Текст:
(1) Много лет назад расхаживал я по Петрограду с липовым документом в кармане.
(2) Собственность мою в ту пору составляли несколько рассказов — столь же коротких, сколь и рискованных. (З)Рассказы эти я разносил по редакциям, никому не приходило в голову читать их, а если они кому-нибудь попадались на глаза, то производили обратное действие.
(4) Редактор одного из журналов выслал мне через швейцара рубль, другой редактор сказал о рукописи, что это сущая чепуха.
(5) Я понял, что мне не остаётся ничего другого, как пойти к Горькому.
(6) В Петрограде издавался тогда журнал «Летопись», сумевший за несколько месяцев существования сделаться лучшим нашим ежемесячником.
(7) Редактором его был Горький.
(8) Я отправился к нему на Большую Монетную улицу.
(9) Сердце колотилось и останавливалось.
(10) Приём должен был начаться в шесть часов.
(11) Ровно в шесть дверь открылась, и вошёл Горький.
(12) Посетители в приёмной разделялись на принёсших рукописи и на тех, кто ждал решения участи.
(13) Горький подошёл ко второй группе.
(14) В руках он держал тетради; на некоторых из них его рукой было написано больше, чем рукой автора.
(15) С каждым он говорил сосредоточенно и долго, слушал собеседника с всепоглощающим жадным вниманием.
(16) Мнение своё он высказывал прямо и сурово, выбирая слова, силу которых мы узнали много позже, через годы и десятилетия, когда слова эти, прошедшие в душе нашей длинный, неотвратимый путь, сделались правилом и направлением жизни.
(17) Покончив с авторами, уже знакомыми ему, Горький подошёл к нам и стал собирать рукописи.
(18) Мельком он взглянул на меня.
(19) Дело происходило во вторник.
(20) Горький взял тетрадку и сказал:
— За ответом — в пятницу.
(21) Неправдоподобно звучали тогда эти слова.
(22) Обычно рукописи истлевали в редакциях по нескольку месяцев, а чаще всего вечность.
(23) Я вернулся в пятницу.
(24) Горький снова посмотрел на меня беглым, мгновенным взглядом и позвал в кабинет.
(25) Слова, сказанные им там, решили мою судьбу.
—
(26) Гвозди бывают маленькие, — сказал он, — бывают и большие — с мой палец. —
(27) И он поднёс к моим глазам длинный, сильно и нежно вылепленный палец. —
(28) Писательский путь усеян гвоздями, преимущественно крупного формата.
(29) Ходить по ним придётся босыми ногами, крови сойдёт довольно, и с каждым годом она будет течь всё обильнее. (З0)Честному человеку, честному литератору пройти по этой дороге — великая честь, на каковые нелёгкие действия я вас, сударь, и благословляю.
(31) Надо думать, в моей жизни не было часов важнее тех, которые я провёл в редакции «Летописи».
(32) Выйдя оттуда, я полностью потерял физическое ощущение моего существа.
(33) В тридцатиградусный, обжигающий мороз я бежал в бреду по улицам города, открытым далёкому тёмному небу, и опомнился, когда оставил за собой Чёрную Речку и Новую Деревню.
(34) Прошла половина ночи, и тогда только я вернулся в комнату, снятую накануне.
(35) Я стоял в передней, чему-то улыбался и неожиданно для себя открыл дверь в столовую. (Зб)Семья, у которой я снял комнату, пила чай.
(37) Я сознался в том, что Максим Горький обещал напечатать мои рассказы.
—
(38) Я прочту вам мои рассказы, — сказал я, усаживаясь и придвигая к себе чужой стакан чая, — те рассказы, которые он обещал напечатать.
(З9)Алексей Максимович жил тогда на Кронверкском проспекте.
(40) Я приносил ему всё, что писал, а писал я по одному рассказу в день (от этой системы мне пришлось впоследствии отказаться, с тем чтобы впасть в противоположную крайность).
(41) Горький всё читал, всё отвергал и требовал продолжения.
(42) Наконец мы оба устали, и он сказал мне глуховатым своим басом:
— С очевидностью выяснено, что ничего вы, сударь, толком не знаете, но догадываетесь о многом.
(43) Ступайте посему в люди.
(44) И я проснулся на следующий день корреспондентом одной неродившейся газеты, с двумястами рублен подъёмных в кармане.
(45) Газета так и не родилась, но подъёмные мне пригодились.
(46) Через семь лет я сделал вторую попытку печататься и получил от него записку: «Пожалуй, можно начинать».
(47) И снова, страстно и непрерывно, стала подталкивать меня его рука.
Требования:
(48) Это требование — увеличивать непрестанно и во что бы то ни стало число нужных и прекрасных вещей на Земле — он предъявлял тысячам людей, им отысканных и взращённых, а через них и человечеству.
(49) Им владела не ослабевавшая ни на мгновенье, невиданная, безграничная страсть к человеческому творчеству.
(50) 0н страдал, когда человек, от которого он ждал много, оказывался бесплоден.
(51) И счастливый, он потирал руки и подмигивал миру, небу, земле, когда из искры возгоралось пламя.