(1) До сих пор вспоминаю тот разговор с отцом Сони Потехиной, который случился у меня после родительского собрания.
(2) Василий Петрович тогда сам начал его:
(3) - Слышали: прямая линия короче кривой - геометрия!
(4) И все верят в это, понять не хотят - в жизни-то геометрия совсем иная, там кривые пути всегда прямых короче.
(5) А чему вы, преподаватель литературы, детей учите?
(6) - Русской литературе хотя бы.
(7) А она тем знаменита, что лучше других разбирается в запутанной жизни.
(8) Да, в запутанной, да, в сложной!
(9) - Вы учите - будь только честным и никак по-другому?
(10) - Учу.
(11) - И зла никому не делай - учите?
(12) -Учу.
(13) - И сильного не бойся, слабому помогай, от себя оторви - тоже учите?
(14) -Тоже.
(15) - А-а! - восторжествовал мой собеседник. - И это не по линеечке жить называется!
(16) Не геометрию из книжек преподаёте!
(17) 3апутанно, сложно, а прямолинейненько-то поступай!
(18) - А вам бы хотелось, чтоб я учил - будь бесчестным, подличай, изворачивайся, не упускай случая сделать зло, перед сильным пасуй, слабому не помогай...
(19) Неужели, Василий Петрович, вам хочется такой вот свою дочь видеть?
(20) - Я хочу... - Василий Петрович даже задохнулся от негодующего волнения. - Одного хочу - чтоб Сонька моя счастливой была, приспособленной!
(21) Чтоб загодя знала, что и горы крутые, и пропасти в жизни встретятся, пряменько никак не потопаешь, огибай постоянно.
(22) Ежели можно быть честной, то будь, а коль нельзя - ловчи, не походи на своего отца, который лез напролом да лоб расшиб...
(23) Хочу, чтоб поняла, и крепко поняла, что для всех добра и люба не станешь и любви большой и доброты особо от других не жди.
(24) Хочу, чтоб не кидалась на тех, кто сильней, кто легко хребет сломать может, а осторожничала, иной раз от большой нужды и поклониться могла.
(25) Хочу, чтоб дурой наивной не оказалась.
(26) Вот чего хочу!
(27) Ясно ли?
(28) Вот если бы этой сноровистой науке вы мою Соньку научили, я бы первый вам в ножки поклонился.
(29) - Всех этому научить или только одну вашу дочь?
(30) - Всех, всех, чтоб вислоухими не были!
(31) - Так что же получится, Василий Петрович, - все науку воспримут, все станут не вислоухие, а ловкачи, все будут стараться обманывать друг друга, хребет ломать тем, кто послабей...
(32) В дурном же мире Соне жить придётся.
(33) Не пугает это вас?
(34) - А что делать-то, когда он, мир, таков и есть, доброго слова не стоит?
(35) И сменять его на другой какой, получше, нельзя - один всего.
(36) Выхода нет - приспособляйся к нему.
(37) - Сменять наш мир на другой нельзя, а вот попробовать как-то исправить его...
(38) - Ой, не учите вы детей наших мир исправлять.
(39) На что мне весь мир!
(40) Могу ли я с ним, со всем миром, справиться?
(41) Иль надеяться могу, что справится Сонька?
(42) С ума ещё не сошёл - ни себя, ни её Наполеоном великим не считаю!
(43) Я маленький человек, и она в крупную не вырастет.
(44) Нужно мне совсем мало - чтоб дочь родная счастливо жила.
(45) А остальные уж пусть сами как-нибудь без меня устраиваются...
(46) А вы!
По Тендрякову В. Ф.