(1)Я знавал когда-то товарища председателя, честнейшего человека и большого оригинала; отправляюсь прямо к нему в уголовную Палату. (2)Мой старичок с добродушным лицом сидел один-одинёхонек читая страшной толщины дело. (3)Мы с ним не видались года три, он обрадовался мне, и я ему обрадовался. (4)Я сказал ему о причинах моего появления. (5)Он велел подать дело; я попросил его обратить внимание на некоторые «облегчающие обстоятельства», он согласился в возможности уменьшить наказание.
(6)Поблагодаривши его, я не мог удержаться, чтобы не сказать ему, дружески взявши его за руку:
- Владимир Яковлевич, ну, а если б я не пришёл да не попросил бы вас перечитать дело, мужика-то бы наказали строже, нежели надобно.
(7)- Что делать, батюшка, - отвечал старик, - совесть у меня чиста; я, не читавши всего дела, никогда не подпишу протокола, но, признаюсь, как огня боюсь отыскивать облегчающие причины.
(8)- Ну, вас нельзя обвинить ни в снисходительности, ни в особом желании облегчить участь подсудимого.
(9)- Совсем напротив. (10)Я двадцатый год служу в этой палате, а всякий раз как придётся подписывать строгий приговор, так мурашки по телу пробегут.
(11)- Так отчего же вы не любите облегчающих обстоятельств?
(12)- Ведут далеко, вот что; право, вы, нынешние, всё только вершки хватаете - ну, ведь вы, чай, служили там где-нибудь в министерстве, а дела, наверно, в руки не брали; но вам оно всё тёмная грамота. (13)Не хотите ли подзаняться у нас в архиве, прочтите дела хоть за два последние года, вперёд пригодится, и судопроизводство узнаете, и людей тоже. (14)Тут и поймёте, что такое отыскивать оправдания и куда это ведёт.
(15)- Благодарю за доброе предложение, однако объясните теперь ещё более непонятное для меня отвращение ваше от облегчающих обстоятельств. (16)Хлопот, что ли, много, времени недостаёт рыться в каждом деле?
(17)- Господи, прости мои прегрешения, да что я, батюшка, в ваших глазах турка какой, что из лени стану усугублять участь несчастного; говорю вам - далеко поведёт.
(18)- Воля ваша, я готов согласиться, что я непростительно туп, но не понимаю вас.
(19)- Да помилуйте, возьмите любое дело да начните отыскивать облегчающие обстоятельства, так выйдет, что виноватого вовсе нет.
(20)- Тем лучше.
(21)- Так это, по-вашему, за всё по головке гладить. (22)Как же в благоустроенном обществе виноватого не наказать?
(23)- Да какой же он виноватый, когда вы сами найдёте ему оправдание?
(24)- Ну, да эдак и всякого оправдаешь, коли дать волю мудрованиям. (25)Я разве затем тут посажен? (26)Я старого покроя человек, моё дело - буквальное исполнение, да и так нехорошо - ну, как же, видишь, что человек украл, вор есть, а тут пойдёт… да он от голоду украл, да мать больна, да отец умер, когда ему было три года, он по миру с тех пор ходил, привык бродяжничать… и конца нет; так вора и оставить без наказания? (27)Нет, батюшка, собственное сознание есть, улики есть прошу не гневаться, XV том Свода законов да статейку.
(28)Теперь я, знаете, понаторел и попривык, а, бывало, сначала, ей-богу, измучишься, такой скверный нрав. (29)Ночью придёт дело в голову, вникнешь, порассудишь - не виноват, да и только, точно на смех, уснуть не даёт: кажется, из чего хлопотать, - не то что родной или друг, а так - бродяга, мерзавец, беглый… поди ты, а сердце кровью обливается. (30)Оправдай этого, оправдай другого, а там третьего… (31)На что же это похоже, я себя на службе не замарал, честное имя хочу до могилы сохранить. (32)Что же начальство скажет - всё оправдывает, словно дурак какой-нибудь. (33)Я думал, думал, да и перестал искать облегчающих причин. (34)Наша служба мудрёная, не то что в гражданской палате - доверенность засвидетельствовал, купчую совершил, духовную утвердил, да и спи спокойно. (35)А тут подумаешь - такой-то Еремей вот две недели тому назад тут стоял, говорил, а идёт теперь по Владимирской; такая-то Акулина идёт тоже, да и, знаете… сделается жаль. (36)Понимаете теперь?
(37)- Понимаю, понимаю, добрейший и почтеннейший Владимир Яковлевич. (38)Прощайте, этого разговора я не забуду.
(39)- Пожалуйста, батюшка, по Питеру-то не рассказывай такого вздору, ну, что скажет министр или особа какая - «Баба, а не товарищ председателя».
(40)- О нет, нет, будьте уверены - я вообще с особами ни о чём не говорю.
(По А. Герцену*)
*Герцен Александр Иванович (1812-1870) - русский писатель, педагог и философ.