Всегда ли испытываемое чувство стыда становится началом нравственного исправления? Над этим задумывается русский писатель и драматург Антон Павлович Чехов.
Автор убеждён: нет, далеко не всегда стыд становится началом духовного исправления. Порой стыд — лишь показное раскаяние в грехе, после которого человек продолжает вести постыдную жизнь.
Так, в тексте А. П. Чехова повествуется о том, как один брюнет
просит своего рыжего приятеля дать взаймы из-за проигрыша в карты денег от заложенного браслета жены. Между ними начинается ожесточённый спор. Поведение первого приятеля, который вечно лгал и не краснел, чрезвычайно разозлило второго. Наконец Николай Борисыч «сам того не осознавая» дал пощёчину Василию Иванычу. «Рыжему тотчас стало стыдно этой пощёчины». После этого он ушёл от своего приятеля-брюнета.
Так, несмотря на то, что Николаю Борисовичу было совестно за свой поступок, это не стало первым шагом к исправлению. Наоборот, из-за сильного внезапного чувства стыда тот покинул Василия Ивановича и убежал, «словно испугавшись чего-то».
Всё же его приятель оказался не лучше него в этом аспекте. Василий Иваныч проиграл деньги жены, имел слишком показной внешний вид, который лишь повторял внешние атрибуты успеха, а также хвалился «своими несуществующими знакомствами» и, самое страшное, «сподличал», играя в карты с барынями. Конечно, когда его собеседник обвинил его во всём этом, он «покраснел как школьник» и испытал глубокий стыд. Однако после ссоры «фат» не поменял своего поведения. Когда Василий Иваныч идёт домой, он без капли стыда, скорее с раздражением, придумывает новый постыдный план действий: «Достанется мне от супруги за проигрыш! Всю ночь будет проповедь читать! Скажу, что потерял деньги...». Так, изначальная просьба, вызванная стыдом, оказалась лишь очередной попыткой обмануть всех, кроме своего приятеля, и не уронить себя в глазах жены. Однако когда и эта уловка ему не удаётся, он не испытывает раскаяния, лишь придумывает новый способ выйти из трудного положения и избежать наказания.
Примеры противопоставлены. Если в первом примере стыд Николая Борисовича мгновенен и вызван неловкостью и не приводит к нравственному шагу, то во втором — стыд Василия Иваныча глубок, хоть и не меняет поведения героя. Контраст показывает: стыд бывает разным — и глубоким, и поверхностным, — однако без внутреннего решения действовать он остаётся лишь переживанием, не становясь началом исправления.
Действительно, сложно не согласиться с мнением автора. Для эгоистичных и хитрых людей стыд становится не внутренним нравственным ориентиром, а удобным тактическим приёмом. Фальшивое раскаяние используется манипуляторами как щит, способный усыпить бдительность окружающих и скрыть истинные пороки человека. Так, в рассказе А.П. Чехова «Хамелеон» полицейский надзиратель Очумелов, узнав, что укусивший щенок якобы принадлежит генералу, испытывает мимолётный стыд за свою грубость и мгновенно меняет гнев на милость, унижаясь перед генеральским псом. Однако как только поступает информация, что собака — не генеральская, стыд испаряется, и Очумелов снова готов оскорбить «подлого щенка». Стыд здесь — не начало исправления, а лишь мгновенная маска, которую надевают и снимают по обстоятельствам.
Таким образом, испытываемый стыд не всегда ведёт к нравственному исправлению. Он может остаться краткой вспышкой или бессильным самоосуждением, если человек выбирает привычное оправдание и не делает реальных шагов к переменам. Исправляет не чувство само по себе, а решение и действие, которые за ним следуют.
(5)— Не посидеть ли нам? — предложил наконец брюнет, когда оба приятеля увидели тёмный силуэт Пушкина и огонёк над воротами Страстного монастыря.
(6)Рыжий молча согласился, и приятели уселись.
(7)— У меня есть к тебе маленькая просьба, Николай Борисыч, — сказал брюнет после некоторого молчания. (8)— Не можешь ли ты, друг, дать мне взаймы рублей десять — пятнадцать? (9)Через неделю отдам…
(10)Рыжий молчал.
(11)— Я не стал бы тебя и беспокоить, если бы не нужда. (12)Скверную штуку сыграла со мной сегодня судьба… (13)Жена дала мне сегодня утром заложить свой браслет… (14)Нужно ей за свою сестрёнку в гимназию заплатить… (15)Я, знаешь, заложил и вот… при тебе сегодня карты нечаянно проиграл…
(16)Рыжий задвигался и крякнул.
