Что важнее: долг перед товарищем, сослуживцем или личное благополучие? Именно этот вопрос находится в центре внимания В.М. Санина.
По мнению писателя, долг перед товарищем должен быть важнее личного благополучия. Однако некоторые люди проявляют страх, боясь навредить своей репутации в глазах других. Приведу примеры из текста, иллюстрирующие авторскую позицию.
Размышляя над проблемой, В.М. Санин повествует о рядовом Синицыне, который должен был подготовить топливо для командира. Главный герой был оскорблен, когда услышал в вопросе Гаврилова “хорошо рассчитанную бестактность, желание обидеть и даже оскорбить недоверием”. Автор подчёркивает, что все окружающие видели Синицына ненадёжным и слабохарактерным человеком.
Далее, когда рядовой осознал свою ошибку, он не решается рассказать Гаврилову. Он боится признаться, что забыл добавить в топливо керосин, чтобы “не поднимать панику”. Так, В.М. Санин делает акцент на трусости Синицына, из-за которой его товарищи погибнут. Долг перед сослуживцем он ставит ниже личного благополучия.
Примеры объединены причинно-следственной связью: Синицын не хотел быть в глазах других трусом, и поэтому обманул Гаврилова. Его репутация выше товарищей и сослуживцем.
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, на войне нельзя оставаться эгоистом, думая только о своём благополучии. В произведении В. Быкова “Сотников” также есть малодушный партизан Рыбак, который, попав в плен, решился на сотрудничество с немцами. Он решается на предательство, чтобы его оставили в живых, не задумываясь о других людях. Этот поступок характеризует его как эгоистичного человека со слабым характером.
Таким образом, личное благополучие не должно быть в ущерб общему делу. Так, люди перестают себя контролировать, совершая низкие поступки.
(3)Он стоял на часах у штаба, когда комбат, сибиряк с громовым басом, отдавал приказ командирам рот. (4)И Синицын услышал, что батальон уходит, оставляя на высоте один взвод. (5)Этот взвод должен сражаться до последнего патрона, но задержать фашистов хотя бы на три часа. (6)Его, Синицына, взвод, второй взвод первой роты! (7)И тогда с ним, безусым мальчишкой, случился солнечный удар. (8)Жара стояла страшная, такие случаи бывали, и пострадавшего, облив водой, увезли на повозке. (9)Потом по дивизии объявляли приказ генерала и салютовали павшим героям, больше суток отбивавшим атаки фашистов. (10)И тут командир роты увидел рядового Синицына.
(11)— Ты жив?!
(12)Синицын сбивчиво объяснил, что у него был солнечный удар и поэтому…
(13)— Поня-ятно, — протянул комроты и посмотрел на Синицына.
(14)Никогда не забыть ему этого взгляда! (15)С боями дошел до Берлина, честно заслужил два ордена, смыл никем не доказанную и никому не известную вину кровью, но этот взгляд долго преследовал его по ночам.
(16)А теперь ещё и Гаврилов.
(17)Перед самым уходом «Визе» к нему подошел Гаврилов и, явно пересиливая себя, неприязненно буркнул: «Топливо подготовлено?»
Синицын, измученный бессонницей, падающий с ног от усталости, утвердительно кивнул. (18)И Гаврилов ушёл, не попрощавшись, словно жалея, что задал лишний и ненужный вопрос. (19)Ибо само собой разумелось, что ни один начальник транспортного отряда не покинет Мирный, не подготовив своему сменщику зимнего топлива и техники. (20)Ну, не было в истории экспедиций такого случая и не могло быть! (21)Поэтому в заданном Гавриловым вопросе любой на месте Синицына услышал бы хорошо рассчитанную бестактность, желание обидеть и даже оскорбить недоверием.
(22)Синицын точно помнил, что кивнул он утвердительно.
(23)Но ведь зимнее топливо, как следует, он подготовить не успел! (24)То есть подготовил, конечно, но для своего похода, который должен был состояться полярным летом. (25)А Гаврилов пойдет не летом, а в мартовские морозы, и поэтому для его похода топливо следовало готовить особо. (26)И работа чепуховая: добавить в цистерны с соляром нужную дозу керосина, побольше обычного, тогда никакой мороз не возьмет. (27)Как он мог запамятовать!
(28)Синицын чертыхнулся. (29)Нужно немедленно бежать в радиорубку, узнать, вышел ли Гаврилов в поход. (30)Если не вышел, сказать правду: извини, оплошал, забыл про топливо, добавь в соляр керосина. (31)Если же Гаврилов в походе, поднять тревогу, вернуть поезд в Мирный, даже ценой потери нескольких дней, чтобы разбавить солярку.
(32)Синицын начал одеваться, сочиняя в уме текст радиограммы, и остановился. (33)Стоит ли поднимать панику, на скандал, проработку напрашиваться? (34)Ну какие будут на трассе морозы? (35)Градусов под шестьдесят, не больше, для таких температур и его солярка вполне сгодится.
(36)Успокоив себя этой мыслью, Синицын снял с кронштейна графин с водой, протянул руку за стаканом и нащупал на столе коробочку. (37)В полутьме прочитал: «люминал». (38)И у Женьки нервишки на взводе… (39)Сунул в рот две таблетки, запил водой, лег и забылся тяжелым сном.
(40)Через три часа санно-гусеничный поезд Гаврилова ушел из Мирного на Восток.
(По В. Санину)
Связь названа (причинно-следственная) и раскрыта — как требует К2.
Два примера-иллюстрации (недоверие Гаврилова; сокрытие ошибки из трусости), пояснения, причинно-следственная связь названа и раскрыта.
Домысел: в тексте недоверие только у Гаврилова и комроты, а не у «всех окружающих».
из-за которой его товарищи погибнут
Текст обрывается на выходе поезда; гибель товарищей прямо не сказана.
Домыслы: «все окружающие видели Синицына ненадёжным» (в тексте только Гаврилов и комроты), «товарищи погибнут» (исход не назван).
Рассогласование падежей: «выше товарищей и сослуживцев» (оба в родительном).
«выше товарищей и сослуживцем» — рассогласование падежей однородных (нужно «сослуживцев»).
Речевая недостаточность: рассказать что? Нужно дополнение («о своей ошибке»).
решился на сотрудничество с немцами. Он решается на предательство
Повтор «решился/решается» в смежных предложениях.
характеризует его как эгоистичного человека со слабым характером
Тавтология «характеризует/характером».
Речевая недостаточность «рассказать Гаврилову»; повтор «решился/решается»; тавтология «характеризует/характером».