(1) Меня всегда интересовало, как проявляются на охоте, то есть на природе, человеческие характеры.
(2) Мне не раз доводилось видеть, до чего различно поведение человека дома и среди животных и растений и как оно порой не соответствует привычным деловым, бытовым, соседским представлениям о нем.
(3) Возникало впечатление, что душа человека не расковывается, а разнуздывается на природе, обнаруживая себя куда полнее, сильнее, а порою и страшнее, чем во всех иных жизненных средах.
(4) Есть что-то древнее в том, что человек, взяв ружье, начинает ощущать себя хозяином окружающего мира.
(5) Власть над чем-то живым пьянит невоспитанные, со слабым этическим зарядом души.
(6) Тормоза отказывают, человек теряет осторожность, помогающую ему жить среди себе подобных, раскрывается с самой неожиданной стороны.
(7) Но есть нерасторжимая связь — это отнюдь не открытие Америки — между поведением человека в природе и его гражданской общественной сутью.
(8) Были люди, которых я считал высоконравственными в широком общественном смысле, но после охоты, хотя ничего особенно одиозного они не совершали, я видел, что это лжецы, притворяющиеся порядочными, на деле же — хапуги, жадные, безжалостные и безответственные.
(9) Они изо всех сил лупят по самкам весной, по высоко пролетающим стаям, без толку подранивая птиц, — им наплевать на это, как и на весь окружающий их беззащитный мир природы, им лишь бы насытить свое корыстное, пусто-азартное чувство.
(10) Бывает и другое — человек в городской жизни жесткий, нелюбезный вдруг обнаруживает на природе истинную человечность, даже нежность.
(11) Он наслаждается пребыванием между небом и водой и не выстрелит зря, никогда не выйдет из нормы и даже не слишком стремится к ее выполнению.
(12) Стреляет лишь наверняка, чтобы не делать подранков.
(13) И не боится вернуться на базу без выстрела.
(14) Такие люди думают о том, что останется после них, соотносят свои охотничьи возможности с природой, которая должна воспроизводиться, жить.
(15) В человеке должен быть нравственный императив, налагающий известные обязательства, ограничения, даже если нет прямых запретов.
(16) Но, к сожалению, в последнее время этот душевный стержень очень расшатался…17) С интересом я наблюдал и за местными жителями.
(18) В Мещере бывал по нескольку раз в году.
(19) Мещерские люди, с одной стороны, практичные, ухватистые ремесленники: плотники, столяры, прирабатывающие на стороне, с несколько ослабевшим крестьянским чувством.
(20) Вместе с тем это люди тонкие, с поэтическим восприятием окружающего мира.
(21) Они по-своему, очень самобытно называют зверей и птиц: чирок — чиликан, кряква — матерка, красноголовый нырок — шушпан и так далее.
(22) Мой егерь и друг Анатолий Иванович Макаров, фронтовик, человек поразительной силы и чистоты во всем — в семейной жизни, в любви к жене, к двум детям, к окружающей природе, — всегда был для меня и моих спутников примером на охоте.
(23) Вот уж кто никогда не брал лишку: как-то незаметно давал нам уроки заботы о будущем этих мест, этих лесов, озер, рек…
(24) И в той же деревне жили два брата, помоложе Анатолия Ивановича, хотя уже «на возрасте», гулливые молодцы, хабарщики, ухари.
(25) Они лупцевали по дичи с непонятным озверением.
(26) Да и не только по дичи: выпь простонет в воздухе — выпь собьют, сойка зазевается — по сойке вдарят, голубь налетит — голубя уложат.
(27) А ведь не злые, не жестокие парни, но с невоспитанным сердцем, распущенные и напрочь забывшие о том, что деревенские обычно знают и помнят лучше, чем горожане: о нашей связи с природой, о том, что, если не будет природы, зверья, птиц, леса, не будет и нас, что если этот мир зависит от нас, то мы еще больше зависим от него.
(28) Был я, действительно, во многих местах и интересовался, как человек взаимодействует с природой.
(29) В общем-то, набедокурил «венец творения» в окружающем мире крепко и повсюду.
(30) Не берусь назвать ни одной страны, где бы не существовало проблем, связанных с охраной природы.
(31) У природы есть счастливое свойство восстанавливаться, если, конечно, к этому есть благоприятные условия.
(32) У меня давно сложилось ощущение, что мир, окружающий нас, еще напрягается против гибели, и надо помочь ему, нужно участие каждого из нас в этом деле.
(33) Мы все, независимо от того, чем занимаемся, должны служить охране беззащитной, доверчивой и могучей природы, без которой мы — ничто.
(По Ю.М. Нагибину*)
*Нагибин Юрий Маркович (1920-1997) - советский и российский писатель, журналист.
По Нагибину Ю.М.