Как надо относиться к правам ребёнка? По Я. Корчаку «Что из него будет, кем вырастет? — спрашиваем мы себя с беспокойством…»

— (1)Что из него будет, кем вырастет? — спрашиваем мы себя с беспокойством. (2)Хотим, чтобы дети были лучше нас. (3)Грезится нам совершенный человек будущего. (4)Надо бдительно ловить себя на лжи, клеймя одетый в красивые слова эгоизм. (5)Будто самоотречение, а по существу — грубое мошенничество. (6)Мы объяснились с собой и примирились, простили себя и освободили от обязанности исправляться. (7)Не позволяем критиковать нас детям и не контролируем себя сами. (8)Отпустили себе грехи и отказались от борьбы с собой, взвалив эту тяжесть на детей. (9)Воспитатель поспешно осваивает особые права взрослых: смотреть не за собой, а за детьми, регистрировать не свои, а детские вины. (10)А вина ребёнка — это всё, что метит в наш покой, в самолюбие и удобство, восстанавливает против себя и сердит, бьёт по привычкам, поглощает время и мысли. (11)Мы не признаём упущений без злой воли. (12)Ребёнок не знает, не расслышал, не понял, прослушал, ошибся, не сумел, не может — всё это «его вина». (13)Невезение или плохое самочувствие; каждая трудность — это вина и злая воля. (14)Недостаточно быстро или слишком быстро и потому недостаточно исправно выполненная
работа — вина: небрежность, лень, рассеянность, нежелание работать. (15)Невыполнение оскорбительного и невыполнимого требования — вина. (16)И наше поспешное злое подозрение — тоже его вина. (17)Вина ребёнка — наши страхи и подозрения и даже его старание исправиться: «Вот видишь, когда ты хочешь, ты можешь».

(18)Мы всегда найдём, в чём упрекнуть, и алчно требуем всё больше и больше. (19)Уступаем ли мы тактично, избегаем ли ненужных трений, облегчаем ли совместную жизнь? (20)Не мы ли сами упрямы, привередливы, задиристы и капризны? (21)Ребёнок привлекает наше внимание, когда мешает и вносит смуту; мы замечаем и помним только эти моменты. (22)И не видим, когда он спокоен, серьёзен, сосредоточен. (23)Недооцениваем безгрешные минуты беседы с собой, миром, Богом. (24)Ребёнок вынужден скрывать свою тоску и внутренние порывы от насмешек и резких замечаний; утаивает желание объясниться, не выскажет и решения исправиться. (25)Не бросит проницательного взгляда, затаит в себе удивление, тревогу, скорбь, гнев, бунт. (26)Мы хотим, чтобы он подпрыгивал и хлопал в ладоши — он и показывает ухмыляющееся лицо шута. (27)Громко говорят о себе плохие поступки и плохие дети, заглушая шёпот добра, но добра в тысячу раз больше, чем зла. (28)Добро сильно и несокрушимо. (29)Неправда, что легче испортить, чем исправить. (30)Мы тренируем своё внимание и изобретательность в высматривании зла, в расследовании, в вынюхивании, в выслеживании, в преследовании, в ловле с поличным, в дурных предвидениях и в оскорбительных подозрениях.

(31)Один из мальчиков хлопнул дверью, одна постель плохо постлана, одно пальто запропало, одна клякса в тетрадке. (32)Если мы и не отчитываем, то.уж, во всяком случае, ворчим, вместо того чтобы радоваться, что лишь один, одна, одно. (33)Мы слышим жалобы и споры, но насколько больше прощений, уступок, помощи, заботы, услуг, уроков, глубоких и красивых влияний! (34)Даже задиры и злюки заставляют не только лить слёзы, но и расцветать улыбки. (35)Ленивые, мы хотим, чтобы никто и никогда, чтобы из десяти тысяч секунд школьного дня (сосчитай) не было ни одной трудной. (36)Почему ребёнок для одного воспитателя плох, а для другого хорош?

(37)Скитается по белу свету бездомная Золушка — чувство. (38)А ведь именно дети — князья чувств, поэты и мыслители. (39)Уважайте, если не почитайте, чистое, ясное, непорочное святое детство!

(По Я. Корчаку*)