Что приводит человека к отрицанию искусства? Ответ на этот вопрос можно найти в разговорах Ильи Ефимовича Репина со Львом Толстым.
Лев Толстой говорит художнику о равнодушии людей "ко всем ужасам жизни", об угнетении и несправедливом отношении к "меньшим братьям". Он подмечает, что "искусство <...> для серьёзного времени" — это ложные представления о гуманизме и добре, что и является для него причиной отрицания искусства, когда равнодушие и отсутствие совести являются уже привычными для общества.
Примером из текста, доказывающим позицию писателя, может стать эпизод, в котором Репин возражает Толстому и не соглашается с его мнением, на что Лев Николаевич называет его упрёки "детскими" и рассказывает о художнике, который понял, что искусство — безнравственное занятие и стал учителем. Этим Толстой хотел показать, что даже художники приходят к отрицанию своей деятельности и находят себя в полезной для общества работе.
Ещё одним примером, доказывающим позицию Л. Н. Толстого, являются его рассуждения о том, на что похоже искусство. Он сравнивает пристрастие к нему с защитой муравьёв и цветов от пахаря с плугом, с, казалось бы, гуманным поступком. Но этим сравнением писатель хотел донести до Репина, что увлечение искусством — бесполезное дело, когда страна переживает тяжёлое время. Глупо было бы полагать, что пахарю стало бы жалко насекомых и растений, и он бы перестал работать. Так и в действительности: люди увлекаются искусством, не замечая того, что происходит вокруг них и не пытаясь что-то изменить.
Лев Толстой в беседе с Репиным переходит от частного случая к общим рассуждениям. Сперва он рассказывает об отдельном художнике, пришедшем к отрицанию искусства, а затем размышляет в целом над ложным представлением людей об этом понятии.
Я согласна с мнением писателя. Действительно, к отрицанию искусства может привести нежелание видеть жестокость, социальное неравенство и что-то предпринимать для благополучия людей. Для доказательства собственной позиции приведу пример из литературы, а именно из произведения И.С. Тургенева "Отцы и дети". Евгений Базаров - нигилист, отрицающий всё, включая считающих себя либеральными и прогрессивными "аристократишек". В их число, по мнению Евгения Васильевича, входит Павел Петрович, который с умным видом обсуждает книги, рассуждает о прогрессе, но сам не уважает при этом простых людей и крепостных крестьян и не приносит своим принципом, самоуважением, никакой пользы обществу. Таким образом, Базаров отрицает искусство, потому что он убеждён в необходимости сперва разрушить всё старое, не имеющее смысла и не способное помочь людям, улучшить их жизнь, чтобы затем построить что-то новое.
(5)Я хорошо знал только его портрет работы И. Н. Крамского и представлял себе до сих пор, что Лев Толстой очень своеобразный барин, граф, высокого роста, брюнет и не такой большеголовый… (6)А это странный человек, какой-то деятель по страсти, убеждённый проповедник, заговорил он глубоким, задушевным голосом… (7)Он чем-то потрясён, расстроен — в голосе его звучит трагическая нота, а из-под густых грозных бровей светятся фосфорическим блеском глаза строгого покаяния. (8)Мы сели к моему дубовому столу, и, казалось, он продолжал только развивать давно начатую им проповедь о вопиющем равнодушии нашем ко всем ужасам жизни.
(9)К ним так привыкли мы — не замечаем, сжились и продолжаем жить и преступно двигаемся по отвратительной дороге разврата; мы потеряли совесть в нашей несправедливости к окружающим нас меньшим братьям, так бессовестно нами порабощённым, и постоянно угнетаем их. (10)И чем больше он говорил, тем сильнее волновался и отпивал стаканом воду из графина. (11)На столе уже горела лампа, мрачное и таинственное предвестие дрожало в воздухе. (12)Казалось, мы накануне Страшного суда… (13)Было и ново, и жутко… (14)Когда он поднялся уходить, я попросил позволения проводить его до их квартиры, — четверть часа ходьбы. (15)Прощаясь, он предложил мне по вечерам, по окончании моей работы, заходить к ним для предобеденной прогулки, когда я буду свободен. (16)Эти прогулки продолжались почти ежедневно, пока Толстые жили в Москве, до отъезда в Ясную Поляну.
(17)По бесконечным бульварам Москвы мы заходили очень далеко, совсем не замечая расстояний: Лев Николаевич так увлекательно и так много говорил. (18)Его страстные и в высшей степени радикальные рассуждения взбудораживали меня до того; что я не мог после спать, голова шла кругом от его беспощадных приговоров отжившим формам жизни. (19)Но самое больное место для меня в его отрицаниях был вопрос об искусстве: он отвергал искусство. — (20)А я, — возражаю ему, — готов примкнуть к огромному большинству нашего образованного общества, которое ставит вам в упрёк ваше отстранение, от себя особенно, этого прекрасного дара божьего. — (21)Ах, этот упрёк! (22)Он похож на детские требования от няни: непременно рассказать ту самую сказку, что няня вчера рассказывала, — знаете? (23)Непременно эту, знакомую, — новой не надо. (24)Я знаю, один молодой художник бросил искусство: он нашёл, что теперь отдаваться искусству просто безнравственно. (25)Он пошёл в народные учителя. (26)Значительно запоздав к обеду, мы возвращались уже на конках.
(27)Непременно на империале, — так он любил. (28)В сумерках Москва зажигалась огнями; с нашей вышки интересно было наблюдать кипучий город в эти часы особенного движения и торопливости обывателей. (29)Кишел муравейник и тонул в темневшей глубине улиц. (30)Но я мысленно был далёк от этой обыденности, меня глодала совесть. — (31)Знаете, на что похоже ваше искусство и ваше пристрастие к нему? — сказал Лев Николаевич. — (32)Пахарю надо вспахать поле плугом глубоко, а ему тут кто-то заступает дорогу, показывает копошащихся в земле червяков и говорит: «Да пощадите же вы этих так хорошо устроившихся червячков, — ведь это варварство!» (33)Или ещё: «А неужели же вы не обойдёте тех красивеньких полевых цветков?!» (34)Вот ваше искусство для нашего серьёзного времени.
(По И.Е. Репину*)
* Илья Ефимович Репин (1844—1930) — великий русский художник-реалист, мастер портретного, исторического и бытового жанра.
Связь между примерами названа (от частного к общему) и раскрыта.
Два примера-иллюстрации (художник-учитель; сравнение с пахарём), пояснения, связь (от частного к общему) названа и раскрыта.
В тексте — «червяки» (и «полевые цветки»), а не муравьи.
Фактическая ошибка: у Репина пахарю мешают жалеть «червяков» и «полевые цветки», а не «муравьёв»/«насекомых».
Перед «и стал» нужна запятая, закрывающая придаточное.
что происходит вокруг них и не пытаясь что-то изменить
Перед «и не пытаясь» нужна запятая, закрывающая придаточное.
Пропущены запятые, закрывающие придаточные, перед «и стал учителем» и «и не пытаясь».
Несочетаемость: пользу приносят делом/трудом, а не «принципом».
увлечение искусством — бесполезное дело
Дальше повтор корня «увлеч-» («люди увлекаются искусством»).
Несочетаемость «приносить пользу принципом»; повтор корня «увлеч-» («увлечение… увлекаются»).