Для кого пишутся книги? Над таким вопросом размышляет в тексте Ткачёв.
Андрей Юрьевич считает, что авторы произведений пишут их для будущего поколения, а не для современников.
Проблема раскрывается на примере рассуждений автора-повествователя. В предложениях 4-9 книга сравнивается с «письмом в бутылке», ведь ее главный читатель «всегда за пределами видимости». Рассказчик уверен, что пишущий человек часто не может докричаться и достучаться до «глухого» современника, его не слышат и неверно понимают. Только спустя столетия потомки замечают истинный посыл автора, а его произведения вызывают у них настоящий отклик в сердце. Книги пишутся «не для тех, кто рядом, а для кого-то живущего не здесь и не сейчас».
Для подтверждения слов рассказчик вспоминает историю из жизни его друзей. Во время прочтения мужем «Дэвида Коперфильда» жена несколько раз пыталась его окликнуть. Однако произведение его безумно увлекло: он «впился глазами в книгу», поэтому только через минуту «с гримасой боли» смог оторваться от нее и «упавшим голосом» сказать: «Стирфорд обольстил малютку Эмили». Это «чудо прикосновения друг к другу сквозь столетия», для которого авторы и создают произведения. Именно потомок может прочувствовать и понять шедевр писателя.
Приведенные аргументы связаны при помощи конкретизации. Вначале Ткачёв пишет, что именно потомок может понять истинный посыл произведения, а затем приводит конкретный пример, подтверждающий позицию. Это помогает автору доказать, что книга пишется для последующего поколения, которое способно по-настоящему оценить предмет искусства.
Я согласна с мнением автора. Нередко произведения создают для того, чтобы предостеречь потомков. Булгаков, Рэй Брэдбери, Замятин часто размышляли в своих произведениях о влиянии технического прогресса на людей, представляли общество будущего, лишенное моральных принципов, демонстрировали пагубные последствия, к которым может привести равнодушие и эгоизм человека. Авторы писали об этом именно для того, чтобы спасти будущие поколения.
В заключение хочу сказать, что книги пишутся для потомков, которые смогут понять написанное и вынести из него урок.
(4)Книга — это письмо в бутылке, написанное главным образом не для тех, кто рядом, а для кого-то, живущего не здесь и не сейчас.(5) Главный читатель всегда за пределами видимости.(6) В этом есть нечто грустное и божественное одновременно. (7)Грустное потому, что книга — это свидетельство человеческой глухоты, свидетельство невозможности докричаться и достучаться до современника. (8)Ещё хуже, если пишущего человека расслышали, но неверно поняли.(9) Однако тот факт, что эти значок-буковки способны сквозь столетия доносить до людей сердцебиение далёкого автора, говорит о бессмертии человека.
(10)Вот история из жизни моих друзей. Муж читает «Дэвида Копперфильда», жена рядом убирает вещи в шкафу. (11)Не поворачиваясь к мужу лицом, она окликает его и не слышит ответа.(12) Окликает ещё.(13) Поворачивается и смотрит на мужа с удивлением.(14) Взрослый мужик впился глазами в книгу, и глаза его влажны. Он не видит жену, не слышит её голоса. (15)Через минуту он с гримасой боли отрывается от текста и упавшим голосом говорит сам себе, никому, просто говорит: «Стирфорд обольстил малютку Эмли». (16)Если такое возможно, то дело не в мастерстве Диккенса и не в чувствительности его читателей. (17)Дело в том чуде прикосновения друг к другу сквозь столетия; в чуде, на которое способен только человек и имя которому искусство.
