(1) Сколько себя помню, меня загоняли в постель ровнёхонько в половине десятого.
(2) А книжки отбирали, и если я проносил что-либо нелегально, то в самый увлекательный момент пододеяльного чтения бесшумно отпахивалась занавеска – я спал на кухне, на деревянном топчане, покрытом тоненьким матрасиком, набитым соломой, – кто-то возникал в проёме, и книжка изымалась.
(3) А спать мне не хотелось то ли по причине упрямства и самоутверждения, то ли из-за того, что я был взбаламучен уже прочитанным.
(4) Как бы там ни было, я не слишком расстраивался.
(5) Во-первых, потому, что подобное происходило ежедневно, а во-вторых – и это главное – у меня в запасе было ещё одно увлекательнейшее занятие: я придумывал себе сны.
(6) Ах, какие это были сны, если, конечно, мне везло и они в самом деле проходили передо мною, как на экране!
(7) Признаться, это случается со мной и сейчас, хотя возраст – как бы это поизящнее выразиться – внёс существенные коррективы в мои сценарии снов.
(8) В детстве я мечтал обрести способность оказаться в любимых книгах и не только зримо увидеть их героев, но и запросто пообщаться с ними.
(9) С Питером Марицем, юным буром из Трансвааля, с неугомонным бретёром д'Артаньяном, со знаменитым пиратом капитаном Флинтом или князем Серебряным.
(10) В детстве я свято верил, что в книгах излагаются исторические события, что их герои – в самом деле существовавшие и, что самое любопытное, продолжающие существовать люди, с которыми можно запросто встретиться где-то там, вне реальности, но вполне реально.
(11) Потом это прошло (может быть, к сожалению?), я стал сочинять нечто близкое к действительности и записывать это «нечто», а ощущение – будто чуточку обокрал себя.
(12) И стал куда беднее, чем в голодном детстве…
(13) Да, теперь я мечтаю об ином, но столь же нереальном, потому что мечтать реально – неинтересно, поверьте.
(14) Мечтать, подобно Корейке, о том, что я найду толстый бумажник, набитый сотенными?
(15) Глупо.
(16) Мечты бесценны сами по себе хотя бы потому, что способность мечтать – осколок утерянного детства.
(17) Крохотный, как бриллиант, и сверкающий, как бриллиант.
(18) А ведь человек живёт только в детстве своём.
(19) Только.
(20) В юности он – суетится, в зрелости – озабочен, в старости – раним.
(21) Вот почему мечты для меня – просто способ продолжения жизни.
(22) Всегда что-то обещающей и никогда не выполняющей своих обещаний.
(23) Может быть, именно в этом и заключается её прелесть?
(24) Как знать, как знать…
(25) Так что – мечтайте.
(26) Если упорно о чём-то мечтать, то мечта обретает зыбкие черты нереальной реальности, и вы снова к чему-то стремитесь, снова чего-то ждёте, снова чего-то желаете.
(27) Но ведь способность чего-то ждать и желать и есть основа нашей жизни.
(28) Например, желание заглянуть за горизонт.
(29) У человека всегда два равно недостижимых горизонта: будущее и прошлое.
(30) В будущее заглядывать тревожно, а тревога перед сном – гарантия тяжёлых сновидений.
(31) И я заглядываю за второй, дарованный только человеку горизонт.
(32) В прошлое.
(33) Оно прочно прикрыто толстым льдом прожитых веков, а потому вечно спокойно и безмятежно.
(34) Оно – БЫЛО, но ведь было!
(35) А «БЫЛО» – всего лишь одна из форм глагола «ЕСТЬ».
(по Б.Л. Васильеву*)
По Васильеву Б. Л.