Какого человека можно назвать героем?
А.Я.Бруштейн считает, что назвать героем можно человека, который спасает жизнь другим людям, при этом подвергая себя опасности.
Автор повествует о разговоре с папой. Девочка удивлена, почему папа не считает героем укротительницу зверей, которая три раза в день входит в клетку к хищникам. Он утверждает, что такая смелость никому не нужна, и действия укротительницы нельзя назвать геройством, потому что она никого не спасла. Становится очевидно, человека, который "бросает свое мужество на ветер, на потеху ротозеев", нельзя назвать героем только из-за того, что он смелый.
Далее автор пишет о настоящих героях. Сначала мама рассказывает про своего отца, военного врача. Он награжден за самоотверженную подачу помощи раненым под сильным огнем неприятеля. Дедушка рассказчицы был хирургом и знал, что важно оказать раненому помощь как можно скорее. Затем папа делится историей про обожженного пожарного, которого три дня назад привезли к ним в госпиталь. Этот человек спас взрослых и детей, запертых в горящем доме, который вот-вот рухнет. В результате, пожарный получил тяжелые ожоги. Читатель понимает, что настоящий герой - тот, который помогает другим, рискуя своей жизнью.
Приведенные примеры противопоставлены: первый пример показывает, что бессмысленная смелость не делает человека героем, настоящий герой направляет свое бесстрашие на помощь другим людям.
Я согласна с позицией автора. Считаю, что герой - это тот, кто не боится лишиться своей жизни ради спасения других. Так, прошлым летом мой брат спас незнакомца, у которого свело ногу на глубине озера. Брат понимал всю опасность и все равно поплыл на помощь человеку. Я думаю, что этот поступок настоящего героя.
Таким образом, героем можно назвать человека, который, подвергая себя опасности, готов прийти на помощь другому.
– (2)Укротительница зверей не герой?
– (3)Нет, Саша, не герой.
– (4)Ой, папа, что ты говоришь! (5)Ты вошёл бы в клетку со львами и с тиграми?
– (6)Нет. (7)Не вошёл бы.
(8)Я торжествую:
– Вот видишь! (9)А говоришь: она не герой! (10)А сам не вошёл бы! (11)Значит, боишься?
– (12)Конечно, боюсь. (13)Разве я тебе сказал, что я такой же смелый человек, как эта укротительница? (14)Таких бесстрашных людей, может быть, только одного на тысячи и найдёшь. (15)Но ведь кому нужна эта смелость? (16)Зачем укротительница три раза в день входит в клетку с хищниками? (17)Если бы она, рискуя жизнью, спасла этим кого-нибудь: безоружного человека, ребёнка, ну хоть корову – это было бы геройство!
(18)А так – бросать своё мужество на ветер, на потеху ротозеев… (19)Ну подумай сама: в чём тут геройство?
– (20)Знаете что, друзья мои? – вдруг сказал папа. – (21)Если уж зашёл у нас этот разговор, то давайте поговорим о геройстве. (22)Пусть каждый из нас расскажет о каком-нибудь герое, которого он сам знал. (23)Кто первый? (24)Ты, Леночка?
(25)В пылу разговора я и не заметила, как в комнату вошла мама и слушала всё, что мы говорили. (26)Она берёт со своего столика небольшую фотографию в рамочке и подаёт её мне.
– (27)Знаешь, кто это? – спрашивает мама.
– (28)Конечно! (29)Это мой дедушка.
– (30)Да. (31)И мой отец. (32)Он был военный врач. (33)И в приказе военного командования было сказано: «Наградить Семёна Михайловича Яблонкина за самоотверженную подачу помощи раненым под сильным огнём неприятеля». (34)И так четыре раза – после четырёх сражений – награждали моего папу, твоего дедушку!
– (35)«Под сильным огнём неприятеля»? – переспрашиваю я. – (36)Это что значит?
– (37)А то, – поясняет папа, – неприятель палил из пушек, раненые падали, а дедушка твой не сидел поодаль в безопасности, не ждал, пока их принесут к нему. (38)Он был хирург и знал, что важно оказать раненому помощь как можно скорее. (39)Он лез в самый огонь, выносил раненых из боя, перевязывал их тут же, на месте… (40)Смелый был человек дедушка твой Семён Михайлович и герой: сотни жизней спас! (41)Не о себе думал – о людях…
– (42)Папа, а ты когда-нибудь видел героя?
– (43)А как же! (44)Вот три дня назад к нам в госпиталь обожжённого человека привезли. (45)Пожарного. (46)Трёх человек из горящего дома вынес. (47)И тогда вдруг оказалось, что в запертой квартире осталось двое ребят. (48)Дом уже весь пламенем охватило, вот-вот рухнет! (49)Пожарный снова полез в дом, нашёл детей. (50)Выбраться с ними было трудно: внутренняя лестница уже обвалилась – пожарный выбросил детей из окна, а внизу люди их на тюфяк подхватили. (51)А вслед за детьми и пожарный выпрыгнул. (52)Очень тяжёлые ожоги у него…
– (53)Что ж? – обращается папа ко мне. – (54)Вот тебе герой, которого я видел три дня тому назад. (55)Не герой, нет?
– (56)Герой… – соглашаюсь я тихонько. – (57)Герой, да…
(По А.Я. Бруштейн*)
* Александра Яковлевна Бруштейн (1884—1968) — русская советская писательница, автор автобиографической трилогии «Дорога уходит в даль».
Хорошо названная и содержательно раскрытая смысловая связь — противопоставление работает на главную мысль автора.
Два точно подобранных примера, противопоставление как тип связи названо и содержательно раскрыто.
В БСП с вводящей формулой «становится очевидно» нужно двоеточие, а не запятая. Правильно: «Становится очевидно: человека, который…».
не делает человека героем, настоящий герой направляет свое бесстрашие на помощь другим людям
Две самостоятельные мысли через запятую — нужно разбить точкой или точкой с запятой. Правильно: «…не делает человека героем; настоящий герой направляет своё бесстрашие на помощь другим людям».
Запятая вместо двоеточия в БСП с пояснением («Становится очевидно, человека…»); запятая между двумя самостоятельными мыслями в пояснении связи.
Пропуск опорного «это» в составном именном сказуемом. Правильно: «Я думаю, что это поступок настоящего героя».
Пропуск опорного «это» в «этот поступок настоящего героя» — нужно «это поступок настоящего героя».