В предложенном для анализа тексте Михаил Матусовский поднимает проблему роли правдивого слова в условиях войны. В центре внимания автора судьба бывшего диктора Всесоюзного радио, ставшего воздушным агитатором. Позиция автора заключается в том, что голос, несущий правду, способен пробить стену вражды, заставить врага задуматься и даже побудить к капитуляции. По мнению Матусовского, такая работа требует огромного мужества, но её результат может быть не менее значимым, чем боевой успех.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из прочитанного текста. Михаил Матусовский рассказывает о первом боевом вылете воздушного диктора Владимира Герцика. Когда самолёт оказался над немецкими позициями, Герцик включил микрофон и начал обращаться к врагам. Автор подчёркивает, что немцы, ошарашенные этой передачей, не решились открыть огонь: «Немцы настолько ошарашены этой передачей, что не решаются открыть огонь по “русфанер”, – так называется у них наш У-2». Этот пример свидетельствует о том, что правдивое слово, произнесённое с уверенностью и достоинством, может парализовать волю противника, заставить его на мгновение забыть о враждебных действиях. Пояснение к этому примеру: автор показывает, что даже в условиях боевой обстановки информация, которую доносит диктор, оказывает мощное психологическое воздействие, сравнимое с действием оружия.
Кроме того, Михаил Матусовский акцентирует внимание на финальном эпизоде, который подтверждает долгосрочный эффект такой агитации. В штабе стрелкового полка появляется обмороженный немец, перешедший линию фронта и сдавшийся в плен. На вопрос, что побудило его принять это решение, он, глядя на потолок землянки, ответил: «Голос с неба!». Приведённый пример говорит о том, что радиопередача, услышанная когда-то в траншеях, посеяла в душе врага сомнение и в конечном счёте привела к осознанию бессмысленности сопротивления. Этим автор подводит нас к мысли, что слово, обращённое к совести человека, способно изменить его поступки даже спустя время.
Смысловая связь между приведёнными примерами причинно-следственная. В первом примере иллюстрируется непосредственная реакция врага на голос диктора: ошарашенность и прекращение огня. Во втором примере показано закономерное следствие этой агитационной работы: конкретный человек, находясь под впечатлением от услышанного, совершает решительный шаг – сдаётся в плен. Именно благодаря такой связи формируется правильное представление о том, что правдивое слово на войне может быть не менее эффективным, чем пуля, а его воздействие иногда проявляется не сразу, но неизбежно.
Я согласен с позицией автора. Действительно, убедительное и честное слово обладает огромной силой, особенно в переломные моменты истории. Подтверждение этому можно найти в литературе. Например, в романе Александра Фадеева «Молодая гвардия» подпольщики распространяли листовки с правдивыми сводками с фронта, и эти листки бумаги, написанные от руки, вселяли в людей веру в победу, помогали выстоять в оккупации. Так же, как в тексте Матусовского, слово становилось оружием, которое нельзя было перехватить или уничтожить.
Итак, текст Михаила Матусовского убеждает нас в том, что даже в самых жестоких условиях войны мужественный человек, несущий правду, способен изменить ход событий и пробудить человеческое даже во враге. Слово, произнесённое с риском для жизни, остаётся в памяти и может стать той последней каплей, которая заставит сложить оружие.
- Немецкий знаете?
(6)- Немного учил в школе.
(7)- На самолётах летали?
(8)- Ни разу в жизни.
(9)- Ничего, к этому можно привыкнуть. (10)Вы будете воздушным диктором. (11)Будете летать в тыл противника и говорить людям правду о войне. (12)У вас, товарищ Герцик, такой авторитетный голос, что, я думаю, немцы пачками начнут сдаваться в плен. (13)Вопросов больше нет? (14)Тогда у меня всё.
(15)Через несколько часов Владимир Борисович был уже на небольшом лесном аэродроме, где в укрытии стояли знаменитые бипланы, прозванные на фронте по-всякому - и «кукурузниками», и «огородниками».
