(1) Когда при Берге произносили слово «Родина», он усмехался.
(2) Он не понимал, что это значит.
(3) Родина, земля отцов, страна, где он родился, – не так важно, где человек появился на свет.
(4) Земля отцов!
(5) Берг не чувствовал никакой привязанности ни к своему детству, ни к маленькому городку, где он родился.
(6) – Эх, Берг, сухарная душа! – с тяжёлым укором говорили ему друзья.
(7) – Какой из тебя художник, когда ты землю родную не любишь, чудак!
(8) Может быть, поэтому Бергу и не удавались пейзажи.
(9) Он предпочитал портрет, плакат.
(10) Он старался найти стиль своего времени, но эти попытки были полны неудач и неясностей.
(11) Однажды Берг получил письмо от художника Ярцева.
(12) Он звал его приехать в муромские леса, где проводил лето.
(13) Август стоял жаркий и безветренный.
(14) Ярцев жил далеко от безлюдной станции, в лесу, на берегу глубокого озера с чёрной водой.
(15) Он снимал избу у лесника.
(16) Вёз Берга на озеро сын лесника Ваня Зотов, сутулый и застенчивый мальчик.
(17) На озере Берг прожил около месяца.
(18) Он не собирался работать и не взял с собой масляных красок.
(19) Он привёз только маленькую коробку с акварелью.
(20) Целые дни он лежал на полянах и с любопытством рассматривал цветы и травы.
(21) Берг собирал ягоды шиповника и пахучий можжевельник, тщательно рассматривал осенние листья.
(22) На закатах журавлиные стаи с курлыканьем летели над озером на юг.
(23) Берг впервые почувствовал глупую обиду: журавли показались ему предателями.
(24) Они бросали без сожаления этот пустынный, лесной и торжественный край, полный безымянных озёр и непролазных зарослей.
(25) В сентябре пошли дожди.
(26) Ярцев собрался уезжать.
(27) Берг рассердился.
(28) Как можно было уезжать в разгар этой необыкновенной осени?
(29) Отъезд Ярцева Берг ощутил теперь так же, как когда-то отлёт журавлей, – это была измена.
(30) Чему?
(31) На этот вопрос Берг вряд ли мог ответить.
(32) Измена лесам, озёрам, осени, наконец, тёплому небу, моросившему частым дождём.
(33) – Я остаюсь, – сказал Берг резко.
(34) – Я хочу написать эту осень.
(35) Ярцев уехал.
(36) На следующий день Берг проснулся от солнца.
(37) Лёгкие тени ветвей дрожали на чистом полу, а за дверью разлилась тихая синева.
(38) Слово «сияние» Берг встречал только в книгах поэтов, считал его пафосным и лишённым ясного смысла.
(39) Но теперь он понял, как точно это слово передаёт тот особый свет, какой исходит от сентябрьского неба и солнца.
(40) Берг взял краски, бумагу и пошёл на озеро.
(41) Он торопился.
(42) Он хотел всю силу красок, всё умение своих рук и зоркого глаза, всё то, что дрожало где-то на сердце, отдать этой бумаге, чтобы хоть в сотой доле изобразить великолепие этих лесов, умирающих величаво и просто.
(43) Берг работал как одержимый.
(44) Никто его никогда таким не видел!
(45) Вернувшись в город, Берг обнаружил извещение о выставке.
(46) Его просили сообщить, сколько своих вещей он выставит.
(47) Берг сел к столу и быстро написал: «Выставляю только один этюд акварелью, сделанный мною этим летом, – мой первый пейзаж».
(48) Была полночь.
(49) Мохнатый снег падал снаружи на подоконник.
(50) В соседней квартире кто-то играл на рояле сонату Грига.
(51) Берг хотел проследить, какими неуловимыми путями появилось у него ясное и радостное чувство Родины.
(52) Оно зрело годами, но последний толчок дали лесной край, осень, крики журавлей...
(53) Почему?
(54) Берг никак не мог найти ответа, хотя и знал, что это было так.
(55) Берг знал, что теперь он связан со своей страной не только разумом, но и всем сердцем, как художник, и что любовь к Родине сделала его умную, но сухую жизнь тёплой, весёлой.
(56) Во сто крат более прекрасной, чем раньше.
(По К. Паустовскому*)