Текст:
(1) Я любил русскую классическую поэзию: Кольцова, Некрасова, Никитина, Пушкина, Лермонтова, впоследствии Бунина — и в то же время не мог не завидовать моему новому другу, романтической манере его декламации, даже его претенциозному псевдониму.
(2) Птицелов, мой новый друг, ютился вместе со всеми своими книгами приключений, а также толстым томом «Жизни животных» Брема — его любимой книгой — на антресолях двухкомнатной квартирки.
(3) — Там, где выступ холодный и серый водопадом свергается вниз, я кричу у безмолвной пещеры… — декламировал он на бис своё коронное стихотворение.
(4) Птицелов выглядел силачом, атлетом, но впоследствии я узнал, что с детства он страдает бронхиальной астмой и вся его как бы гладиаторская внешность — не что иное, как не без труда давшаяся поза.
(5) Даже небольшой шрам на его мускулисто напряжённой щеке — след детского пореза осколком оконного стекла — воспринимался как зарубцевавшаяся рана от удара пиратской шпаги.
(по В. П. Катаеву)