(16)«Воздушный агитатор» был самым обычным У-2, только оборудованным для прямых радиопередач патефонным устройством, микрофоном и мощным динамиком, пристроенным в днище самолета. (17)Маленький, как и его аппарат, коренастый пилот пробурчал не слишком вежливо: «Ну, мастер художественного слова, усаживайся на листовках. (18)Пассажирского салона предложить не могу»…
(19)Первый полёт над линией фронта ночью - такое запоминается на всю жизнь, конечно, если посчастливится вернуться из этого полёта. (20)Всё небо в шаровых молниях, в багровых вспышках, прерывистых огненных линиях, как бы намечающих пунктиром очертания боя. (21)Сильно разогретые края облаков тронуты алой окалиной. (22)Белые столбы прожекторов, перекрещиваясь, образуют высотные сооружения, но держатся они недолго и тут же рассыпаются в прах, чтобы появиться снова в других сочетаниях. (23)Но Владимиру Борисовичу сейчас не до фронтовой иллюминации…
(24)Вдруг все зенитки переднего края сосредоточивают огонь на злосчастном У-2. (25)Медлительный «кукурузник» показывает чудеса ловкости, нет таких фигур высшего пилотажа, которые он сейчас не проделал бы. (26)Ну и ну! (27)Несмотря на 30-градусный мороз и режущий ветер, диктор чувствует, как он взмок под дублёным полушубком. (28)При очередном вираже, когда самолёт пикирует (просто падает вниз), пассажиру остаётся только закрыть глаза и ждать неминуемой встречи с землёй. (29)К счастью, почти у самых снежных сугробов пилоту удаётся выровнять самолёт и уйти из-под обстрела.
(30)Вскоре лётчик кладёт свою кожаную десницу ему на плечо - условный знак, сигнализирующий о том, что внизу немецкие позиции, надо кидать листовки и начинать политработу с фрицами. (31)Привычная работа начинается. (32)Воздушный диктор забывает, что всё это происходит в морозном зимнем небе, в расположении войск генерала фон Буша. (33)Он включает микрофон и обращается ко всем немцам, сидящим в траншеях, блиндажах, эскарпах… ко всем рядовым и офицерам, думающим и не научившимся ещё пока думать. (34)Впервые ему выпадает случай побеседовать с врагом с глазу на глаз. (35)И Герцик старается говорить как можно спокойнее и увереннее, это должно заставить немцев прислушаться к нему.
(36)Диктор доволен: сегодня он звучит хорошо. (37)Многократно усиленный динамиком, на несколько километров над ильменской землёй раскатывается его внушительный голос. (38)Немцы настолько ошарашены этой передачей, что не решаются открыть огонь по «русфанер», - так называется у них наш У-2. (39)Оставшиеся под сиденьем последние пачки листовок диктор отправляет за борт, немцам на закуску, и самолет ложится на обратный курс. (40)И тут немецкие зенитки начинают лупить почём зря по неизвестному самолёту, болтающемуся над линией фронта. (41)Всё повторяется в той же последовательности: белые облачка разрывов, огненно-красные трассы, осколки, барабанящие по фанере…
(42)Наконец самолёт вырывается из пекла и весь в пробоинах идёт на посадку. (43)Вылезая из самолёта, лётчик говорит Владимиру Борисовичу, ещё окончательно не пришедшему в себя:
- Не каждый день всё-таки человек через линию фронта перелетает. (44)Можно считать, что мы с тобой вторично родились, капитан!
(45)С тех пор воздушный диктор не один раз летал над валдайскими, новгородскими, демянскими лесами, включал свой мощный динамик и откуда-то прямо из-за туч обращался к слушателям, как пророк: «Ахтунг, ахтунг, дойче зольдатен унд официре». (46)Он сообщал о положении дел на фронтах и разъяснял, что лучше всего им сложить оружие, и затем возвращался на аэродром, где его переставали уже ждать, и получал вместе с боевыми пилотами благодарность перед строем.
(47)Но настоящее удовлетворение от своей работы он испытал, когда в штабе стрелкового полка объявился фриц, ободранный, весь исцарапанный ветками, перевязанный поверх тульи форменной фуражки бабьим платком и беспрестанно дувший на отмороженные, бесчувственные пальцы. (48)На вопрос, что его побудило решиться перейти линию фронта и сдаться в плен, он поглядел куда-то вверх на бревенчатый заиндевевший потолок землянки и ответил: «Голос с неба!».
(По М. Матусовскому*)
*Михаил Львович Матусовский (1915 - 1990) - русский советский поэт, кандидат филологических наук. Автор стихов к ряду известных песен.