(1)Городской день пролетел незаметно. (2)Лунякин выехал с хутора затемно, ко времени в город успел и там, колхозные дела управляя, нигде будто не рассиживал, лишь перекусил наспех в каком-то буфете — и день промелькнул. (3)Осталось лишь время кое в какие магазины заскочить да заехать к свояченице — родной сестре жены,— передать гостинцы да приветы. (4)Оттуда он выбрался не сразу: поужинал, новости рассказал да выслушал — в общем, тары да бары. (5)Оставляли его до утра, но Лунякин ночевать решил у старинного товарища, с которым дружил с детства, сельхозинститут вместе кончали.Товарищ был по рождению человеком городским, но с малых лет подолгу жил на хуторе, у деда с бабкой. (6)В детстве и младости бедокурили вместе, потом учились в институте. (7)Окончив учебу, товарищ остался в городе. (8)Лунякин вернулся к себе, в колхоз. (9)Но старое не забывалось. (10)Старались, по возможности, видеться. (11)И нынче, коли случай выпал, Лунякин решил заночевать у друга. (12)А там, куда Лунякин спешил, гостей не ждали. (13)Уже собирались ложиться спать, досматривали телевизор, позевывая. (14)За окном стихал город: гул машин, громыханье трамваев полегоньку утишивались. (15)И тут объ¬явился нежданный гость — Лунякин. (16)Прибыл гость, и квартира словно сбросила дрему. (17)Хозяин пошел вниз, во двор, отпирать гараж. (18)Своей машины пока не было, но гараж имелся. (19)Хозяйка готовила скорый ужин. (20)Хозяйская же дочка хрустела хуторским гостинцем — репкою. (21)Теперь, по весне, тем более в городе, этот нехитрый овощ был едов и сладок. (22)Когда мужики вернулись в квартиру, уже и хозяйка репкой баловалась, грызла. (23)Гость засмеялся, спросил:
— Лучше ваших апельсинов? (24)То-то... (25)Ты помнишь? (26)— обратился он к хозяину.— Раньше-то как ее любили. (27)По краю левады насадит мать, оставит в зиму, а рано весной, еще никакой зелени нет, так в охотку едим. (28)Потом перестали сажать, позабыли. (29)А это наш новый агроном привез, говорит, лечебное, от всех болезней, называется топинамбур. (30)Получше разглядел: да это же репка! (31)Помнишь? (32)— Репка... (33)— передразнила гостя хозяйка.— Ты чего глаз не казал всю зиму? (34)Нету и нет... (35)— Наскучали? (36)— спросил Лунякин. (37)— Приехали бы на провед. (38)Дурачья зима какая-то, — пожаловался он.— То одно, то другое. (39)Зимовка тяжелая. (40)Потом опять меня в район сватали, еле отбился. (41)Лунякин председательствовал в колхозе, и который год уже звали его в район. (42)— Не хочешь в начальство? (43)— Нет. (44)Не желаю. (45)А потом я ногу сломал,— вспомнил он.— Да... (46)Угораздило. (47)На ровном месте сигнул и не встал. (48)Срасталась плохо. (49)Видно, уже не молоденькие,— пожаловался он. (50)— Ну да? (51)— удивилась хозяйка.— Слава богу, дошло.— И, поглядев с улыбкой на мужа и гостя, добавила насмешливо: — Женихи... (52)— Отженихались...— покачал головою Лунякин. (53)— Отгулялись седоклокие...— взъерошил он свои густые черные волосы в жестких кольцах. (54)Седины там было не счесть. (55)— Отгулялись... (56)Теперь вот чья пора,— шагнул он к хозяйской дочке, обнимая ее. (57)— Мои девки велели тебя привезти. (58)Каникулы ведь... (59)Троек-то нет? (60)— Нет,— ответила девочка. (61)— Ну, и поехали. (62)Завтра поднимемся — и айда. (63)Дела я сделал. (64)— А секция? (65)А музыка? (66)— всполошилась хозяйка.— Да там и каникулы-то — кот наплакал. (67)Неделя всего. (68)— Мама... (69)— просяще протянула девочка. (70)— Поедем, поедем,— успокоил ее Лунякин.— Мне девки приказывали — высшее начальство. (71)Они уж с каких пор галдят. (72)Моды им городские расскажешь, песни. (73)Молочка попьешь. (74)Заморилось дите совсем, с секциями с вашими,— пожалел он. (75)Хозяйская девочка и впрямь гляделась не больно хорошо. (76)Рослая, но в юной худобе: с тонкими руками, угловатыми, худыми плечиками. (77)— Ну, ладно, поезжай, — разрешила мать.— Но чтоб вот такая приехала...— надула она щеки. (78)— Хуторская.. (79)— Сделаем, — пообещал гость. (80)— Поставим на интенсивный откорм. (81)У нас скотина за сутки по килограмму привеса дает. (82)А мы чем хуже? (83)А? (84)— спросил он.— Даешь килограмм привеса? (85)Берем обязательство? (86)— Берем, — весело согласилась девочка. (87)— Вот и хорошо. (88)А где дедуня? (89)— вспомнил вдруг гость.— Либо уже спать улегся? (90)С курами? (91)Или на гости подался? (92)Хозяин смешался, растерянно поглядел на жену, но и та не сразу нашлась, замерев с недоеденной репкой в руках. (93)Девочка, дочка их, взглянула на смолкших родителей и сказала спокойно:
