(1)Один из самых обаятельных образов русской литературы — образ чудака. (2)Толковый словарь живого великорусского языка Владимира Даля, изданный в 1882 году, даёт такое определение: «Чудак, чудачка — человек странный, своеобычный, делающий всё не по-людски, а по-своему, вопреки общему мнению и обыку». (3)То есть естественны условия жизни, формирующие определённые мнения, естественны сложившиеся обычаи, и странны, неестественны люди, поступающие вопреки всему этому. (4)Он оставался избранной натурой, потому что его отличало редкое бескорыстие, которое никогда не было и, может быть, никогда и не будет уделом всех людей, как никогда не был и никогда не будет уделом всех художнический талант или дар философского мышления. (5)Кстати, о философском мышлении. (6)Чудак — не обязательно мыслитель, но это всё же человек, ведущий «философский образ жизни». (7)Чтобы меня поняли, обращусь к небольшой жизненной иллюстрации. (8)Я расскажу сейчас о парке. (9)Никто не верил, что можно этот парк разбить на высоте две тысячи сто метров над уровнем моря, в горах Армении. (10)А создать парк было важно: от этого зависело, быть или не быть маленькому селению Джермук с целебной минеральной водой большим курортом. (11)Нужен был парк, стягивающий к себе весь город. (12)И нашелся человек, который парк этот создал. (13)Старый лесник Кирилл Дрепало. (14)Раньше, до парка, Дрепало выращивал лес в высокогорных районах Армении. (15)Вместе с елью, сосной, березой он поднимался все выше и достиг тысячи шестисот метров над уровнем моря. (16)А потом создал и этот парк. (17)То, казалось бы, невозможное, что он совершил, состояло, в сущности, из обыкновенных возможностей: он ложился за полночь и поднимался в шесть, писал во все питомники страны, собирал семена и черенки, построил у себя опытную оранжерею. (18)А раньше, до черенков и оранжереи, когда однажды механизмы вышли из строя, «ворочал камни, как рассказывали, и усмирял топь собственными руками». (19)Он доставлял с высокогорных пастбищ хорошо унавоженную землю и добывал редкие семена неприхотливых гладиолусов. (20)Я был в Джермуке весной, когда парк оттаивал, и видел Кирилла Сергеевича Дрепало ежедневно за делом. (21)Вот он распаковывает ящик с рассадой, вот, после нежданной вьюги, погружает руки в оживающую землю. (22)Мне кажется, что в образе этого Старика воплощено нечто стабильное в нашей системе жизненных ценностей и целей. (23)Эту стабильность не могут поколебать самые бурные сегодняшние дискуссии. (24)Комфорт и счастье — разные вещи. (25)Можно жить с комфортом и не быть счастливым. (26)И можно быть счастливым при отсутствии комфорта. (27)Разумеется, я употребляю понятие «комфорт» в житейском, обыденном смысле, подразумевая под ним не сумму благоприятных обстоятельств и возвышенный покой души, а комплекс удобств, при которых личность чувствует себя достаточно уютно и защищенно. (28)Этот Старик удивителен, но не исключителен. (29)Я видел в жизни много подобных ему подвижников-бессребреников: они строят телескопы (разумеется, безвозмездно) для народных обсерваторий, ищут потерянные полотна больших художников, не для себя, а чтобы передать музеям, посылают черенки выведенных ими новых сортов растений во все концы мира… (30)В этих бескорыстных чудаках сосредоточилось, как в волшебной линзе, самое лучшее, высокое, цельное, что есть в нашем социальном строе и в нашем народном характере.
(По Е. М. Богату)