Верно ли утверждение С. Рихтера о том, что хорошая музыка в хорошем исполнении не требует слов? На этот проблемный вопрос даётся ответ в предложенном для анализа тексте. По мнению Михаила Семёновича Казиника, не все способны понять хорошую музыку без слов, но поэзия может помочь прочувствовать её. Проследим, как раскрывается эта мысль в тексте.
В качестве первого примера, подтверждающего мнение автора, приведу предложения 30-34. Все отзывы студентов о концерте были негативными: «какой-то театр для глухонемых. Тоска! Бывают же ненормальные, которым это нравится». Становится очевидно, что студенты не смогли понять музыку без слов, хоть и её исполнение было идеальным.
В качестве второго примера приведу дальнейшие события. Рассказчик разговаривал с ребятами о Бетховене, жизни и стихах, а после – начал играть сонату. В тексте говорится: «И произошло чудо. После окончания музыки ребята стали единогласно и вполне серьёзно утверждать, что «тот дядька» этой музыки не играл. Тот просто стучал по клавишам, и это было громко и скучно». Однако, музыка, которую играл рассказчик, показалась им прекрасной. Автор подчеркивает, что поэзия и дополнительные знания помогают намного лучше понять музыкальное произведение.
Примеры противопоставлены по смыслу. В первом примере студенты не смогли понять музыку, но второй показывает, что это возможно благодаря поэзии. Становится очевидно, что слова часто нужны для понимания музыки.
Я согласна с автором. Музыку тяжело понять обычному слушателю без знания её значения и истории. Например, однажды я услышала песню, одобренную многими критиками. Сначала она показалась мне самой обычной. Однако, потом я узнала, что эта музыка была написана для фильма. Я посмотрела его, и песня наполнилась для меня совсем другим смыслом. Так, для хорошего понимания музыки, нужно знать её историю.
Таким образом, даже музыка в хорошем исполнении порой требует словесных объяснений.
(6)Однажды я решил провести в Москве один эксперимент.
(7)За месяц до концерта Рихтера в Большом зале Московской консерватории я с огромным трудом, используя все мои связи, добыл пятнадцать билетов на этот концерт. (8)Один билет взял себе, а остальные четырнадцать раздал учащимся одного из московских техникумов.
(9)Зачем я это сделал? (10)Это ли не жестокость в условиях вечного дефицита билетов на рихтеровские концерты! (11)Я сделал это, чтобы соблюсти условия рихтеровского утверждения о хорошей музыке в хорошем исполнении для любого человека. (12)Я даже перевыполнил условия.
(13)Ведь всем известно, что исполнение Рихтера не просто хорошее, но совершенно гениальное. (14)И музыка была самого высокого уровня – поздние фортепианные сонаты Бетховена.
(15)Билеты я вручил современной молодёжи из московского техникума. (16)Не знаю почему, но я был уверен, что ни один из них никогда не был на концерте Рихтера и никогда не слышал бетховенских сонат. (17)Я оказался прав. (18)При встрече перед концертом я рассказал им о невероятной престижности этого концерта, о том, с какими трудностями я столкнулся при добывании билетов. (19)О том, как нелегко нам будет пробираться через толпу из тысяч людей, которые надеются на чудо – лишний билетик. (20)Рассказал и о том, сколько смог бы заработать денег, если бы сейчас продал все пятнадцать билетов. (21)В общем, подготовил как мог.
(22)Единственное, о чём я им не рассказал, – что это будет за концерт.
(23)И единственная просьба, которую я изложил моим ученикам, – написать на листе бумаги свои впечатления от концерта. (24)Итак, эксперимент начался!
(25)Мы продирались через тысячи людей, ищущие глаза которых напоминали глаза голодных волков, пытающихся в зимнем лесу рассмотреть хотя бы одного зайца, чтобы не умереть с голоду. (26)Спасительными зайцами на этот раз были лишние билеты, которые удовлетворили бы духовный голод многих тысяч людей.
(27)Мои спутники были потрясены. (28)Листы бумаги с их впечатлениями от концерта, где самый великий музыкант играл самую великую музыку, я храню все эти годы. (29)Все четырнадцать листочков – впечатления, полученные «любыми» людьми на концерте. (30)Приведу только один пример, отражающий общее настроение слушателей: «Какой-то театр для глухонемых. (31)Тоска! (32)Бывают же ненормальные, которым это нравится».
(33)Не было ни одного положительного отзыва. (34)Ни одного! (35)Но столь печально это не закончилось, ибо наш эксперимент продолжился.
(36)Мы с ребятами договорились о встрече. (37)В небольшом помещении с роялем и проигрывателем. (38)И там мы разговаривали. (39)О жизни, о Бетховене, о смерти, о любви. (40)Постепенно перешли на поэзию. (41)Мы говорили о том, чем слово в стихе отличается от слова в жизни. (42)Главной задачей было привести моих собеседников к возможности услышать последнюю часть последней сонаты Бетховена и попытаться вызвать у них настоящее потрясение.
(43)Мы общались очень долго в этот вечер. (44)Никто из них никуда не спешил.
(45)И когда я понял, что никому из них не хочется уходить, то испытал невероятное ощущение радости.
(46)А когда я начал играть вторую часть Тридцать второй сонаты Бетховена, то мгновенно почувствовал, что музыку и слушателей объединяет ток высочайшего напряжения. (47)Затем мы создали полумрак: погасили свет и зажгли свечи. (48)А потом в записи великого Святослава Рихтера слушали эту длиннейшую часть – музыку бетховенского прощания с миром.
(49)И произошло чудо. (50)После окончания музыки ребята стали единогласно и вполне серьёзно утверждать, что «тот дядька» этой музыки не играл. (51)Тот просто стучал по клавишам, и это было громко и скучно. (52)Иногда – тихо и скучно. (53)А музыка, которую они услышали сегодня, просто прекрасна.
(54)Что же случилось? (55)Почему не подтвердились слова великого музыканта о «хорошей музыке в хорошем исполнении»?
(56)Я склонен считать, что поэзия находится на полпути между вербальностью обыденной речи и полной невербальностью музыки. (57)Поэтому для перехода в музыкальный космос нам может очень помочь космос поэтический. (58)Вот причина, по которой в тот далёкий вечер я читал ребятам из техникума стихи.
(По М.С. Казинику*)
*Михаил Семёнович Казиник (род. в 1951 г.) – советский и российский искусствовед, музыкант, писатель, режиссёр, просветитель, популяризатор классической музыки.
Лишняя запятая после союза «однако» в начале предложения: здесь «однако» — противительный союз (= «но»), не вводное, запятой не отделяется. «Однако музыка, которую играл рассказчик...».
Однако, потом я узнала
То же: лишняя запятая после союза «однако» в начале предложения. «Однако потом я узнала».
Так, для хорошего понимания музыки, нужно знать её историю.
Лишние запятые вокруг обстоятельства «для хорошего понимания музыки» в начале предложения. Обстоятельство в этой позиции не обособляется.
Три пунктуационные ошибки: две лишние запятые после союза «однако» в начале предложения; лишние запятые вокруг обстоятельства «для хорошего понимания музыки» в начале предложения.
Однообразие зачинов двух смежных абзацев-комментариев: «В качестве первого примера...», «В качестве второго примера...». Лучше разнообразить: «Размышляя над проблемой, автор показывает...», «Особое внимание автор уделяет...».
Однообразие синтаксических конструкций в зачинах двух смежных абзацев-комментариев («В качестве первого/второго примера...»).