(18)Между Гомером и временами осады Трои лежала пропасть, сопоставимая с той, что лежит между нами и Мамаевым побоищем. (19)Кто знает, что чувствовал он сам, когда описывал похороны Гектора и рыдания его матери?(20) Но вот спустя столетия бродячие артисты в Эльсиноре ставят античную пьесу, и Шекспир устами Гамлета произносит: «Что он Гекубе? Что ему Гекуба? А он рыдает». (21)И мы, чувствуя иррациональную силу и правду этих слов, смешиваемся воедино, где и когда бы ни жили: Гекуба, Гектор, Шекспир, Гамлет, Козинцев, Смоктуновский, режиссёры, читатели, зрители…
(22)Вселенная людей сжимается до размера ладони. (23)Мы чувствуем её тяжёлое единство, как будто взвешиваем в руке слиток благородного металла.(24) Бессмертный дух, затейливые буквы, горящая и лёгкая бумага.(25) Всё вместе — чудо! (
26)Интересно то, что люди пишут справа налево, слева направо и сверху вниз.(27) Но никогда — снизу вверх. (28)Письмо — это знания, а знания всегда сверху.(29) Это — дождь на землю, а не пар от земли.
(30)Во всех мировых культурах через обучение грамотности человеку давали ключ к хранилищам премудрости.(31) В новейшие времена ситуация изменилась.(32) Человеку дают ключ, но не говорят, где дверь.(33) Обладатель ключа становится похожим на деревянного мальчика.(34) Он ищет некую дверцу, попадает в руки разбойников, посещает страну дураков, и в реальной жизни всё заканчивается не всегда так счастливо, как в сказке.
(35) Но всё равно это похоже на окружной путь паломника. (36)Путь совершается не по полному бездорожью. (37)На этом пути есть знаки, и путник обязан их читать.
(38) У нынешнего путешественника почти всегда в руках путеводитель.(39) В нём могут быть ошибки, он может устареть. (40)Но он есть.(41) При помощи письменных знаков люди сверяют маршрут, ходят кругами, топчутся на месте, пока не дойдут до нужной точки и, опять-таки, не прочтут нужную надпись над воротами в Изумрудный город.
(42)Нужно читать.(43) И нужно учиться читать то, что нужно.(44) Нужно читать хотя бы потому, что поговорить бывает не с кем, а человек не может жить, не разговаривая.
(45)Человека действительно делают книги.(46) Оказался он в притоне или во дворце, в болоте или на вершине горы — во все эти места его привели путевые письменные знаки книги. (47)
Было бы лучше не уметь читать, знать Истину и не заблуждаться.(48) Но раз уж мы заблудились, ищем дорогу и обучены грамоте — иного пути у нас нет. (49)Человек современный — это всегда продукт чтения.
(По А.Ю. Ткачёву*)
* Андрей Юрьевич Ткачёв (1969 г.р.) — современный российский публицист, протоиерей Русской Православной Церкви.
Сильное аналитическое решение: смысловая связь «конкретизация» названа точно и грамотно пояснена.
Два примера из исходника, связь «конкретизация» названа точно и грамотно пояснена.
Искажение цитаты: в исходнике (17) дословно — «Стирфорд обольстил малютку Эмли». Внутри кавычек цитата должна совпадать с источником буква-в-букву.
Искажение цитаты: «малютку Эмили» вместо авторского «малютку Эмли». Внутри кавычек цитата должна совпадать с источником буква-в-букву.
Пропуск буквы в имени литературного героя: правильно «Копперфильд» (две «п»). В исходнике (11) — «Дэвида Копперфильда».
Одна ошибка: «Дэвида Коперфильда» — пропуск буквы в имени литературного героя (правильно «Копперфильда»).
Неверный выбор местоимения: при подлежащем «рассказчик» нужно возвратное «своих», а не «его».
Одна ошибка: «истории из жизни его друзей» — при подлежащем «рассказчик» нужно возвратное «своих».
Смешение терминов: в ЕГЭ-русский два иллюстративных фрагмента из исходного текста называются «примеры», «примеры-иллюстрации», а не «аргументы». Аргумент — собственное обоснование.
способно по-настоящему оценить предмет искусства
Неточное словоупотребление: «предмет искусства» — нестандартное сочетание, нормативно — «произведение искусства».
Две речевые шероховатости: «приведённые аргументы» вместо «примеры» (смешение терминов) и «предмет искусства» вместо «произведение искусства».