В чем состоит цель странствований русского человека? На этот вопрос в своем тексте отвечает Федор Иванович Шаляпин.
Размышляя над этой проблемой, автор приводит в пример бродягу, с которым ему довелось ночевать на мельнице, с которым он хотел, но не успел заговорить. По внешнему виду старика Шаляпин понял, что тот вечный странник. Автор справедливо отмечает, что этот незнакомец не первый, не последний и не единственный: «В России испокон веков были такие люди, у которых не было ни дома, ни крова, ни семьи, ни дела». Такие бродяги вечно находятся в пути, потому что у них нет определенной цели. Всё, что ими движет, — это желание убежать от тяжелой жизни к жизни праведной. Так, можно сказать, что целью странствований русского человека является хорошая жизнь. Он желает скрыться от тоски, что охватывает его. Но не только стремление найти правду, счастье и спокойствие заставляет русского человека отправиться в продолжительное странствие.
Следующий пример, расширяя границы данной проблемы, показывает, что религия для бродяги — тоже повод отправиться в путь. Варлаам — не то монах-расстрига, не то просто какой-то бывший церковный служитель, что «шатается из города в город за чудотворной иконой по церковным приходам». Шаляпин обращает внимание на то, что куда бы ни шел бродяга, он идет с готовым сознанием своей абсолютной ненужности. Лишь вера в Бога помогает Варлааму жить, бороться с тоской. Лишь она заставляет его странствовать. Таким образом, целью путешествий русских бродяг являются посещения святых мест, монастырей, чудотворных икон. Вера в Бога может стать стимулом странствий. И оба эти примера, дополняя друг друга, доказывают, что цели у бродяг разные, но чаще всего они вызваны духовными стремлениями.
Позиция автора по заявленной проблеме предельно ясна. Цель странствований человека состоит и в желании убежать от тоски, и в стремлении найти праведную землю и хорошую жизнь, и в намерении посетить святые места и помолиться чудотворным иконам. Но ясно одно — цель эта благая.
Я абсолютно согласна с мнением автора. Причинами, целями странствий русских людей. Могут быть различны, но они всегда свидетельствуют о том, что человек несчастлив, что ему чего-то в жизни не хватает. Вспомним роман-эпопею Л. Н. Толстого «Война и мир». Пьер Безухов, один из главных героев произведения, тоже отправляется в своеобразные странствия: сначала к масонам, потом на поле боя. Его цели не были материальными или высокими. Он лишь хотел убежать от тоски, найти себя. Этот пример ещё раз доказывает, что счастливые, довольные жизнью люди странниками не становятся.
Подводя итог, можно сказать, что все бродяги похожи тем, что находятся в вечных странствиях, хотя и имеют разные цели и причины своих исканий.
(5)Однажды, придя к мельнику ночевать, я в углу избы заметил какого-то человека. (6)В потасканной серой одежде и в дырявых валяных сапогах, хотя было это летом, он лежал прямо на голом полу. (7)Он спал с котомкой под головой и с длинным посохом под мышкой. (8)Я лёг против двери на разостланном для меня сене. (9)Не спалось. (10)Волновала будущая заря. (11)Хотелось зари. (12)Утром рыба хорошо клюёт. (13)Но в летнюю пору зари долго ждать не приходится. (14)Скоро начало светать. (15)И с первым светом серый комок в валенках зашевелился, как-то крякнул, потянулся, сел, зевнул, перекрестился, встал и пошёл прямо в дверь. (16)На крыльце он подошел к рукомойнику, висевшему на верёвочке. (17)С моего ложа я с любопытством наблюдал за тем, как он полил воды на руки, как он смочил ею свою седую бороду, растёр её, вытерся рукавом своей хламиды, взял в руки посох, перекрестился, поклонился на три стороны и пошёл.
(18)Я было собирался со стариком заговорить, да не успел — он ушёл. (19)Очень пожалел я об этом, и захотелось мне хотя бы взглянуть на него ещё один раз. (20)Чем-то старик меня к себе привлёк. (21)Я привстал на колени, облокотился на подоконник и открыл окошко. (22)Старик уходил вдаль. (23)Долго смотрел я ему вслед. (24)Фигура старика, по мере того как он удалялся, делалась всё меньше и наконец вовсе растворилась в утреннем тумане. (25)Но в глазах и в мозгу моём его образ остался навсегда, живой.
(26)Это и был бродяга-странник. (27)В России испокон веков были такие люди, у которых не было ни дома, ни крова, ни семьи, ни дела. (28)Не будучи цыганами, они вели цыганский образ жизни. (29)Ходили по просторной русской земле с места на место, из края в край. (30)Блуждали по подворьям, заглядывали в кабаки, тянулись на ярмарки. (31)Жили подаянием. (32)Отдыхали и спали где попало. (33)Цель их странствований всегда определялась по-разному и весьма расплывчато — «ко святым местам», «пострадать», «грехи искупить», найти место, «где дышать легче». (34)Я, честно говоря, убеждён, что если каждого из них в отдельности спросить, куда и с какой целью он идёт, то он не ответит. (35)3ачем ему об этом думать?
(36)Кажется, они чего-то ищут. (37)Кажется, в их душах живёт смутное представление о каком-то неведомом крае, где жизнь праведнее и лучше. (38)Но ещё вернее будет сказать, что они от чего-то бегут. (39)А бегут, конечно, от тоски — этой совсем особенной, непонятной, невыразимой, иногда беспричинной русской тоски.
(40)В «Борисе Годунове» Мусоргским с потрясающей силой нарисован своеобразный представитель этой бродяжной России — Варлаам. (41)Мусоргский с несравненным искусством и мощью передал мироощущение этого бродяги — не то монаха-расстриги, не то просто какого-то бывшего церковного служителя. (42)Тоска в Варлааме бездонная, как океан. (43)Куда бы этот бродяга ни пошёл, он идёт с готовым сознанием своей абсолютной ненужности. (44)Вот и ходит Варлаам из монастыря в монастырь, шатается из города в город за чудотворной иконой по церковным приходам. (45)В горсточке держит свечку восковую, чтобы её не задуло, и орёт сиплым басом, подражая протодиаконам: (46)«Сокрушите змия лютого со два на десятью крылами хоботы».
(47)У него спутана и всклокочена седая борода, расходящаяся на конце надвое наподобие штопора. (48)Одутловатый, малокровный, однако с сизо-красным носом, он ходит по городам, весь поношенный и помятый, в своей стёганной на вате шапке, схожей с камилавкой. (49)Таких, как он, сторонятся, не желая встречаться взглядом с влажными, просящими глазами, которые видят человека насквозь.
(50)...Не знаю, конечно, нужны ли такие люди. (51)Надо ли устроить так, чтобы они стали иными, или не надо? (52)Одно только я скажу: эти люди — одна из замечательнейших, хотя, может быть, и печальных красок русской жизни. (53)Нет, сами они не праведники, но каким-то чудесным образом делают нас чище и лучше. (54)Если бы не было таких бродяг-странников, «калик перехожих», жить всем нам было бы труднее...