(17)— Пустой ты человек, Василий Иваныч! — сказал он, покрививши рот злой усмешкой. (18)— Пустой человек! (19)Какое ты право имел садиться с барынями играть в карты, если ты знал, что эти деньги не твои, а чужие? (20)Ну, не пустой ли ты человек, не фат ли? (21)Постой, не перебивай… (22)Дай я тебе раз навсегда выскажу… (23)К чему эти вечно новые костюмы, эта вот булавка на галстухе? (24)К чему этот дурацкий цилиндр? (25)К чему это вечное хвастанье своими несуществующими знакомствами? (26)3наком и с Хохловым, и с Плевако, и со всеми редакторами! (27)Когда ты сегодня лгал о своих знакомствах, у меня за тебя глаза и уши горели! (28)Лжёшь и не краснеешь! (29)А когда ты играешь с этими барынями, проигрываешь им женины деньги, ты так пошло и глупо улыбаешься, что просто… пощёчины жалко!
(З0)— Ну оставь, оставь… (31)Ты не в духе сегодня…
(32)— Ну, пусть это фатовство есть мальчишество, школьничество… (33)Я согласен допустить это, Василий Иваныч… ты ещё молод… (З4)Но не допущу я… не пойму одной вещи… (35)Как мог ты… сподличать? (36)Я видел, как ты, сдавая, достал себе из-под низу пикового туза!
(37)Василий Иваныч покраснел, как школьник, и начал оправдываться. (38)Рыжий настаивал на своём. (39)Спорили громко и долго. (40)Наконец оба мало-помалу умолкли и задумались.
(41)— Это правда, я сильно завертелся, — сказал брюнет после долгого молчания. (42)— Правда… (43)Весь я потратился, задолжался, растратил кое-что чужое и теперь не знаю, как выпутаться. (44)Совестно и людей, и самого себя… (45)Делаю массу глупостей, гадостей, из самых мелких побуждений, и в то же время никак не могу остановиться… (46)Скверно! (47)А ты, Николай Борисыч, не осуждай меня… не бросай камня…
(48)Николай Борисыч машинально, сам того не сознавая, протянул вперёд руку и… махнул ею. (49)3вук пощёчины нарушил тишину ночи… (50)Цилиндр слетел с головы брюнета и покатился по утоптанному снегу. (51)Всё это произошло в одну секунду, неожиданно, и вышло глупо, нелепо. (52)Рыжему тотчас же стало стыдно этой пощёчины. (53)Он уткнул лицо в полинялый воротник пальто и зашагал по бульвару. (54)Дойдя до Пушкина, он оглянулся на брюнета, постоял минуту неподвижно и, словно испугавшись чего-то, побежал к Тверской…
(55)Василий Иваныч долго просидел молча и не двигаясь. (56)Мимо него прошла какая-то женщина и со смехом подала ему цилиндр. (57)Он машинально поблагодарил, поднялся и пошёл.
(58)«Сейчас зуденье начнётся, — думал он через полчаса, взбираясь по длинной лестнице к себе на квартиру. (59)— Достанется мне от супруги за проигрыш! (60)Всю ночь будет проповедь читать! (61)Скажу, что потерял деньги…».
(По А. П. Чехову*)
*Антон Павлович Чехов (1860-1904) — русский писатель, прозаик, драматург.
Логическая шероховатость: из текста не следует, что «уловка не удаётся» — Чехов оставляет открытым, удастся ли Василию Иванычу соврать жене.
Структура работы очень хорошая, мелкая логическая шероховатость в одной формулировке («когда и эта уловка не удаётся»).
Пропуск запятых при обособленной деепричастной конструкции «сам того не осознавая»: «Наконец Николай Борисыч, «сам того не осознавая», дал пощёчину Василию Иванычу».
Пропуск запятых при обособленной деепричастной конструкции в кавычках «сам того не осознавая».
Неудачное построение и нарушение сочетаемости: «деньги от заложенного браслета» — деньги получены от заклада, а не «от браслета». Перестройте: «дать взаймы, чтобы покрыть проигрыш… денег, полученных от заклада браслета жены».
который лишь повторял внешние атрибуты успеха
Неуместный глагол: атрибуты не «повторяют», их «имитируют», «копируют», «носят». «Который лишь имитировал внешние атрибуты успеха».
Неудачное построение «дать взаймы из-за проигрыша в карты денег от заложенного браслета жены» (нагромождение и нарушение сочетаемости); «повторял внешние атрибуты успеха» — неуместный глагол.