В чем опасность формализма? Ответ на этот вопрос можно найти в тексте Бориса Петровича Екимова.
По мнению автора, опасность формализма заключается в слепом следовании правилам и инструкциям без учета обстоятельств и чувств других людей, что ведет к черствости и разобщению. Обратимся к тексту, чтобы доказать авторскую позицию.
В начале текста автор пишет о том, что люди второпях или в рассеянности часто выбирали не тот автобус. Однажды в такую ситуацию попала старушка. Пожилая женщина по ошибке села не в тот транспорт и просит выпустить её, так как ей «с переезда-то больно далеко идти». Кондукторша была возмущена этой ситуацией и тем, что пожилую женщину поддерживали пассажиры. Она «уже потянулась было к кнопке, чтобы автобус остановить», но под влиянием слов мужчины, который встал на сторону работницы, «тут же передумала». Этот эпизод демонстрирует, что формализм заразителен. Он не только оправдывает собственное равнодушие, но и подавляет в других людях естественное чувство сострадания, заставляя их также выбирать бездушный порядок вместо милосердия.
Далее автор пишет о том, что кондукторша вместе с молодым пассажиром, вместо того чтобы проявить сочувствие, начинают отчитывать её. Они полностью игнорируют реальные обстоятельства — плохое зрение и возраст старушки, настаивая на формальных правилах: «Существуют надписи. Надо читать. Ясно написано — четвёрка». Этот пример показывает, что формализм проявляется в слепом следовании инструкциям, когда человек перестаёт видеть за ними живого человека с его бедой.
Примеры дополняют друг друга. Во-первых, слова мужчины усиливают формальный подход кондукторши, превращая частный случай в принцип. Во-вторых, под влиянием его рассуждений кондукторша окончательно отказывается от проявления сочувствия, а остальные пассажиры остаются безучастны.
Я согласна с мнением автора: опасность формализма действительно заключается в его способности вытеснить эмпатию и сострадание из человеческих отношений, заменяя их сухими правилами. Пример формализма можно встретить в повести А. И. Солженицына «Один день Ивана Денисовича». В лагере строгого режима надзиратели и начальники слепо следуют инструкциям, которые лишают заключённых элементарных человеческих прав и потребностей. Их формальное отношение к людям как к «номерам», а не личностям, является основой бесчеловечной системы. Это вновь показывает, что слепое следование букве закона без опоры на совесть и мораль может привести к трагедии.
Таким образом, следование правилам должно сочетаться с чуткостью и готовностью понять другого человека. Только так можно сохранить в обществе атмосферу взаимопомощи и поддержки.
(7)Не первый день ходили так автобусы и не первый год, пора бы уж и привыкнуть, но все же иной раз путались люди. (8)Так случилось и в этот весенний день. (9)Старушке надо было ехать на завод или дальше куда-то, а влезла она в четвёртый номер, который шёл в Ильевку. (10)Автобус побежал прямо и поворачивать, куда старушке надобно, вовсе не собирался. (11)Она это, естественно, заметила и заохала:
(12)— Ой, ой! (13)Куда же он едет! (14)Мне ж не туда совсем!
(15)— Глядеть надо, — сказала кондукторша, — и слушать. (16)Ясно написано — четвёртый номер. (17)И объявила я.
(18)— Дочка, не разобрала я, — оправдывалась бедная старушка, — недоглядела. (19)Останови, Христа ради. (20)Мне с переезда-то больно далеко идти.
(21)— Старый человек, надо уважить, — поддержал кто-то.
(22)Кондукторша, симпатичная молодая женщина, была недовольна и старухиной нерасторопностью, и этой поддержкой. (23)Но тут объявилась ей выручка.
(24)Молодой мужчина, круглолицый, в берете, наставительно произнёс:
(25)— Существуют надписи. (26)Надо читать. (27)Ясно написано — четвёрка. (28)И нечего претензии предъявлять, — поглядел он на старушку свысока.
(29)Кондукторша, которая уже потянулась было к кнопке, чтобы автобус остановить, тут же передумала.
(30)— Конечно, — обратилась она к мужчине, — номер написан, и объявила я. (31)Не глядят, не слушают, а лезут.
(32)— Да глаза у меня, дочка, старые, — жаловалась старушка. (33)— Где уж я разгляжу! (34)Может, ты вправду сказала, а я недослышала. (35)Уж прости...
(36)— А вот надо слушать, — наставительно произнёс круглолицый в берете. (37)— Подходишь, надо не лезть сломя голову, а посмотреть. (38)Не видите, у людей спросите, они подскажут, — тоскливо объяснял мужчина. (39)— Ведь и спереди номер написан, и сбоку, и сзади. (40)Всё как положено. (41)И кондуктора объявляют. (42)А мы лезем на дурачка, чего, мол, глядеть. (43)Если не туда попадём, сразу в крик: остановите! (44)Остановите! (45)А у автобуса график.
(46)Старушка, вначале было привставшая, печально поглядела, как пронеслись мимо последние дома посёлка и началась степь, и уселась на место.
(47)— О-ох, — вздохнула она и задумчиво, вовсе не зло, добавила:
(48)— А вы либо всю жизнь будете молодыми, не постареете... (49)Дай Бог, дай Бог, — и замолчала.
(50)— Надо к порядку приучаться. (51)Как в городе. (52)Там, небось, никто не запросит: останови! (53)Номер обозначен — пожалуйста, — продолжал свою песню мужчина.
(54)И слушала его кондукторша, согласно кивала головой, а прочие люди глядели в окна. (55)И старушка тоже.
(По Б. П. Екимову)
Повтор однотипной формулировки в разных частях работы (четыре вхождения: «слепом следовании правилам и инструкциям», «слепом следовании инструкциям», «слепо следуют инструкциям», «слепое следование букве закона»). Замените контекстными синонимами.
Повтор формулировки «слепое следование/слепо следуют» в четырёх местах работы.