(1)Литература отличается от критики, как дальнее плавание от каботажного. (2)Энциклопедия Брокгауза и Ефрона велеречиво объясняет, что каботажным называется «плавание от одного мыса к другому, прибрежное плавание, совершаемое при помощи одних навигационных устройств кораблевождения и не требующее астрономических средств». (3)Каботажное плавание, конечно, проще, надёжнее, безопаснее. (4)В открытом море легко потеряться, но только там можно открыть Америку. (5)Беда в том, что эра великих открытий кончилась. (6)Карта уже вычерчена, а чтобы её исправить, нужна самонадеянность гимназиста из Достоевского, который, как помнят читатели «Братьев Карамазовых», впервые увидев карту звёздного неба, наутро принес её исправленной. (7)Тысячи романов, тасуя имена и обстоятельства, рассказывают одни и те же истории. (8)Мы больше не придумываем — мы пересказываем чужое. (9)Скука монотонности рождает неутолимую жажду оригинального, что уже само по себе оригинально. (10)Потребность в новых историях — признак Нового времени. (11)Большую часть своей жизни искусство удовлетворялось старыми, обычно очень старыми историями, например — библейскими. (12)Поменяв универсальные, всем знакомые сюжеты на авторский вымысел, литература стала так популярна, что за несколько веков исчерпала ограниченный запас историй. (13)В ответ на вызов печатного станка появился модернизм. (14)Если реалист рассказывал истории, то модернист рассказывал о том, как он рассказывает истории. (15)Постмодернист уже ничего не рассказывает, он цитирует. (16)Сегодня кризис традиционной — так сказать, «романной» — литературы проявляет себя чудовищным перепроизводством. (17)Никогда не выходило столько книг, и никогда они не были так похожи друг на друга. (18)Маскируя дефицит оригинальности, литература симулирует новизну, заменяя сюжет действием. (19)Скажем, секрет успеха автора ловких и дельных бестселлеров Джона Гришама заключается в том, что у него что-то происходит буквально в каждом абзаце. (20)Желая досмотреть, чем завершится эпизод, мы невольно переворачиваем страницу очередной книги... (21)При этом описательная активность не имеет прямого отношения к развитию сюжета. (22)Это — пляска на месте. (23)Она не приближает нас к финалу и не задерживает перед ним, она важна сама по себе. (24)Как факир кобру, писатель гипнотизирует читателя непрестанным движением. (25)Только этим можно объяснить многозначительный эпизод, о котором мне рассказала редактор одного московского издательства. (26)В метро она заметила юношу, погруженного в пухлый боевик с развязной обложкой. (27)Увлёкшись, он громко чихнул, и, не найдя платка, высморкался в ещё непрочитанную страницу, которую он выдрал из конца книги. (28)Подобное обращение может с собой позволить только сочинение, лишённое композиционной структуры. (29)В сущности, это уже не литература.
(А. А. Генис)