Прошла та дата, когда вся страна отмечала 75-летие Великой Победы. Люди пересматривали военные хроники, читали письма дедов и прадедов с фронта, а также рассказывали подрастающему поколению о подвигах тех страшных лет. Война забрала жизни миллионов граждан советского государства. Не было ни одной семьи, которую бы она обошла стороной, ни одного человека, светлое будущее которого не было разрушено. Но именно вера помогала не сдаваться в бою и идти до конца, ждать дни и ночи, сидя у рации, ответа на другом конце провода. Именно об этом говорит Эммануил Казакевич, автор предложенного для анализа текста.
Писатель ставит перед нами проблему надежды на войне.
На протяжении всего текста мы сопереживаем главной героине Кате, которая не отчаивается и несколько дней ожидает ответа невыходящего на связь Травкина: "Всю ночь Катя не смыкала глаз, но Звезда молчала... Катя целый день в полудремоте прижимала к уху трубку рации". Дни напролет она сидела у аппарата и всем сердцем верила, что Травкин жив и обязательно выйдет на связь. Героиня поражала своей настойчивостью и силой воли других бойцов. Таким образом, люди, понимая всю безвыходность своего положения, продолжали верить в хороший исход, что и помогало им пережить военное время. Они надеялись, что война не тронет самое дорогое — их близких, их дом.
Бугорков, зайдя в блиндаж к Кате, отдал ей полученное Травкиным от матери письмо. Она, нашедшая тетрадь сына, верила в его возвращение со страшной войны, о чем говорили слова: «Она сохранит эту тетрадь. Когда он будет поступать в вуз, тетрадь ему очень пригодится». После слов Бугоркова о войне силы начали покидать Катю, она со страхом задумалась о бесполезности сидения у рации и постоянных вызовов. Но, даже поверив в возможную смерть Травкина, "полная надежды и железного упорства, она ждала". Так, автор хотел нам сказать, что надежда помогает не отчаяться, а также пережить трудные моменты в жизни.
Оба приведённых примера помогают нам осознать, насколько важна вера в лучшее в такое страшное время, как война.
Авторская позиция заключается в следующем: надежда помогает человеку не отчаяться и остаться в здравом рассудке. На войне она была особенно важна, потому что напоминала человеку о том, ради чего стоит идти в бой и приближать победу.
Нельзя не согласиться с автором. М. Шолохов в своем рассказе «Судьба человека» также говорит о важности веры. Главный герой Андрей Соколов после долгих мук и страданий вновь обрел надежду на светлое будущее, которую подарил приемный мальчик Ванюша. Соколов чувствовал ответственность за ребенка, который, как птенец, был выброшен из гнезда, разоренного войной. В свою очередь Ванюша стал для героя опорой, так не хватавшей ему на войне.
Таким образом, надежда в годы войны подбадривала людей, помогала выживать в труднейшие минуты. Советские граждане надеялись на то, что страшное время закончится, что враг будет побит. И эта святая вера не давала права опускать руки и сдаваться.
Что означал ответ Травкина на ее заключительные слова по радио? Сказал ли он «я вас понял» вообще, как принято подтверждать по радио услышанное, или он вкладывал в свои слова определенный тайный смысл? Эта мысль больше всех других волновала ее. Ей казалось, что, окруженный смертельными опасностями, он стал мягче и доступней простым, человеческим чувствам, что его последние слова по радио – результат этой перемены. Она улыбалась своим мыслям. Выпросив у военфельдшера Улыбышевой зеркальце, она смотрелась в него, стараясь придать своему лицу выражение торжественной серьезности, как подобает – это слово она даже произносила вслух – невесте героя.
А потом, отбросив прочь зеркальце, принималась снова твердить в ревущий эфир нежно, весело и печально, смотря по настроению:
– Звезда. Звезда. Звезда. Звезда.
Через два дня после того разговора Звезда вдруг снова отозвалась:
– Земля. Земля. Я Звезда. Слышишь ли ты меня? Я Звезда.
– Звезда, Звезда! – громко закричала Катя.– Я Земля. Я слушаю тебя, слушаю, слушаю тебя.
Она протянула руку и настежь отворила дверь блиндажа, чтобы кого-нибудь позвать, поделиться своей радостью. Но кругом никого не было. Она схватила карандаш и приготовилась записывать. Однако Звезда на полуслове замолчала и уже больше не говорила. Всю ночь Катя не смыкала глаз, но Звезда молчала.
Молчала Звезда и на следующий день и позднее. Изредка в блиндаж заходили то Мещерский, то Бугорков, то майор Лихачев, то капитан Яркевич – новый начальник разведки, заменивший снятого Барашкина. Но Звезда молчала.
Катя в полудремоте целый день прижимала к уху трубку рации. Ей мерещились какие-то странные сны, видения, Травкин с очень бледным лицом в зеленом маскхалате, Мамочкин, двоящийся, с застывшей улыбкой на лице, ее брат Леня – тоже пoчему-то в зеленом маскхалате. Она опоминалась, дрожа от ужаса, что могла пропустить мимо ушей вызовы Травкина, и принималась снова говорить в трубку:
– Звезда. Звезда. Звезда.
До нее издали доносились артиллерийские залпы, гул начинающегося сражения.
В эти напряженные дни майор Лихачев очень нуждался в радистах, но снять Катю с дежурства у рации не решался. Так она сидела, почти забытая, в уединенном блиндаже.
Как-то поздно вечером в блиндаж зашел Бугорков. Он принес письмо Травкину от матери, только что полученное с почты. Мать писала о том, что она нашла красную общую тетрадь по физике, его любимому предмету. Она сохранит эту тетрадь. Когда он будет поступать в вуз, тетрадь ему очень пригодится. Действительно, это образцовая тетрадь. Собственно говоря, ее можно было бы издать как учебник,– с такой точностью и чувством меры записано все по разделам электричества и теплоты. У него явная склонность к научной работе, что ей очень приятно. Кстати, помнит ли он о том остроумном водяном двигателе, который он придумал двенадцатилетним мальчиком? Она нашла эти чертежи и много смеялась с тетей Клавой над ними.
Прочитав письмо, Бугорков склонился над рацией, заплакал и сказал:
– Скорей бы войне конец… Нет, не устал. Я не говорю, что устал. Но просто пора, чтобы людей перестали убивать.
И с ужасом Катя вдруг подумала, что, может быть, бесполезно ее сидение здесь, у аппарата, и ее бесконечные вызовы Звезды. Звезда закатилась и погасла. Но как она может уйти отсюда? А что, если он заговорит? А что, если он прячется где-нибудь в глубине лесов?
И, полная надежды и железного упорства, она ждала. Никто уже не ждал, а она ждала. И никто не смел снять рацию с приема, пока не началось наступление.