Текст:
(1) Шал май соров третьего года на отнестили и обидущие вестия з
(4) 3 пару со мной угодия жалой (лиць послебить горечий кли, котору Получная резки
(0) Мой напарник запулт их пошить вплитака земку, и кризу в упал думии больня Деревятая зона была уже выслана по краям, в у моля элика быть объепознаенная, альпина
(2) Я засуетился была, затискал своето узварылую ложку туда да обратно, кам корут заме что настараке мой не стежити спася этажей не зсупотребляет.
(8) Зачерпывать-то он зето не во глубину ложки, но нетом, как бы непаровать, вадевал катсак, тежки коливалась визоната обратна, и оставалось в ней столько же мутной жижицы, сказав моей пове дажи и поме
(9) В котелка UKRANICE пись мана машарипика
(10) может, и из самой Америки, со свторити фронтал
(12) Мутко го жанжницу мы перепала ножкая себя див на двоих
(11) Длинная, излижилого теста. и она не утокола, я лишь сильне возбудила гонад.
(13) Ах, как котенка мне спалить ту макаронику не злаков, пет, с ложки она соскользите обратно, маепится котелок, ручно мне поте не капатье ратт
(14) Если бы жизнь до война не научила меня слеткинеть своя порынны и изяделения, в Ом, может, Так и сделат: схватил, загзотил, и чего ты потом со мной сделаенки
(15) Ну, завезень по лбу ложкой, ну, может, паёшь и скажешь «Шакал
(16) Я отвернулся и застланными великим напряжением глазами смотрел на окраины древнего городка, ничего перед собой не види.
(17) моих глазах жиле одно лишь трагическое видение белая макаронни
(18) Раздался тихий звук.
(19) Я вздрогнуз и обернулся, уверенный, что макаронины давно уж на свете нет.
(20) Но она лежала, разваренная, и, казалось мне, сделалась ещё дороджй и привлекательней своим царственным телом.
(21) Мой напарник первый раз пристальна гаянул на меня заметил какое-то всёлотимание и устатую мудрость, что готова и ко всепровіснию, и в глубине его усталых глаз снисходительности
(22) Он молча же своей зазубренной ложкой раздвоил макаронину, но не на равные части, и в затрясся внутри от бессилия и гнева ясное дело, конец макаронины, который подлиньше, он загребёт себе
(23) Но деревянная ложка коротким толчком подсунула к моему краво именно ту часть макаронины которая была длиньше.
(24) Напарник мой безо всякого интереса, почти небрежно забросил в рот макаронину, облизал ложку, сунул её в вещмешок и ушёл куда-то.
(25) В спине его серой, в давно небритой, дегтярно чернеющей шее, в кругло и серо обозначенном стриженом затылке чудилось мне всесокрушающие презрение.
(26) И никогда, нигде я его более не встретил, но и не забыл случайного напарника по котелку, не забыл на ходу мне преподанного урока, может, самого справедливого, самого правственного из всех уроков, какие преподала мне жизнь
По В. Астафьеву