(1)Лев Николаевич Толстой впервые вошёл в мою жизнь много лет назад, когда, заболев однажды, я был на месяц оторван от школы и прочитал четыре тома его «Войны и мира». (2)Не скажу, что детское чтение великой эпопеи оказалось для меня весьма плодотворным, но неповторимые образы её героев, широкая панорама русской жизни, картины далекого прошлого не могли не пленить воображение. (3)Это было добротное чтение, хотя, разумеется, читать и перечитывать Толстого нелишне в любом возрасте. (4)Как никто другой из великих художников, он обладает неиссякаемой щедростью ума, живостью наблюдений, способностью постоянно влиять на формирование человеческих душ. (5)И это прекрасно, когда общение с его духовной сокровищницей не заканчивается однажды, а продолжается в течение всей жизни. (6)Предельная искренность, глубинное проникновение в человеческую сущность, социальная значимость и непрекращающееся искусство привлекают к нему многие поколения читателей. (7)Созданные более века назад «Севастопольские рассказы» наглядно свидетельствуют о том, как следует понимать сражающийся русский народ, как следует изображать в литературе. (8)Огромный талант и художественное мужество великого Толстого дали ему право написать бессмертные строки, являющиеся непреходящим императивом всякой настоящей литературы: «Герой моей повести, которого я люблю всеми силами души, которого всегда был, есть и будет прекрасен, — правда». (9)Казалось бы, всё очень просто, иначе и не может быть: правда была и остается великим содержанием литературы. (10)На деле же не больше забот у пишущего, чем его отношение к такой постоянно ускользающей, столь изменчивой и текучей категорией, какой является правда. (11)Толстой же обладал удивительной, по-видимому, врожденной способностью различать в запутанных и многосложных проявлениях жизни глубинную сущность правды, а его грандиозный талант превращал её в непременного героя его художественной прозы. (12)Наверно, и для Толстого это было непросто, иначе он не написал бы однажды, «как ни странно это сказать, искусство требует ещё больше точности... чем наука». (13)Несколько парадоксально звучат в наш НТР и покорения космоса его слова, но вещий их смысл не сможет не разделить каждый сколько-нибудь серьезный писатель или думающий читатель. (14)Мы привыкли к непререкаемой справедливости известного ленинского высказывания о графе Толстом, до которого не было...
(15)Дело, наверно, всё-таки не в образе жизни, а врожденном свойстве души — степени человеческой сопричастности к другим, способности к сопереживанию, к осознанию чужой боли как своей собственной, чем в огромнейшей мере был наделен Лев Толстой. (16)Это намного твердя ограниченность некоторых его духовных исканий, и мы с уверенностью можем судить о его ошибках. (17)Но больше видится на расстоянии, для него был важен главнейший из исповедуемых им жизненных принципов: «Чтобы жить честно, надо радоваться, пытаться, пытаться, ошибаться, начинать и опять начинать и опять бросать, и вечно бороться и пытаться, и спокойствие — душевная подлость». (18)Вся его жизнь — непрестанные поиски: сначала самого себя в этом мире, затем мысли и цели всей жизни. (19)Несмотря на ряд поражений, утрат, он до конца своих дней оставался врагом душевной самоскрытности. (20)Не в этом ли, помимо многих других, его величие для всех современников и живущих в другую эпоху, вся сила для всех прежней, красной и грешной земли?
(В. В. Быков*)
*Василь Владимирович Быков (1924-2003) — советский и белорусский писатель.