинскому языку.
(58) Теперь, когда мне приходится видеть какое-нибудь произведение классической древности, то вместо того, чтоб жадно восторгаться, я начинаю вспоминать жёлто-серое лицо дядюшки, его крики, бледнею, волосы мои становятся дыбом, и, подобно коту, я ударяюсь в постыдное бегство.
(По А. П. Чехову)