Для кого пишут книги? Над этим вопросом рассуждает Андрей Юрьевич Ткачев.
Автор считает, что книги нужны для следующих поколений, чтобы они узнавали о событиях в прошлом. Проследим, как эта мысль раскрывается в тексте.
Андрей Ткачёв сравнивает книгу с письмом в бутылке, которая может попасть в руки человека через много лет. Автор сожалеет о том, что пишущие люди становятся услышанными только тогда, когда пройдут века. Из этого примера следует, что большинство книг становится понятными сейчас. Публика того времени ещё не была готовой к пониманию тем, затрагивающихся автором произведения.
Далее мы узнаем об одной истории из жизни друзей Андрея Ткачёва. Муж, читая «Дэвида Копперфильда», растрогался из-за книги (предложение 17). Жена не могла до него достучаться, потому что он был увлечён чтением. Значит, книги ориентированы на определённого читателя.
Эти два примера, дополняющие друг друга, позволяют сделать вывод о том, что у всех людей разные предпочтения. И в зависимости от того, что человек любит, ему может понравиться книга, а может — нет.
Я согласна с мнением автора: если ты интересуешься чем-то, то тебе захочется прочитать произведение на эту тему. Например, я очень люблю историю. Такие произведения, как «Бородино», «Капитанская дочка», «Моцарт и Сальери», «Война и мир», «Тихий Дон», я прочту с радостью.
Итак, книги пишут для тех, кто может понять их замысел. И не всегда автор и читатель живут в одном времени. Может пройти несколько столетий, прежде чем его произведения станут популярными.
(4)Книга — это письмо в бутылке, написанное главным образом не для тех, кто рядом, а для кого-то, живущего не здесь и не сейчас.(5) Главный читатель всегда за пределами видимости.(6) В этом есть нечто грустное и божественное одновременно. (7)Грустное потому, что книга — это свидетельство человеческой глухоты, свидетельство невозможности докричаться и достучаться до современника. (8)Ещё хуже, если пишущего человека расслышали, но неверно поняли.(9) Однако тот факт, что эти значок-буковки способны сквозь столетия доносить до людей сердцебиение далёкого автора, говорит о бессмертии человека.
(10)Вот история из жизни моих друзей. Муж читает «Дэвида Копперфильда», жена рядом убирает вещи в шкафу. (11)Не поворачиваясь к мужу лицом, она окликает его и не слышит ответа.(12) Окликает ещё.(13) Поворачивается и смотрит на мужа с удивлением.(14) Взрослый мужик впился глазами в книгу, и глаза его влажны. Он не видит жену, не слышит её голоса. (15)Через минуту он с гримасой боли отрывается от текста и упавшим голосом говорит сам себе, никому, просто говорит: «Стирфорд обольстил малютку Эмли». (16)Если такое возможно, то дело не в мастерстве Диккенса и не в чувствительности его читателей. (17)Дело в том чуде прикосновения друг к другу сквозь столетия; в чуде, на которое способен только человек и имя которому искусство.
(18)Между Гомером и временами осады Трои лежала пропасть, сопоставимая с той, что лежит между нами и Мамаевым побоищем. (19)Кто знает, что чувствовал он сам, когда описывал похороны Гектора и рыдания его матери?(20) Но вот спустя столетия бродячие артисты в Эльсиноре ставят античную пьесу, и Шекспир устами Гамлета произносит: «Что он Гекубе? Что ему Гекуба? А он рыдает». (21)И мы, чувствуя иррациональную силу и правду этих слов, смешиваемся воедино, где и когда бы ни жили: Гекуба, Гектор, Шекспир, Гамлет, Козинцев, Смоктуновский, режиссёры, читатели, зрители…
(22)Вселенная людей сжимается до размера ладони. (23)Мы чувствуем её тяжёлое единство, как будто взвешиваем в руке слиток благородного металла.(24) Бессмертный дух, затейливые буквы, горящая и лёгкая бумага.(25) Всё вместе — чудо! (
26)Интересно то, что люди пишут справа налево, слева направо и сверху вниз.(27) Но никогда — снизу вверх. (28)Письмо — это знания, а знания всегда сверху.(29) Это — дождь на землю, а не пар от земли.
