(1)А.П. Чехов приходит к нам в детстве и сопровождает нас всю жизнь, так же как Дж. Свифт, М. Сервантес, А.С. Пушкин, Л.Н. Толстой. (2)Это качество гениев. (3)Детьми нас поражает история рыжей собачки, похожей на лисицу, помеси таксы с дворняжкой, и путешествие Белолобого в волчью нору, и ужасный, непоправимый поступок мальчика Ваньки Жукова, который писал письмо «на деревню дедушке», и, конечно, это письмо не дойдёт. (4)Это – на заре жизни. (5)Каждая книга открывается, как неизведанный мир, и мир открывается, как книга. (6)Потом наступает увлечение Антошей Чехонте, Чеховым «Осколков» и «Будильника». (7)Нет ничего смешнее маленьких рассказиков, где одни разговоры – но какие! (8)Ах, что за удовольствие читать вслух про глупых чиновников, смешных помещиков, жалких актёришек, крестьян с куриными мозгами! (9)А бесчисленные дачники, гувернантки, гимназисты, женихи, кухарки, тётки, городовые, с которыми случаются такие уморительные истории с неожиданными концами! (10)Ведь это смешно, когда ловят налима. (11)Кучер Василий лезет в воду: «Я сичас... (12)Который тут налим?» (13)Чехов – любимый писатель юности. (14)Он и сам юн, когда создаются эти шедевры юмора, любит шутку, веселье; выдумка его неистощима; он работает упоённо, с блистательной быстротой... (15)Мы становимся старше, и меняется наша любовь к Чехову. (16)Она меняется всю жизнь. (17)Она вырастает тихо и незаметно, как куст сирени в саду. (18)Уже не «Заблудшие», не «Пересолил» восхищают нас, а поэтичный «Дом с мезонином», грустный и трогательный «Поцелуй», рассказ о даме с собачкой, о доброй Ольге Семёновне, которую все называли «Душечкой», об учителе Беликове. (19)А потом нам открывается бескрайний, ошеломляющий простор «Степи», мы угадываем затаённые глубины в «Крыжовнике», «Мужиках». «Ионыче», понимаем «Скучную историю», «Студента». (20)Нас пленяет театр Чехова. (21)И ещё остаются его письма, которые можно читать долго, до конца жизни, и до конца жизни будет длиться наше узнавание Чехова. (22)И будет расти, расцветать любовь к нему. (23)Влияние Чехова на мировое искусство огромно, даже трудно определить всю его меру. (24)Он открыл великую силу недосказанного. (25)Силу, заключающуюся в простых словах, в краткости. (26)Л.Н. Толстой высоко ценил Антона Павловича как художника. (27)Хотя театр Чехова, некоторые его рассказы, например «Дама с собачкой», Толстому не нравились. (28)Он считал, что Чехову недостаёт ясного миросозерцания, «общей идеи». (29)В чем же причина гигантской популярности этого писателя без «общей идеи», где секрет всемирной любви к нему? (30)Чехов писал не о человечестве, но о людях. (31)Его интересовало не бытие человека, а жизнь его. (32)Жизнь одного, конкретного человека, например дяди Вани. (33)Все дяди Вани мира ответили трепетом и слезами, когда он написал об одном из них. (34)Он исследовал души людей. (35)Эта область для исследования безгранична. (36)Вот мы расщепили атом, летаем в космос, достигли фантастических чудес в науке и технике, но душа человека – одного человека, какого-нибудь дяди Вани – по-прежнему остаётся самым сложным и загадочным явлением природы. (37)Мы будем ещё много веков узнавать себя и удивляться. (38)Сила Чехова в том, что, не обольщаясь «общими идеями», он делал одноединственное дело: изучал и описывал свойства человеческой души, выражаемые в поступках.
(По Ю.В. Трифонову*)
* Юрий Валентинович Трифонов (1925–1981) — русский, советский писатель, мастер «городской прозы».