Сочинение
В чем заключается сила литературы?
В чем заключается сила литературы? Именно этим проблемным вопросом задается Константин Георгиевич Паустовский в предложенном для анализа тексте.
По мнению автора, сила литературы заключается в поэтическом восприятии жизни и всего окружающего-величайшем даре. Он объясняет, что человек, со временем не растерявший этот дар, становится поэтом или писателем. Чтобы подтвердить вышесказанное, приведу примеры из текста.
Чтобы привлечь внимание читателей, писатель размышляет о занятии литературой: “Когда же это началось? И как это вообще начинается?” Он считает, что писательство возникает еще в юности или в детстве, ведь тогда мир существует отлично от зрелых лет. Автор обращает внимание читателей на то, что сила литературы проявляется в таланте видеть мир яркими красками.
Продолжая размышления, Константин Паустовский рассказывает, что в юности больше всего писал стихов о море. Его праздничное “море вообще” соединяло всю романтику, которая, по словам автора, окружала земной шар, подобно плотной атмосфере. Писатель отмечает, что в детстве всячески романтизировал жизнь и легко находил вдохновение сочинять на малознакомые темы.
Приведенные примеры дополняют друг друга и помогают понять, что силой в литературе является взгляд на мир и обыденные вещи глазами беззаботного ребенка.
Я согласна с позицией автора. Чтобы доказать свою точку зрения, приведу пример из жизни. Моя мама очень творческий человек, который умеет легко скрасить серые будни, придумав что-то интересное. Она с детства пишет стихотворения для себя и родных на самые, казалось бы, скучные темы, но они получаются настолько оригинальными, что слушатели часто надолго остаются в восторге. Талант мамы-видеть то, чего не видят многие, и творить из этого искусство.
Подводя итог, хочу сказать, что сила литературы заключается в особом восприятии мира вокруг себя.
(7)В детстве и юности мир существует для нас в ином качестве, чем в зрелые годы. (8)В детстве горячее солнце, гуще трава, обильнее дожди, темнее небо и смертельно интересен каждый человек.
(9)Для детей каждый взрослый кажется существом немного таинственным — будь это плотник с набором фуганков, пахнущих стружкой, или учёный, знающий, почему трава окрашена в зелёный цвет.
(10)Поэтическое восприятие жизни, всего окружающего нас — величайший дар, доставшийся нам от детства. (11)Если человек не растеряет этот дар на протяжении долгих трезвых лет, то он поэт или писатель. (12)В конце концов, разница между ними невелика. (13)Ощущение жизни как непрерывной новизны — вот та плодородная почва, на которой расцветает и созревает искусство. (14)Когда я был гимназистом, я, конечно, писал стихи, такое множество стихов, что за месяц исписывал толстую общую тетрадь. (15)Стихи были плохие — пышные, нарядные и, как мне тогда казалось, довольно красивые. (16)Сейчас я забыл эти стихи. (17)Помню только отдельные строфы. (18)Например, такие:
О, срывайте цветы на поникших стеблях!
(19)Тихо падает дождь на полях.
(20)И в края, где горит дымно-алый осенний закат,
Пожелтелые листья летят...
(21)Но это ещё милость. (22)Чем дальше, тем больше я нагромождал в стихах всяческие, даже бессмысленные, красивости:
И опалами блещет печаль о любимом Саади
На страницах медлительных дней.
(23)Почему печаль «блещет опалами» — этого ни тогда, ни сейчас я объяснить не могу. (24)Просто меня увлекало самое звучание слов. (25)Я не думал о смысле. (26)Больше всего я писал стихов о море. (27)В ту пору я его почти не знал. (28)Это не было определённое море — не Чёрное, не Балтийское и Средиземное, а праздничное «море вообще». (29)Оно соединяло всё разнообразие красок, все преувеличения, всю безудержную романтику, лишённую подлинных людей, времени и реального географического пространства. (30)Тогда эта романтика окружала в моих глазах земной шар, подобно плотной атмосфере.
(31)Это было пенистое, весёлое море — родина крылатых кораблей и отважных мореплавателей. (32)Изумрудами горели на его берегах маяки. (33)В портах ключом била беззаботная жизнь. (34)Смуглые женщины неслыханной прелести были ввергнуты по моей авторской воле в кипение жестоких страстей. (35)В стихах и неясном волнении прошла большая часть моей бедной и по сути довольно горькой молодости. (36)Вскоре я бросил писать стихи. (37)Я понял, что это мишура, цветы из хорошо раскрашенных стружек, сусальная позолота. (38)Вместо стихов я написал свой первый рассказ. (39)У него была своя история.
(По К. Г. Паустовскому)
В исходнике Паустовский эту юношескую романтизацию называет «мишурой» — авторскую самооценку стоило учесть в пояснении ко второму примеру.
Два примера из исходника, оба с пояснениями, связь «дополняют друг друга» названа и пояснена. Все формальные требования выполнены, хотя авторскую самооценку юношеских стихов («мишура») стоило учесть.
Удачный собственный пример: конкретный, развёрнутый, прямо поддерживает авторский тезис.
Согласие сформулировано, пример из жизни (творческая мама) развёрнутый и поддерживает авторский тезис.
Между подлежащим (существительное в И. п.) и сказуемым-инфинитивом нужно тире, а не дефис: «Талант мамы — видеть то, чего не видят многие».
Одна пунктуационная ошибка: дефис вместо тире между подлежащим и сказуемым-инфинитивом в фразе «Талант мамы-видеть».
Плеоназм «взгляд глазами»: взгляд уже подразумевает зрение. Лучше: «детский взгляд на мир» или «взгляд беззаботного ребёнка».
Чтобы привлечь внимание читателей, писатель размышляет о занятии литературой
Однообразие синтаксических зачинов: предыдущий абзац тоже открывается оборотом «Чтобы…» («Чтобы подтвердить вышесказанное…»). Смените конструкцию.
Плеоназм «взгляд глазами» и однообразие синтаксических зачинов смежных абзацев (оба начинаются с «Чтобы…»).