Можно ли научиться понимать музыку? Именно этим вопросом задается Михаил Семёнович Казиник в предложенном для анализа тексте.
Позиция автора ясна: он считает, что музыку понять сложно, однако намного проще это сделать при помощи поэзии или иных вербальных средств.
В тексте автор рассказывает о том, как однажды пригласил на концерт Святослава Рихтера группу людей, незнакомых с его творчеством. После выступления молодые люди изложили на бумаге полученные эмоции. Всем им показалось, что музыкант "просто стучал по клавишам". Читатель понимает, что неподготовленный слушатель часто не может по достоинству оценить то или иное инструментальное произведение.
Далее автор размышляет о том, почему слова Святослава Рихтера не соответствуют действительности. Михаил Семёнович Казиник считает, что "поэзия находится на полпути между вербальностью обыденной речи и полной невербальностью музыки". Подтверждением этих слов можно считать вечер, когда рассказчик собрал всех тех, кого приглашал на концерт. Они "общались очень долго в этот вечер" и слушали Бетховена. Тогда автор "почувствовал, что музыку и слушателей объединяет ток высочайшего напряжения". Читатель осознаёт, что слова помогают лучше понять произведение.
Оба примера, дополняя друг друга, раскрывают разные особенности понимания музыки и позволяют сформулировать ответ на поставленный вопрос.
Я полностью согласен с мнением автора, поскольку считаю, что музыка находит более сильный отклик при наличии в ней слов. Приведу пример из жизненного опыта, чтобы подтвердить свою точку зрения. Однажды мне удалось посетить концерт камерного оркестра, который исполнял произведения другого исполнителя. Вместо вокалиста был скрипач. Именно эта деталь полностью изменила мое восприятие услышанных песен. Слушая этот концерт, я чувствовал намного меньше эмоций, чем при прослушивании оригинальных композиций. Всему виной было отсутствие настоящего голоса в музыке.
В заключение можно сделать вывод, что инструментальную музыку понять сложно, однако при добавлении в неё слов она может приобрести индивидуальный смысл для каждого из слушателей.
(2)А я все говорил и говорю на своих концертах. (3)И буду говорить до конца моих земных дней. (4)Почему?
(5)Я очень хорошо понимаю Рихтера, но с его утверждением совершенно не согласен.
(6)Однажды я решил провести в Москве один ужасный эксперимент.
(7)За месяц до концерта Рихтера в Большом зале Московской консерватории я с огромным трудом, используя все свои связи, добыл 15 билетов на этот концерт. (8)Один билет взял себе, а остальные 14 раздал учащимся одного из московских ГПТУ.
(9)Зачем я это сделал? (10)Это ли не жестокость в условиях вечного дефицита билетов на рихтеровские концерты!
(11)Я сделал это, чтобы соблюсти условия рихтеровского утверждения о хорошей музыке в хорошем исполнении для любого человека.
(12)Я даже перевыполнил условия.
(13)Ведь всем известно, что исполнение Рихтера не просто хорошее, но совершенно гениальное.И музыка была самого высокого уровня – поздние фортепианные сонаты Бетховена. (14)Билеты я вручил современной молодежи из московского ГПТУ. (15)Не знаю почему, но был уверен, что ни один из них НИКОГДА не был на концерте Рихтера и НИКОГДА не слышал поздних бетховенских сонат (впрочем, также как и ранних).
(16)Я оказался прав, ибо в предварительном разговоре с ними получил подтверждение своей уверенности.
(17)При встрече перед концертом я рассказал им о невероятной престижности этого концерта, о том, с какими трудностями я столкнулся при добывании билетов.
(18)О том, как нелегко нам будет пробираться через толпу из тысяч людей, которые надеются на чудо – лишний билетик.
(19)Рассказал и о том, сколько смог бы заработать денег, если бы сейчас продал все 15 билетов.
(20)В общем, подготовил, как мог.
(21)Единственное, о чем я им не рассказал, ЧТО это будет за концерт.
(22)Ни слова. (23)Это – сюрприз.
(24)И единственная просьба, которую я изложил моим ГПТУшникам, – написать на листе бумаги свои впечатления от концерта.
(25)Итак, эксперимент начался!
