Какова цена войны и что она делает с самыми беззащитными — детьми? Именно эта проблема, поставленная в тексте А. Фешкиной, заставляет читателя задуматься о трагедии блокадного Ленинграда и искалеченных судьбах юных художников. Позиция автора по указанной проблеме сформулирована в последних строках текста: «Эта история отложилась в моей памяти на долгие годы, она открыла глаза на то, что действительно происходило во время блокады. Как же это страшно….». Писательница убеждена, что блокада — это невыносимые страдания, которые выпали на долю детей, лишив их самого главного — беззаботного детства, а порой и жизни.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. А. Фешкина рассуждает о том, как сама атмосфера блокадного класса была пронизана голодом и борьбой за выживание. Она описывает, как юные художники «в своих худеньких ручонках держали карандаши и водили им по листу бумаги», а перед ними стоял натюрморт: «темная тряпка, голубой полупрозрачный вазон и цветок подсолнечника». Автор отмечает, что этот цветок «не был искусственным, но уже не цвёл, и не издавал запаха. Его сорвали ещё в довоенное время и высушили». Этот пример свидетельствует о том, что даже в условиях страшного голода и холода детей пытались научить рисовать, сохранить видимость нормальной жизни, но сама обстановка была ненормальной. Учительница следила не за качеством рисунков, а за тем, «чтобы никто не умер от голода».
Кроме того, автор акцентирует внимание на истории одного мальчика, которая стала кульминацией повествования. Он остался в классе, когда все ушли гулять, и его взгляд приковал тот самый завядший подсолнух. Герой подумал: «Если его залить кипятком, то стебель и сердцевина размокнут, и его можно будет прожевать». Он понимал, что «это было бы нечестно по отношению к другим ребятам», но голод пересилил. Мальчик съел цветок, но его организм, ослабленный долгим голоданием, не справился. Приведённый пример-иллюстрация говорит о том, что война доводит человека до такого отчаянного состояния, когда инстинкт выживания заглушает все моральные принципы, а силы оказываются на исходе. Смысловая связь между приведёнными примерами — пояснение и одновременно противопоставление. Первый пример показывает попытку сохранить нормальную жизнь и образование в нечеловеческих условиях, а второй — их трагический провал, когда сама жизнь оказывается важнее любого искусства, но и её не удаётся спасти. Именно благодаря этому противопоставлению формируется правильное представление о том, что война — это абсолютное зло, лишающее детей будущего.
Я полностью согласен с точкой зрения автора. Действительно, страшные страницы истории, подобные блокаде Ленинграда, не должны быть забыты. Например, известна подлинная история Тани Савичевой, чей дневник стал одним из самых страшных свидетельств тех лет. Она, как и тот мальчик из рассказа, была ребёнком, у которого война отняла всех родных. Запись «Савичевы умерли. Умерли все. Осталась одна Таня» — это крик души, который показывает, что даже выжить физически, как Таня, не означает сохранить жизнь, полную радости. Искусство и в данном случае, и в тексте Фешкиной предстаёт как немой свидетель трагедии. Мальчик, рисовавший подсолнух, в конечном счёте стал жертвой не голода как такового, а всего бесчеловечного механизма войны.
Итак, рассказ о блокадном подсолнухе — это не просто история из прошлого, это предупреждение о том, как хрупка человеческая жизнь и как страшна война, которая без жалости забирает самых слабых и невинных.
(6)- Видите вон тот подсолнух, - она указала рукой на цветок, одиноко стоящий в вазе - о чём вы думаете, когда смотрите на него?
(7)Начался шум и гам, все хотели поделиться своими впечатлениями о подсолнухе. (8)Одна девочка сказала тогда, что цветок у нее ассоциируется с мамой: той нравились эти цветы.
(9)- А вот вы знали, ребята. (10)Что нашей художественной школе уже двести лет, она даже во время блокады работала, - продолжила свой рассказ Ольга Алексеевна, и все удивленно переглянулись. (11)- Да, и в военное время ребята рисовали. (12)Мне, когда я тоже училась в художественной школе, мой преподаватель рассказал такую историю…
(13)Наступила полная тишина, и только внимательно слушали повествование из далекого блокадного времени… (14)«В комнате было тепло, что удивительно для зимы сорок второго года, но , видимо, строение здания не позволяло температуре опускаться слишком низко. (15)За мольбертами на неустойчивых табуретках сидели дети. (16)В своих худеньких ручонках они держали карандаши и водили им по листу бумаги. (17)Перед детьми стоял натюрморт: темная тряпка, голубой полупрозрачный вазон и цветок подсолнечника. (18)Он не был искусственным, но уже не цвёл, и не издавал запаха. (19)Его сорвали ещё в довоенное время и высушили, поэтому теперь он является частью композиции, которую рисовали юные художники. (20)Старая учительница следила за детьми. (21)Смотрела, чтобы никто не умер от голода. (22)Она смотрела на детей со слезами на глазах. (23)Им так и не удалось насытиться радостями беззаботного детства. (24)Когда началась война, фашисты оккупировали Ленинград, и единственным путем в большой мир - была Ладога. (25)Дорога жизни, как её называли ленинградцы. (26)Еды не хватало, из-за чего люди ели всё, что смогли найти: кошек, собак, варили ремни и кожаные перчатки, заливали кипятком клей и бумагу - лишь бы что-нибудь съесть. (27)Лишь бы выжить…
(28)Ближе к двум часам дня учительница позвала детей гулять, но один мальчик отказался идти и остался в классе. (29)Он продолжал сидеть за мольбертом и смотреть на натюрморт. (30)Точнее, на завядший подсолнух. (31)«Если его залить кипятком, то стебель и сердцевина размокнут, и его можно будет прожевать», - подумал он. (32)Это было бы нечестно по отношению к другим ребятам, что были также голодны, как и он. (33)Но это не помешало ему взять цветок, залить его кипятком и съесть.
(34)Когда учительница вернулась с детьми с прогулки, они увидели сидящего на полу мальчишку. (35)Он склонился над тарелкой, где еще оставались остатки цветка, но больше не ел его. (36)Просто не мог…».
(37)- То есть, он умер? – с ужасом пропищала одна из девочек.
(38)- К сожалению, да, - тяжело выдохнув, ответила Ольга Алексеевна. (39)- Его организм не справился, поэтому, когда людей привозили из блокадного города в тыл, их всегда предупреждали не набрасываться на еду, иначе с ними могла произойти подобная ситуация.
(40)Это история отложилась в моей памяти на долгие годы, она открыла глаза на то, что действительно происходило во время блокады. (41)Как же это страшно….
(А. Фешкина)