(1)Дом наш находился на окраине города. (2)Я уже взялся за ручку калитки, когда из-под козырька фуражки заметил чьи-то грязные ноги, попиравшие чистые каменные ступени парадного крыльца. (3)Окинув взглядом обладателя грязных ног, я заметил, что он одет более чем по-летнему. (4)Коротенький и узкий пиджак туго обтягивал тело, выше кисти оставляя открытыми большие грязные руки, синевато- багровые от холода. (5)Тот же оттенок носили и другие части тела незнакомца.
— (6)Послушай, чего тебе надо? — спросил я с деловитой суровостью барчонка, выполняющего функции хозяина и домовладельца.
(7)Незнакомец молчал и смотрел на меня. (8)Поразило меня что-то особенное в выражении его глаз и рта. (9)Лицо у него было болезненно-полное и на щеках еле покрытое негустым пушком. (10)Носик маленький, красный от холода. (10)Небольшие серые тусклые глаза смотрели на меня в упор, не мигая. (12)В них совсем не было мысли, но откуда-то из глубины поднималась тихая, молчаливая мольба, полная несказанной тоски и муки.
— (13)Послушай же! (14)Чего тебе надо? — вторично спросил я, но уже со значительно меньшей суровостью.
(15)Но незнакомец и на этот раз не удостоил меня ответа. (16)Слегка сгорбившийся, беспомощно, как плети, опустивший руки по бокам, он смотрел на меня тем же взглядом, и лишь губы его стали шевелиться.
— (17)Копеечку... — послышался тихий ответ.
— (18)Как тебя зовут?
— (19)А-лёша... (20)Дурачок.
(21)Эта необычная рекомендация не показалась мне странной, ибо я давно уже решил, что у незнакомца не все дома, и мне было жаль его. (22)Особенно смущало меня проглядывавшее сквозь прорехи голое, синеватое тело.
— (23)Тебе холодно?
— (24)Хо-лодно.
(25)С быстротой нерассуждающего детства я составил чудный план помощи Алёше, имевший целью не только спасти его от холода, но и обеспечить его будущность по меньшей мере на несколько десятков лет. (26)Схватив Алёшу за рукав, я энергично потащил его окольным путём в сад. (27)Там я усадил Алешу на скамейку, с поспешностью отправился домой и, не раздеваясь, потребовал от матери «как можно больше денег». (28)Та изумилась, но ввиду того что я был первенцем и баловнем, а также и потому, что у неё не было мелочи, дала мне рубль, строго приказав принести мне сдачи. (29)Как же, дожидайся!
— (30)На, Алёша. (31)Тут много денег. (32)Смотри, не потеряй.
(33)Для верности я сам зажал в его руку драгоценную бумажку.
(34)Говорят, что павлины горды, но это могут говорить лишь те, кто не видал меня в этот достопамятный день. (36)Но радость от сознания сделанного добра была, пожалуй, ещё выше гордости и страдала лишь одним недостатком: не была разделена. (36)Впрочем, этот недостаток легко было исправить: у меня был поверенный — наш дворник Василий. (37)На этот раз, однако, я был обманут. (38)Мой трогательный рассказ о бедном Алёше и рубле вызвал в Василии неистощимое и обидное для моего . самолюбия веселье. (39)Выждав окончания приступа смеха, я в вежливых выражениях попросил разъяснить мне его причину. (40)Боже, какое ра30чарование! (41)Оказалось, что Алёша живёт у известной Акулины, которая посылает его собирать копеечки, и, если копеечек набирается достаточно, на них совершается пьянство и дебош. (42)И следовательно, мой рубль...
(43)Я убедил Василия предпринять вместе со мной небольшую разведку во владения Акулины. (44)Подходя к её дому, я сильно трусил и крепко держал Василия за руку. (45)Куда-то опустившись, поднявшись и снова опустившись, мы очутились внутри лачуги. (46)Спиной к нам сидела Акулина, Алёши не было видно.
— (47)А, Мелит Николаевич! — дружелюбно приветствовала меня Акулина, получавшая от моей матери кое-какое тряпьё. — (48)Садитесь, гостями будете.
— (49)Василий, — шепнул я, — спроси, где Алёша.
— (50)Вам Лёшку нужно? — услыхала Акулина. — (51)А на что это он вам?
— (52)Барчук дал ему целковый, — сурово вмешался Василий, — и хочет спросить, куда он его потребил.
— (53)Вот он, Лёша. (54)Спрашивайте сами, — грубо отрезала Акулина.
(55)В тёмном углу за печкой на каком-то обрубке сидел Алёша. (56)Длинные руки бессильно лежали на коленях. (57)Я наклонился к Алёше и снова встретил молящий, полный тоски взгляд и увидел ту же жалкую, просящую улыбку.
— (58)Алёша, где же деньги? (59)Деньги, которые, я тебе дал?
(60)Алёша пошевелил губами и бесстрастно произнёс:
— Она взяла.
— (61)А это что у тебя? — (62)3аметил я, что одна щека Алёши багрово-красная и под глазами царапина.
— (63)Побила.
(64)Бросив руку Василия, я стал против Акулины и, задыхаясь от охватившего меня гнева, спросил:
— Это он... правду говорит?
— (65)Ну и взяла.
— (66)Как же вы смели?!
— (67)А так и смела. (68)Что же я его даром буду кормить? (69)Тоже небось жрёт как прорва.
— (70)И вы били его?
(71)Я закричал высоким, у меня самого в ушах отдавшимся голосом:
— Вы, Акулина, подлая женщина! (72)Вы... мерзкая женщина! (73)Я папе скажу, он к губернатору поедет! (74)Он...
(75)Но дальше слов у меня не хватило. (76)Я топнул ногой, хотел кричать что-то, но Василий схватил меня за руку и быстро потащил к дверям.
(По Л.Н. Андрееву*)
* Леонид Николаевич Андреев (1871—1919) — русский писатель, драматург, представитель Серебряного века русской литературы.