Во все мои четыре года каторги я вспоминал беспрерывно всё моё прошедшее.
????На этот раз мне вдруг припомнилось почему-то одно незамет-ное мгновение из моего детства, когда мне было всего девять лет от роду.
(3) Мне припомнился август месяц в нашей деревне: день сухой и ясный, но несколько холодный и ветреный.
(4) Я прошёл за гумна и, спустившись в овраг, поднялся в Лоск - так назывался у нас густой кустарник по ту сторону оврага до самой рощи.
(5) Занимают меня букашки и жучки, я их собираю, есть очень нарялные: люблю я тоже маленьких, проворных, красно-жёлтых ящериц, с чёрными пятныш-ками.
(6) Грибов тут мало; за грибами надо идти в березняк, и я собираюсь отправиться.
(7) Вдруг среди глубокой тишины я ясно и отчётливо услышал крик: «Волк бежит»
(8) Я вскрикнул и вне себя от испуга, крича в голос, выбежал на поляну, прямо на пашушего мужика.
(9) Это был наш мужик Марей.
(10) Я знал его, но до того никогда почти не случалось мне заговорить с ним.
(11) Он остановил кобы-лёнку, заслышав крик мой, и когда я, разбежавшись, уцепился одной рукой за его соху, а другою за его рукав, то он разглядел мой испуг.
?????- Волк бежит! - прокричал я, задыхаясь.
?????Он вскинул голову и невольно огляделся кругом.
?????— Где волк?
?????- Кто-то закричал сейчас: «Волк бежит»... - пролепетал я.
?????- Что ты, что ты, какой волк, померещилось; вишь! Какому тут волку быть! — бормотал он, ободряя меня.
?????Но я весь трясся и еще крепче уцепился за его зипун.
(18) Он смотрел на меня с беспокойною улыбкою, видимо боясь и тревожась за меня.
?????- Ишь ведь испужался, ай-ай! - качал он головой.
?????Он протянул тихонько свой толстый с чёрным ногтем за-пачканный в земле палец и тихонько дотронулся до вспрыгивавших моих губ.
?????- Ишь ведь, ай, - улыбнулся он мне какою-то материнскою и длинною улыбкой, — господи, да что это, ишь ведь, ай, ай!
?????Я понял, наконец, что волка нет и что мне крик «Волк бежит» померещился.
(23) Крик был, впрочем, такой ясный и отчётливый, но такие крики (не об одних волках) мне уже раз или два и прежде мере-шились, и я знал про то.
(24) Потом, с детством, эти галлюцинации прошли.
?????- Ну, я пойду, — сказал я, вопросительно и робко смотря на него.
?????- Ну и ступай, а я те вослед посмотрю.
(27) Уж я тебя волку не дам! — прибавил он, всё так же мне улыбаясь.
?????Я пошёл, оглядываясь назал почти каждые десять шагов.
?????Марей, пока я шёл, всё стоял с своей кобылёнкой и смотрел мне вслед, кажлый раз кивая мне головой, когда я оглядывался.
(30) Мне,признаться, было немножко перед ним стыдно, что я так испугался, но шёл я, всё еще очень побаиваясь волка, пока не поднялся на ко. согор оврага, до первой риги; тут испуг соскочил совсем.
(31) И вдруг откуда ни возьмись бросилась ко мне наша дворовая собака Волчок
(32) С Волчком-то я уж вполне ободрился и обернулся в последний раз к Марею.
(33) Лица его я уже не мог разглядеть ясно, но чувствовал, что он всё точно так же мне ласково улыбается и кивает головой.
(34) я махнул ему рукой, он махнул мне тоже и тронул кобылёнку.
(35) Я тогда, придя домой от Марея, никому не рассказал о моём «приключении».
(36) Да и какое это было приключение?
(37) Да и об Марес я тогда очень скоро забыл.
(38) Встречаясь с ним потом изредка, я никогда даже с ним не заговаривал, и вдруг теперь, двадцать лет спу-стя, в Сибири, припомнил всю эту встречу с такою ясностью, до самой последней черты.
(39) Значит, залегла же она в душе моей неприметно, сама собой и без воли моей, и вдруг припомнилась тогда, когда было надо...
(40) Конечно, всякий бы ободрил ребёнка, но тут в этой уединён-ной встрече случилось как бы что-то совсем другое, и если б я был собственным его сыном, он не мог бы посмотреть на меня сияющим более светлою любовью взглядом, а кто его заставлял?
(41) Был он собственный крепостной наш мужик, а я всё же его барчонок; никто бы не узнал, как он ласкал меня, и не наградил за то.
(42) Встреча была уеди-нённая, в пустом поле, и только бог, может быть, видел сверху, каким глубоким человеческим чувством и какою тонкою нежностью может быть наполнено сердце иного зверски невежественного крепостного русского мужика.
(43) И вот, когда я сошёл с нар и огляделся кругом, помню, я вдруг почувствовал, что могу смотреть на этих несчастных совсем другим взглядом и что вдруг, каким-то чудом, исчезла совсем всякая ненависть и злоба в сердце моём.
(44) Я пошёл, вглядываясь в встречав-шиеся лица.
(45) Этот обритый и шельмованный мужик, с клеймами на лице и хмельной, орущий свою пьяную сиплую песню, ведь это тоже, может быть, тот же самый Марей: ведь я же не могу заглянуть в его сердце.
(По Ф. Достоевскому)