(30)Во всех мировых культурах через обучение грамотности человеку давали ключ к хранилищам премудрости.(31) В новейшие времена ситуация изменилась.(32) Человеку дают ключ, но не говорят, где дверь.(33) Обладатель ключа становится похожим на деревянного мальчика.(34) Он ищет некую дверцу, попадает в руки разбойников, посещает страну дураков, и в реальной жизни всё заканчивается не всегда так счастливо, как в сказке.
(35) Но всё равно это похоже на окружной путь паломника. (36)Путь совершается не по полному бездорожью. (37)На этом пути есть знаки, и путник обязан их читать.
(38) У нынешнего путешественника почти всегда в руках путеводитель.(39) В нём могут быть ошибки, он может устареть. (40)Но он есть.(41) При помощи письменных знаков люди сверяют маршрут, ходят кругами, топчутся на месте, пока не дойдут до нужной точки и, опять-таки, не прочтут нужную надпись над воротами в Изумрудный город.
(42)Нужно читать.(43) И нужно учиться читать то, что нужно.(44) Нужно читать хотя бы потому, что поговорить бывает не с кем, а человек не может жить, не разговаривая.
(45)Человека действительно делают книги.(46) Оказался он в притоне или во дворце, в болоте или на вершине горы — во все эти места его привели путевые письменные знаки книги. (47)
Было бы лучше не уметь читать, знать Истину и не заблуждаться.(48) Но раз уж мы заблудились, ищем дорогу и обучены грамоте — иного пути у нас нет. (49)Человек современный — это всегда продукт чтения.
(По А.Ю. Ткачёву*)
* Андрей Юрьевич Ткачёв (1969 г.р.) — современный российский публицист, протоиерей Русской Православной Церкви.
Зачин образцовый: вопрос первым предложением, автор представлен полным именем.
Автор считает, что книги нужны для следующих поколений, чтобы они узнавали о событиях в прошлом.
Вторая половина приписана автору: у Ткачёва речь о прикосновении сквозь столетия, а не о знаниях о прошлом.
Проблемный вопрос стоит первым предложением, автор представлен. Позиция автора в основе верна, но к ней приписан мотив «чтобы узнавали о событиях в прошлом», которого у Ткачёва нет.
Эпизод в предложениях 10-15. И «растрогался, читая книгу» — «из-за» вносит оттенок неприятной причины.
Значит, книги ориентированы на определённого читателя.
Микровывод прямо отвечает на проблемный вопрос — так и нужно.
Эти два примера, дополняющие друг друга, позволяют сделать вывод о том, что у всех людей разные предпочтения.
Пояснение связи уводит от проблемы: не сказано, чем один пример дополняет другой применительно к вашему вопросу.
Два примера из текста с микровыводами, опорный образ «письмо в бутылке» найден верно. Связь названа, но пояснение уходит от проблемы к «разным предпочтениям». Ссылка на предложение 17 неточна: эпизод в предложениях 10-15.
Перечень названий не является примером-аргументом. Нужно одно произведение с автором, эпизодом и выводом.
Согласие высказано, обоснование есть, но пример сведён к перечню из пяти названий без раскрытия, и сам довод подтверждает не авторскую мысль, а соседнюю.
Пропущено «не»: смысл перевернулся и противоречит соседним предложениям. Плюс рассогласование сказуемого.
Итак, книги пишут для тех, кто может понять их замысел.
Вывод возвращает к проблемному вопросу и звучит точно.
Две логические неточности: пропущенное «не» перевернуло микровывод о понятности книг; «публика того времени» — антецедент не введён. Композиция и абзацное членение верные.
Какого «того» времени? Плюс «не была готова» и «тем, затрагиваемых автором».
Три ошибки: «большинство книг становится понятными», «тем, затрагивающихся автором», «не была готовой».
Опорный образ текста найден верно. Но «которая» грамматически относится к бутылке — нужно «которое».
если ты интересуешься чем-то, то тебе захочется прочитать произведение на эту тему
В сочинении не переходят на «ты». И довод подтверждает не авторскую мысль, а соседнюю.
Четыре ошибки: двусмысленное «которая» при письме в бутылке, «растрогался из-за книги», обращение на «ты», «публика того времени» без антецедента.