(1) Лето, проведённое в Салтыковке в 1879 году. Левитан вспоминал потом как самое трудное в жизни.
(2) Стояла тяжёлая жара.
(3) Почти каждый день небо обкладывали грозы, ворчал гром, шумел от ветра сухой бурьян под окнами, но не выпадало ни капли дождя.
(4) Левитан в то лето много писал на воздухе.
(5) Солнце жаркими пятнами лежало на куполах, и летал обильный пух от одуванчиков, - в ту пору все московские дворы зарастали одуванчиками.
(6) Вначале ему было трудно привыкнуть к новому ощущению красок.
(7) То, что в полутёмных комнатах представлялось ярким и чистым, на воздухе непонятным образом жухло, покрывалось мутным налётом.
(8) Левитан стремился писать так, чтобы на картинах его был ощутим воздух, обнимающий своей прозрачностью каждую травинку, каждый лист и стог сена.
(9) Всё вокруг казалось погружённым в нечто спокойное, синеющее и блестящее.
(10) Левитан называл это нечто воздухом.
(11) Но это был не тот воздух, каким он представляется нам.
(12) Мы дышим им, мы чувствуем его запах, холод или теплоту.
(13) Левитан же ощущал его как безграничную среду прозрачного вещества, которое придавало такую пленительную мягкость его полотнам.
(14) Лето кончилось.
(15) Как-то в сумерки Левитан встретил у калитки своего дома молодую женщину.
(16) Eё узкие руки белели из-под чёрных кружев.
(17) Кружевами были оторочены рукава платья.
(18) Мягкая туча закрыла небо.
(19) Шёл редкий дождь.
(20) Горько пахли цветы в палисадниках.
(21) На железнодорожных стрелах зажгли фонари.
(22) Незнакомка стояла у калитки и пыталась раскрыть маленький зонтик, но он не раскрывался.
(23) Наконец он раскрылся, и дождь зашуршал по его шёлковому верху.
(24) Незнакомка медленно пошла к станции.
(25) Левитан не видел её лица, - оно было закрыто зонтиком.
(26) Она тоже не видела лица Левитана, заметила только его босые ноги и подняла зонтик, чтобы не зацепить Левитана.
(27) В неверном свете он увидел бледное лицо.
(28) Оно показалось ему знакомым и красивым.
(29) Левитан вернулся в свою каморку и лёг.
(30) Чадила свеча, гудел дождь...
(31) Тоска по материнской, сестринской, женской любви вошла с тех пор в сердце и не покидала Левитана до последних дней его жизни.
(32) Этой же осенью художник написал «Осенний день в Сокольниках».
(33) Это была первая его картина, где серая и золотая осень, печальная, как тогдашняя русская жизнь, как жизнь самого Левитана, дышала с холста осторожной теплотой и щемила у зрителей сердце.
(34) По дорожке Сокольнического парка, по ворохам опавшей листвы шла молодая женщина в чёрном - та незнакомка, чей голос Левитан никак не мог забыть.
(35) «Мой голос для тебя и ласковый и томный...».
(36) Она была одна среди осенней рощи, и это одиночество окружало её ощущением грусти и задумчивости.
(37) «Осенний день в Сокольниках» - единственный пейзаж Левитана, где присутствует человек, и то его написал Николай Чехов.
(38) После этого люди ни разу не появлялись на его полотнах.
(39) Их заменили леса и пажити, туманные разливы и нищие избы России, безгласные и одинокие, как был в то время безгласен и одинок человек.
(По К. Г. Паустовскому)