(1) В одной из недавних телепередач, где велась бурная дискуссия о проблемах современного образования, модная телезвезда разразилась гневной тирадой в адрес учителей.
(2) По её твёрдому убеждению, все они — это люди несостоявшиеся, неудачники, проигравшие борьбу за успех, они пришли в школу единственно для того, чтобы отомстить бедным детям за свою сломанную судьбу.
(3) Признаюсь: меня, человека уже пожилого, выросшего в послевоенные годы, эти слова ошеломили, будто бы какой-то нечестивец посмел прилюдно надругаться над святыней.
(4) В первый момент мне показалось, что происходящее — сцена из какого-то фильма и телезвезда просто-напросто играет отрицательную роль.
(5) Но, к сожалению, это был не фильм, и, к ещё большему сожалению, почему-то никто из публики не счёл возможным сказать хоть слово в защиту учителей.
(6) ...Шёл апрель 1947 года.
(7) Мы, разлучённые войной со своими отцами, росли без царя в голове, не признавая ни законов, ни правил.
(8) Голод, постоянные лишения, суровые жизненные условия — всё это наложило свой отпечаток на наши характеры.
(9) Тогда считалось нормальным всячески показывать своё пренебрежение к учителям, и чем более дерзко ты себя вёл, тем больше тебя уважали в мальчишеской компании.
(10) Учитель физики Иван Васильевич Матвеев пришёл к нам в седьмой класс.
(11) Ходил он медленно, с усилием опираясь на палочку, и когда нечаянно задевал раненой ногой угол парты, то лицо чуть заметно вздрагивало от боли.
(12) В конце месяца он, получив расчёт, возвращался с работы.
(13) Его встретила местная шпана, чтобы отобрать деньги.
(14) Учитель, невысокий крепыш, переложил палочку из правой руки в левую, затем двумя пальцами —указательным и средним — легонько стукнул главаря по верхней губе.
(15) Тот рухнул на землю, учитель посмотрел на оцепеневших разбойников и поковылял дальше.
(16) Весть о том, что учитель шутя расшвырял целую банду, моментально разнеслась по всему городку, а поскольку Иван Васильевич вёл физику в нашем классе, то все семиклассники в той или иной мере считали себя сопричастными этому подвигу.
(17) Мы даже освоили несколько характерных жестов своего учителя, говорить стали медленно, протяжно, видом своим показывая, что учитель поделился с нами секретными приёмами и теперь не приведи Бог кому-нибудь нас обидеть.
(18) Однажды я увидел, как Иван Васильевич, спускаясь со школьного крыльца, подал руку идущей следом учительнице математики.
(19) Та смущённо покраснела и поблагодарила физика.
(20) В тот же день, повинуясь безотчётному желанию во всём походить на учителя, я подал руку своей маме, когда она переходила по шаткой лесенке через теплотрассу.
(21) Мама удивлённо улыбнулась, потом обняла меня и сказала, ласково глядя повлажневшими глазами: «Спасибо, милый!
(22) Ты у меня уже совсем большой!»
(23) Стараясь казаться взрослыми, табаком мы начали баловаться чуть ли не с шести лет.
(24) Но, когда поняли, что наш учитель не курит, многие, в том числе и я, оставили эту вредную привычку.
(25) Как-то раз Петька Фёдоров ругнулся матом — дело
обычное для нас.
(26) Иван Васильевич, услышав неприличное слово, шёпотом сказал Петьке:
(27) — Это называется мужская слабость.
(28) С той поры я старательно избегал нецензурных слов в своей речи...
(29) Мысленно оглядываясь на прожитые годы, я понимаю, как много правильного, мудрого и необходимого подарил мне этот великий человек.
(30) Даже сегодня мне ещё хочется держаться за его крепкую руку, которая ведёт меня по дороге жизни.
По Лаптеву Е. А.