Какого человека можно считать героем? Александра Яковлевна Бруштейн считает, что героем можно назвать человека, готового спасти других людей ценой собственной жизни.
Размышляя о проблеме, автор пишет о девочке Саше, которая заинтересовалась темой геройства. Ее мама рассказала ей о своём отце, Семене Михайловиче, который был награжден «за самоотверженную подачу помощи раненым под сильным огнем неприятеля». «Он был хирург и знал, что важно оказать раненому помощь как можно скорее. Он лез в самый огонь, выносил раненных из боя, перевязывал их тут же, на месте…». Отец девочки отметил, что Семен Михайлович был очень смелым человеком и думал не о себе, а о других людях. Становится очевидно, что герои-это самоотверженные люди.
Далее автор также пишет о том, что отец Саши рассказал ей об обожженном человеке, которого привезли к нему в госпиталь. Это был пожарный, который вынес трех человек из горящего дома. После выяснилось, что в доме осталось еще двое ребят. «Пожарный снова полез в дом, нашел детей». После спасения он получил тяжелые ожоги. Читатель понимает, что героем можно считать человека, готового спасти жизни других людей, рискуя своей.
Автор приводит, на мой взгляд, аналогичные примеры. Сначала она описывает подвиги хирурга на войне, а затем пожарного. Как и в первом примере, так и во втором Бруштейн доказывает, что герои готовы рискнуть собственной жизнью ради спасения людей.
Я полностью согласна с мнением автора и считаю, что героем можно назвать человека, который не боится возникших трудностей на пути к спасению других людей или помощи им. Однажды на улице я гуляла со своим отцом, и мы увидели потерявшегося мальчика, которому было очень страшно. Ребенок рассказал, что его бабушка не уследила за ним, а теперь он не может ее найти. Мой отец сильно опаздывал на работу, но все равно без раздумий решил помочь мальчику. Спустя полчаса мы нашли бабушку, и она была очень благодарна моему отцу, ведь он совершил героический поступок. Таким образом, герои в любой ситуации готовы помочь людям.
– (2)Укротительница зверей не герой?
– (3)Нет, Саша, не герой.
– (4)Ой, папа, что ты говоришь! (5)Ты вошёл бы в клетку со львами и с тиграми?
– (6)Нет. (7)Не вошёл бы.
(8)Я торжествую:
– Вот видишь! (9)А говоришь: она не герой! (10)А сам не вошёл бы! (11)Значит, боишься?
– (12)Конечно, боюсь. (13)Разве я тебе сказал, что я такой же смелый человек, как эта укротительница? (14)Таких бесстрашных людей, может быть, только одного на тысячи и найдёшь. (15)Но ведь кому нужна эта смелость? (16)Зачем укротительница три раза в день входит в клетку с хищниками? (17)Если бы она, рискуя жизнью, спасла этим кого-нибудь: безоружного человека, ребёнка, ну хоть корову – это было бы геройство!
(18)А так – бросать своё мужество на ветер, на потеху ротозеев… (19)Ну подумай сама: в чём тут геройство?
– (20)Знаете что, друзья мои? – вдруг сказал папа. – (21)Если уж зашёл у нас этот разговор, то давайте поговорим о геройстве. (22)Пусть каждый из нас расскажет о каком-нибудь герое, которого он сам знал. (23)Кто первый? (24)Ты, Леночка?
(25)В пылу разговора я и не заметила, как в комнату вошла мама и слушала всё, что мы говорили. (26)Она берёт со своего столика небольшую фотографию в рамочке и подаёт её мне.
– (27)Знаешь, кто это? – спрашивает мама.
– (28)Конечно! (29)Это мой дедушка.
– (30)Да. (31)И мой отец. (32)Он был военный врач. (33)И в приказе военного командования было сказано: «Наградить Семёна Михайловича Яблонкина за самоотверженную подачу помощи раненым под сильным огнём неприятеля». (34)И так четыре раза – после четырёх сражений – награждали моего папу, твоего дедушку!
– (35)«Под сильным огнём неприятеля»? – переспрашиваю я. – (36)Это что значит?
– (37)А то, – поясняет папа, – неприятель палил из пушек, раненые падали, а дедушка твой не сидел поодаль в безопасности, не ждал, пока их принесут к нему. (38)Он был хирург и знал, что важно оказать раненому помощь как можно скорее. (39)Он лез в самый огонь, выносил раненых из боя, перевязывал их тут же, на месте… (40)Смелый был человек дедушка твой Семён Михайлович и герой: сотни жизней спас! (41)Не о себе думал – о людях…
– (42)Папа, а ты когда-нибудь видел героя?
– (43)А как же! (44)Вот три дня назад к нам в госпиталь обожжённого человека привезли. (45)Пожарного. (46)Трёх человек из горящего дома вынес. (47)И тогда вдруг оказалось, что в запертой квартире осталось двое ребят. (48)Дом уже весь пламенем охватило, вот-вот рухнет! (49)Пожарный снова полез в дом, нашёл детей. (50)Выбраться с ними было трудно: внутренняя лестница уже обвалилась – пожарный выбросил детей из окна, а внизу люди их на тюфяк подхватили. (51)А вслед за детьми и пожарный выпрыгнул. (52)Очень тяжёлые ожоги у него…
– (53)Что ж? – обращается папа ко мне. – (54)Вот тебе герой, которого я видел три дня тому назад. (55)Не герой, нет?
– (56)Герой… – соглашаюсь я тихонько. – (57)Герой, да…
(По А.Я. Бруштейн*)
* Александра Яковлевна Бруштейн (1884—1968) — русская советская писательница, автор автобиографической трилогии «Дорога уходит в даль».
Уместный личный пример: помощь там, где есть личная цена, — это и есть один из аспектов героизма по Бруштейн.
Согласие сформулировано, обоснование подкреплено развёрнутым личным примером (помощь потерявшемуся мальчику).
В исходнике «раненых» (одна «н») — отглагольное прилагательное без приставки совершенного вида и без зависимых слов. Форма «раненных» (две «н») — только при зависимом слове или приставке.
Одна орфографическая ошибка: «раненных» в цитате (две «н»), в исходнике — «раненых» (одна «н»).
Тире между подлежащим и сказуемым ставится с пробелами с обеих сторон: «герои — это самоотверженные люди».
Одна пунктуационная ошибка: «герои-это» — тире нужно с пробелами с обеих сторон.