Текст: Все несчастья свалились на Ивановну и девчонок сразу, без всякой пощады.
Перед войной Катька и Лиза жили с матерью у отца, на границе. Он был военный.
Когда началась война, он сразу же отправил семью к Ивановне. Когда Катька с Лизой и матерью приехали, Ивановна показала им похоронную.
Немного оправившись от горя, мать устроилась на работу. Она нанялась на хлебозавод развозить по магазинам деревянную тележку с хлебом. Было на заводе одно преимущество - иногда можно выпросить у работниц пекарного цеха кусок хлеба, а то и целых полбуханки. Это строго каралось. Если кого-нибудь из рабочих хлебозавода охранники задерживали с хлебом, его немедленно отдавали под суд, но есть было нечего, Катька и Лиза голодали, а их мама рисковала.
Тележка была не очень уж и большая, но мать девочек после смерти отца постоянно болела, недоедала да еще и вставала часа в три, потому что к этому времени хлебозавод давал выпечку.
Случалось, когда усталые раздатчики обсчитывались на буханку-другую, тогда мать их утаивала, приносила домой. Девчонки прыгали, отламывали горбушки, а мать глядела на них и беззвучно плакала. Она, наверное, стыдилась, что кого-то обманывала, но голод сильней стыда, да еще если голодают дети.
Была слякотная осень. Михаська увидел у обочины дороги мать Лизы и Катьки, стоявшую на коленях возле тележки со сломанным колесом. Она пыталась надеть колесо на ось, но не могла поднять покосившуюся набок тележку. В другой раз Михаська увидел, как рядом с матерью, напирая на деревянную перекладину руками, шла Катька.
Начинало подмерзать, тележку заносило в сторону.
Михаська подбежал тогда к ним, запрягся третьим в упряжку.
Беда случилась осенью сорок первого: маму Лизы и Катьки задавила машина.
Хлебную тележку, которую везла мама Катьки и Лизы, занесло на гололеде, а вслед за ней шел грузовик, шофер стал тормозить, и машину тоже понесло по скользкому льду прямо на тележку...Катька сказала Михаське, что шофером тоже была женщина. Это была пожилая тетка. Удивительно, что она водила машину, но кем только тогда не работали женщины! Тетка приносила Ивановне муку, потом приносила деньги, и еще много раз приходила, и так ходила всю войну, пока вдруг не исчезла. Ивановна узнала потом: тетка эта, такая неприметная и маленькая, умерла от сыпного тифа. Ивановна плакала, а Михаська удивлялся, почему она плачет. Но Ивановна плакала так, будто потеряла родного человека; она ведь даже в суд ходила, просила, чтоб эту тетку не судили.
"Она ведь тут ни при чем"
' - говорила Ивановна.
Ребятам в школе давали талоны на разовое питание, но за эти талоны надо было платить. У Ивановны денег хватало только на талоны для Лизы.
Когда Михаська ел, к нему подходили какой-нибудь пацан или девочка и говорили: "Оставь немного". Таких ребят было много, их прозвали шакалами из восьмой столовой. Михаська всегда выглядывал в толпе Катьку - она тоже считалась шакалкой. Катька стыдилась своего прозвища, стыдилась просить; она просто иногда проходила мимо столов, и если оставался кусочек хлеба или еще что-нибудь, она брала, но никогда не подходила, если человек сидел за столом, и не глядела ему в рот. Михаська махал рукой Катьке, она краснела, но к столу шла.
Михаська всегда делился с ней и первым и вторым и оставлял полстакана киселя.
Потом у него жужжало что-то в животе, но не позвать Катьку, похожую на скелет, он не мог. Он вспоминал войну, как там сражаются бойцы - ведь делятся, наверное, последним куском друг с другом и махорочку делят, - и ему становилось стыдно от одной мысли, что он все хотел съесть сам и не позвать
Катку. Інтодво
А. Лиханов «Чистые камушки»
Текст ЕГЭ