В шестнадцать лет человек переживает сложный период взросления, когда привычный мир начинает казаться чужим, а близкие люди вызывают необъяснимое раздражение. Именно эта проблема взаимоотношений между подростком и его родителями, проблема болезненного отчуждения в, казалось бы, благополучной семье, поднимается в тексте А. Н. Рыбакова. Позиция автора заключается в том, что этот кризис неизбежен, но он не отменяет любви и уважения к родителям, а скорее является мучительным этапом поиска себя, который лирический герой осознаёт и анализирует.
Чтобы доказать это, обратимся к примерам из прочитанного текста. Автор показывает, как героя начинают раздражать «даже мелочи». Он пишет: «Например, мамино обращение к знакомым женщинам в мужском роде: «милый» вместо «милая», «дорогой» вместо «дорогая».» и добавляет: «Что-то было в этом неестественное, претенциозное. Как и в том, что свои красивые, чёрные с проседью волосы она покрасила в рыже-бронзовый цвет. Для чего, для кого?» Этот пример свидетельствует о том, что подросток начинает критически, даже придирчиво оценивать поведение и внешность родителей, видеть в их, возможно, неидеальных, но привычных действиях нечто чуждое и фальшивое. Герой ищет в этих мелочах подтверждение своей зарождающейся отдельности, отталкиваясь от того, что раньше принимал как должное.
Далее автор использует другой пример, чтобы показать более глубокий уровень отчуждения. Он пишет: «Мне стали неинтересны разговоры о папиной и маминой работе. О людях, про которых я слышал много лет, но ни разу не видел. О каком-то негодяе Крептюкове фамилия, ненавистная мне с детства; я готов был задушить этого Крептюкова.» И добавляет: «Я вставал из-за стола и уходил. Это обижало стариков.» Приведенный пример-иллюстрация говорит о том, что герой перестаёт впускать родителей в свой внутренний мир и, более того, демонстративно отвергает их мир, их заботы и проблемы, которые раньше составляли часть семейного единства. Его уход из-за стола — это физический и эмоциональный разрыв.
Смысловая связь между приведёнными примерами — это углубление проблемы, её детализация. В первом примере герой раздражается на внешние проявления, на поведение родителей (манера речи, цвет волос, хлопанье шлёпанцами). Во втором же примере автор показывает уже более серьёзный уровень отчуждения: потерю интереса к внутреннему миру родителей, к их работе и переживаниям, что выражается в демонстративном уходе. Именно благодаря этому противопоставлению внешних мелочей и внутреннего вакуума формируется правильное представление о сложном и многослойном характере подросткового кризиса.
Я согласен с позицией автора. Действительно, конфликт «отцов и детей» часто возникает не из-за принципиальных разногласий, а из-за накопившейся усталости и стремления подростка к автономии. Например, в романе И. С. Тургенева «Отцы и дети» Базаров также испытывает раздражение от уклада жизни своих родителей, от их «устаревших» взглядов, что в итоге приводит к драматическому разрыву. Хотя герой Рыбакова не столь радикален, его внутренние переживания схожи: он чувствует вину за свою холодность, но не может её преодолеть.
Итак, текст А. Н. Рыбакова поднимает важную проблему — проблему неизбежного, хотя и болезненного, взросления, когда привычный мир рушится, и человеку необходимо заново строить отношения с самыми близкими людьми, уже на новом, осознанном уровне. Этот внутренний конфликт, полный сомнений и самоанализа, является естественной ступенью на пути к становлению личности.
(7)Утром я просыпался: отец, проходя через столовую, где я сплю, хлопал шлёпанцами без задников. (8)Он и раньше ими хлопал, но тогда я не просыпался, а теперь просыпался от одного предчувствия этого хлопанья, а потом не мог заснуть.
(9)У каждого человека свои привычки, не совсем, может быть, приятные; приходится с ними мириться, надо притираться друг к другу. (10)А я не мог притираться. (11)Неужели я стал психом?
(12)Мне стали неинтересны разговоры о папиной и маминой работе. (13)О людях, про которых я слышал много лет, но ни разу не видел. (14)О каком-то негодяе Крептюкове фамилия, ненавистная мне с детства; я готов был задушить этого Крептюкова. (15)Потом оказалось, что Крептюкова душить не следует, наоборот, надо защищать, его место может занять гораздо худший Крептюков. (16)Конфликты на работе неизбежны - глупо всё время говорить о них. (17)Я вставал из-за стола и уходил. (18)Это обижало стариков. (19)Но я ничего не мог поделать с собой.
(20)Всё это было тем более удивительно, что мы были, как говорится, дружной семьёй.
(21)Ссоры, разлады, скандалы, разводы, суды и тяжбы - ничего этого у нас не было и быть не могло. (22)Я никогда не обманывал родителей и знал, что они не обманывают меня. (23)То, что они скрывали от меня, считая меня маленьким, я воспринимал снисходительно. (24)Это наивное родительское заблуждение лучше снобистской откровенности, которую кое-кто считает современным методом воспитания. (25)Я не ханжа, но в некоторых вещах между детьми и родителями существует дистанция, есть сфера, в которой следует соблюдать сдержанность.
(26)Это не мешает ни дружбе, ни доверию. (27)Так всегда и было в нашей семье. (28)И вдруг мне захотелось уйти из уютного дома, забиться в какую-нибудь пыльную дыру. (29)Может быть, я устал от экзаменов? (30)Тяжело переживаю неудачу? (31)Старики ни в чём меня не упрекали, но я подвёл, обманул их ожидание. (32)Шестнадцать лет, а всё сижу на их шее.
(33)Мне стало стыдно просить даже на кино.
(По А. Н. Рыбакову)