— Дедушка у нас не живет. (94)Он теперь в доме престарелых. (95)— Не болтай, чего не понимаешь! (96)— оборвала ее мать.— Сколько раз говорить, не в доме престарелых, а в доме ветеранов войны. (97)Ветеранов войны,— подчеркнула она. (98)— Это огромная разница. (99)А ты плетешь... (100)Иди ложись спать! (101)Утром не добудишься, не поднимешь ее, а вечером... (102)Девочка опустила глаза и ушла, хозяйка продолжала речь: — Услышит где-то и плетет. (103)Повторяет чужие глупости. (104)Не варит башка. (105)Пойду и я ложиться, — внезапно решила она. (106)— Вчера так плохо спала, и завтра чуть свет... (107)Так надоело... (108)Она ушла, и мужчины остались одни, в тесной кухне, за столом, друг перед другом. (109)На воле отходил к ночному покою вечерний город. (110)Реже и звучнее бежали по пустеющей гулкой улице трамваи. (111)В небе, над крышами, в стороне западной, светила неяркая, но чистая заря. (112)В кухне темнело. (113)Молчать было тягостно. (114)Хозяин завел разговор:
— Тебя куда в район-то сватали? (115)— В управление,— не сразу ответил гость. (116)— Не хочешь? (117)— Нет. (118)Бумажки перебирать, на людей цобекать да забегать начальству вперед, в глаза заглядывать. (119)Смолоду не привык, а теперь... (120)Они сидели друг против друга, два нестарых еще мужика — чуть за сорок обоим,— плечистые, крепкие, но в ранней седине. (121)Говорили о городских да хуторских новостях, перебрасывались словами, но в глаза друг другу боялись взглянуть. (122)—Так как же с дедом-то? (123)— не выдержал наконец Лунякин. (124)— Что ж вы его так? (125)Хозяин вздохнул, ответил нехотя:А чего дед? (126)Дед живет неплохо. (127)Можно сказать, у Христа за пазухой. (128)Дом ветеранов войны. (129)Для ветеранов специально построили. (130)Сейчас, знаешь, как к этому делу относятся. (131)Для них — лучшее. (132)Там все блестит. (133)Кафель югославский, пластик, красочка тоже импортная, паркет, ковры, зимний сад, всякие процедурные кабинеты, врачей куча. (134)За ними, как за детьми малыми. (135)Хозяин начинал говорить будто нехотя и чуть виновато, но постепенно смелел, поднял голову, и голос его звучал тверже. (136)—Врачи, медсестры — весь персонал... (137)В обкомовской больнице такого нет. (138)Кондиционеры, цветы, питание. (139)Лунякин сидел все так же, склонясь над столом. (140)Он слушал и слышал все, но виделся ему почему-то не шик-блеск с югославским ярким кафелем и коврами, а какая-то невзрачная комнатенка, больничная коечка и дед — под серым казенным одеялом. (141)Виделось такое — и все. (142)Деда увезли с хутора прошлой осенью, еще по теплу. (143)Получилось все как-то быстро: приехали, забрали, дом удачно продали. (144)Хороший был у старика дом, и глядели за ним хорошо, бабка рук не жалела. (145)Весной старая умерла, остался дед сиротой. (146)Лишь внук в городе да еще племянник. (147)Туда его и забрали. (148)— Ты вот съездишь, поглядишь и поймешь, — рассказывал хозяин. (149)— Туда абы кого не берут. (150)Через обком устраивал. (151)Дед туда с охотою. (152)Сначала в госпитале лежал, подлечивался. (153)Ему там понравилось. (154)Вокруг такие же старики. (155)Есть с кем поговорить, не скучно. (156)А возможность появилась в доме ветеранов — он согласился, и не жалеет. (157)— О-хо-хо... (158)— негромко сказал гость. (159)— Дед, дед... (160)Живем, живем... (161)И на лице его появилась, совсем некстати, улыбка. (162)Глядел он в сторону, в окно, где остывало вечернее небо. (163)— Помнишь, на пасеке у него жили? (164)— вдруг спросил он хозяина. (165)Давно то было, в годы мальчишеские, но вспомнилось ясно: опушка займищного леса, голубые улья, гудение пчел, медогонка... вперемежку ручки ее крутили, и тягучая медовая струя, светлая в солнце, лилась и лилась. (166)И дед, припадая на калеченую ногу, суетился рядом. (167)Хозяин заварил свежего чаю, гостю налил и себе, хлебнул пахучего пития и сказал, поднимая глаза на Лунякина:
— Я чувствую, ты сейчас на меня грешишь. (168)Понимаю... (169)Мол, дед тебе столько помогал, вместо матери-отца остался. (170)Да, помогал. (171)Много помог. (172)Спасибо ему. (173)Но я-то хочу как лучше. (174)Тоже по-хорошему. (175)— Для кого лучше? (176)— Как для кого? (177)Для деда. (178)Ему там спокойнее: уход, врачи, ровесники вокруг. (179)Поговорят, потолкуют. (180)Веселей идет жизнь. (181)А здесь он в четырех стенах, один да один. (182)Лишь вечер
(По Б.П. Екимов*)
* Борис Петрович Екимов (род. 1938) — русский советский писатель. Рассказ «Родня» (16kch).