В очередной раз я увидела обсуждение, нужна ли инклюзия, если «дети с особенностями мешают здоровым усваивать материал». Так начинается текст Н. Рожковой, который поднимает важную проблему: насколько необходима совместное обучение детей с разными возможностями и особенностями развития? Автор решительно выступает против идеи разделения на «сильных» и «слабых», утверждая, что изоляция в однородной среде наносит вред не только детям с ограничениями, но и здоровым, привыкшим к «идеальным» условиям.
Позиция Н. Рожковой выражена чётко и бескомпромиссно: стерильная среда — это всегда десоциализация, а инклюзия в равной степени нужна всем детям. Она пишет: «Не надо десоциализировать умных, способных детей. Лучше пусть повторят трижды правила умножения дробей, чтобы Вася с последней парты успел врубиться». По мнению автора, школа не должна создавать тепличные условия, а должна готовить учеников к реальному миру, где рядом будут разные люди — «один вспыльчивый, другой медлительный, третий нервный, четвёртый стучит пальцами по столу». Отсутствие такого опыта ведёт к тому, что, став взрослыми, такие люди не способны эффективно работать в коллективе и взаимодействовать с непохожими на себя.
Чтобы обосновать эту позицию, обратимся к примерам из текста. Автор показывает, как выглядит десоциализация в искусственно созданной однородной среде: «когда здоровый ребенок 11 лет жизни проводит в выдуманном мире, где все как один тоже здоровы, умны, сообразительны, шустры и схватывают на лету — это десоциализация». Поясняя этот пример, Н. Рожкова проводит параллель с сиротами и аутистами, которых изолируют в специализированных учреждениях. Она подчёркивает, что подобная изоляция лишает ребёнка понимания многообразия жизни. Этот пример свидетельствует о том, что отрыв от реальности, где люди разные, формирует искажённое восприятие мира и неготовность к нему.
Второй пример-иллюстрация — это описание молодого руководителя, который, получив блестящее образование, сталкивается с трудностями управления коллективом. Автор отмечает: «У него МВА, он точно знает, как менеджерить людей своего уровня интеллектуально-психического развития». Однако в реальной жизни он жалуется: «Работать невозможно, кругом одни дебилы!» — и требует подобрать «команду, чтобы даже у уборщицы был IQ не ниже 120». Этот пример показывает, что отсутствие опыта общения с разными людьми в школьные годы делает человека беспомощным перед лицом реального разнообразия. Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что узкая специализация и изоляция от «неудобных» людей в итоге оборачиваются неспособностью к простейшей кооперации.
Смысловая связь между этими примерами — причинно-следственная. Первый пример демонстрирует причину: десоциализация в «стерильной» школе формирует изоляционные установки. Второй пример показывает следствие: выросший в такой среде человек становится несостоятельным руководителем, который не умеет находить подход к обычным людям. Именно благодаря такому сопоставлению становится ясно, что проблема не в детях с особенностями, а в отсутствии инклюзивного опыта у здоровых детей, что впоследствии вредит и им самим, и обществу.
Я полностью согласна с позицией Н. Рожковой. Действительно, привычка жить и учиться только среди равных по интеллекту или здоровью лишает человека важнейших навыков эмпатии и сотрудничества. Например, в своей школе я наблюдала, как класс, где учились ученики с разным уровнем подготовки, становился дружнее и успешнее. Одноклассник, которому математика давалась с трудом, иногда отвлекал других, но мы научились помогать ему, объяснять материал, и это сплотило нас. Те, кто с пренебрежением относились к «слабым», быстро оказывались в изоляции. Этот жизненный опыт подтверждает мысль автора: инклюзия учит не только академическим предметам, но и человеческому общению.
Итак, Н. Рожкова убедительно доказывает, что разделение детей на группы по уровню способностей — это путь к десоциализации, а не к повышению эффективности обучения. Инклюзия необходима не как уступка «особым» детям, а как условие полноценного развития всех членов общества. Только в многообразной среде человек учится принимать других и находить общий язык с любым — и с гением, и с тем, кому требуется больше времени, чтобы понять правило умножения дробей.
(Н. Рожкова)