(26)Мы продирались через тысячи людей, ищущие глаза которых напоминали глаза голодных волков, пытающихся в зимнем лесу рассмотреть хотя бы одного зайца, чтобы не умереть с голоду
Спасительными зайцами на этот раз были лишние билеты, которые удовлетворили бы духовный голод многих тысяч людей.
(27)Несколько фрагментов:
«Какой-то театр для глухонемых. (28)Тоска! (29)Бывают же ненормальные, которым это нравится».
(30)Не было ни одного положительного отзыва. (31)Ни одного!!!
(32)Переписывать все отзывы целиком мне не хочется. (33)Слишком печально.
(34)Но столь печально это не закончилось, ибо наш эксперимент продолжился.
(35)Мы с ребятами договорились о встрече. (36)В небольшом помещении с роялем и проигрывателем.
(37)И там мы разговаривали.
(38)О жизни, о Бетховене, о смерти, о любви.
(39)Постепенно перешли на поэзию. (40)Мы говорили о том, чем слово в стихе отличается от слова в жизни. (41)Кое-что из того, о чем я говорил, есть в книге.
(42)Мы общались очень долго в этот вечер. (43)Никто из них никуда не спешил. (44)И когда я понял, что никому из них не хочется уходить, то испытал невероятное ощущение радости.
(45)А когда я начал играть вторую часть Тридцать второй сонаты Бетховена, то мгновенно почувствовал, что музыку и слушателей объединяет ток высочайшего напряжения.
(46)Затем мы создали полумрак: погасили свет и зажгли свечи.
(47)А потом в записи великого Святослава Рихтера слушали эту длиннейшую часть – музыку бетховенского прощания с миром.
(48)И произошло чудо.
…После окончания музыки ребята стали единогласно и вполне серьезно утверждать, что «тот дядька» этой музыки не играл. (49)Тот просто стучал по клавишам.
(50)И что то было громко и скучно. (51)Иногда – тихо и скучно.
(52)А музыка, которую они услышали сегодня, – просто прекрасна.
(53)Что же случилось?
(54)Почему не подтвердились слова великого музыканта о «хорошей музыке в хорошем исполнении»?
(55)Я склонен считать, что поэзия находится на полпути между вербальностью обыденной речи и полной невербальностью музыки. (Я имею в виду, конечно же, музыку без слов.)
Поэтому для перехода в музыкальный Космос нам может очень помочь Космос поэтический.
…Вот причина, по которой в тот далекий вечер я читал ребятам стихи.
Проблемный вопрос сформулирован чётко.
Проблема и позиция автора сформулированы верно.
Пояснение связи формальное и абстрактное. Лучше: «Если первый пример показывает, что без вербальной подготовки серьёзная музыка не доходит до слушателя, то второй демонстрирует, что разговор и поэзия открывают слушателю доступ к ней».
Два примера-иллюстрации из исходника с микровыводами и цитатами, тип связи назван («дополнение»). Балл снижен за формальное пояснение связи («раскрывают разные особенности») — не показано, что именно второй пример добавляет к первому.
Согласие сформулировано + развёрнутый пример из жизненного опыта.
Согласие сформулировано, развёрнутый пример из жизненного опыта (концерт камерного оркестра).
Фактологическая неточность: в исходнике эта фраза прозвучала не сразу после концерта, а намного позже — после встречи, разговоров и сравнения с живой игрой автора (предл. 54-55). После первого концерта были другие отзывы: «театр для глухонемых», «тоска» (предл. 32-34).
Фактологическая неточность: цитата «просто стучал по клавишам» привязана к моменту сразу после первого концерта, тогда как в исходнике она прозвучала намного позже — после встречи и сравнения с живой игрой автора.
Однокоренная тавтология «исполнял — исполнителя» в одном словосочетании; плюс неточное словоупотребление: произведения пишет композитор, исполнитель их играет. Правильно: «исполнял произведения другого композитора».
Слушая этот концерт, я чувствовал намного меньше эмоций, чем при прослушивании оригинальных композиций
Однокоренная тавтология «слушая — прослушивании» в одном предложении. Замените одну из форм: «На этом концерте я чувствовал намного меньше эмоций, чем при прослушивании оригинальных композиций».
Три речевые ошибки: однокоренная тавтология «исполнял — исполнителя» (плюс неточное словоупотребление: произведения пишет композитор) и однокоренная тавтология «слушая — прослушивании» в одном предложении.