В тексте Сергея Ананьевича Яковлева можно найти ответ на вопрос «Каким должен быть учитель?» По мнению автора, преподаватель должен уметь заинтересовать учеников. Проследим, как эта позиция раскрывается в тексте.
С. А. Яковлев пишет о рассказчике, который учился в элитной школе Москвы. Из всех преподавателей школьнику особенно запомнился Юрий Викторович Подлипчук – учитель литературы. Педагог отличался от других профессионализмом: «Его эрудиция и начитанность были феноменальны». Становится ясно, что Ю. В. Подлипчук разбирался в литературе и стремился передать свои знания молодому поколению.
Далее автор показывает, что преподаватель старался не зря. «Но после его уроков стали читать ещё больше, бегали записываться в Ленинскую библиотеку...», - ученики стали проявлять искренний интерес к литературе. Можно сделать вывод, что Юрий Викторович Подлипчук справился со своей задачей благодаря ответственному подходу к преподаванию.
Примеры связаны как причина и следствие. Сначала С. А. Яковлев акцентирует внимание на том, что Ю. В. Подлипчук был очень умён и серьёзно относился к своему делу. Затем автор отмечает, что следствием такого подхода стал интерес к предмету со стороны школьников.
Не могу не согласиться с позицией автора. Действительно, педагог должен искать правильный подход к ученикам, чтобы передавать свои знания. В качестве примера могу привести произведение Луизы Мэй Олкотт «Маленькие мужчины». Главная героиня, Джо, была преподавательницей в школе для мальчиков. Учительница учитывала индивидуальные особенности каждого ученика и находила общий язык со всеми детьми. Именно поэтому ученики Джо шли ей навстречу и проявляли усердие.
Таким образом, профессиональный преподаватель полностью отдаётся своему делу. Педагогу нужно не только хорошо разбираться в собственном предмете, но и уметь привлечь внимание учеников.
(2)Я окончил элитную школу, располагавшуюся в престижном районе на западе Москвы. (3)Сейчас такие слова и произносить-то гадко, хочется как-то от них отстраниться, хотя бы закавычить. (4)Тогда, 35 лет назад, они несли несколько другой смысл. (5)У истоков нашего совсем ещё юного в ту пору заведения стоял академик А. Н. Колмогоров. (6)Отбирали туда на жёсткой, многоступенчатой конкурсной основе старшеклассников со всей России, в том числе из самых дальних и глухих мест, и критерий был один: исключительные способности к физике и математике. (7)Колмогоров сам читал лекции; помню его в белой рубашке с протёртыми воротничком и манжетами, выписывающим на доске и комментирующим загадочные формулы, – от формул тех в голове уже ни следа, а образ свеж, как будто это было вчера; помню общие с ним лыжные прогулки всем классом по кунцевским рощам, его рассказы по вечерам в читальном зале – о музыке, живописи, архитектурных шедеврах Европы... (8)Вместе с ним преподавали его сподвижники и ученики, профессора и аспиранты из МГУ, Физтеха и других лучших вузов страны. (9)В эти-то вузы и лежала у питомцев школы дорога.
(10)А литературу вёл у нас человек, ради которого я и начал свой рассказ.
(11)Юрий Викторович Подлипчук школьных учебников не признавал. (12)Учились мы по конспектам его вдохновенных лекций, которые торопливо записывали неумелой рукоё (всё-таки не студенты, девятый класс). (13)Ещё считалось важным знать тексты, то есть собственно литературу (при этом Достоевский, например, требовался почти весь, вплоть до «Братьев Карамазовых»). (14)Сейчас уже не вспомнить всего, что он говорил и как объяснял, какие имена попутно всплывали. (15)Его эрудиция и начитанность были феноменальны. (16)С моим тогдашним багажом (могу судить только о себе) я, скорей всего, воспринимал лишь сотую, меньше – тысячную долю сказанного! (17)Читал в детстве, как и многие в нашем классе, много, запоем, но без разбора и ничего не классифицируя. (18)Но после его уроков стали читать ещё больше, бегали записываться в Ленинскую библиотеку, чтобы в очередь прочесть единственный, наверное, доступный в ту пору экземпляр «Парижских тайн» Эжена Сю – истёртые и пожелтевшие томики разруганного когда-то Белинским авантюрного сочинения, выпущенные чуть ли ещё не при жизни великого критика.
(19)Недавно тогда опубликованный в журнале роман Булгакова «Мастер и Маргарита» учитель сам читал нам вслух после уроков. (20)Пропущенная цензурой вещь сразу попала в число полузапретных. (21)Смешно об этом вспоминать сегодня, но кто-то из коллег-преподавателей на наших глазах настоятельно отговаривал Юрия Викторовича от публичного чтения. (22)«Пуганая ворона куста боится!» – был ответ.
(23)Слушать его голос – это был отдельный труд души и наслаждение. (24)Но настоящим праздником становились встречи в актовом зале, обычно накануне выходного, когда Юрий Викторович поднимался на кафедру и допоздна читал стихи. (25)За минувшее с той поры время я слышал немало профессиональных чтецов, в том числе известных и титулованных, но по силе воздействия никого не поставлю даже близко. (26)До сих пор не могу постичь, в чём была магия этого сухощавого близорукого человека в сильных очках-линзах. (27)Он был добр и серьёзен, ироничен и строг, силён и снисходителен. (28)Что читал? (29)Разное, например, всеми забытого Василия Курочкина.
(30)Да кто ж вложил учителю в те годы «жало мудрыя змеи», какой провидческий опыт позволил ему заглянуть через десятилетия, какой нечеловеческой интуицией питались модуляции проникновенного голоса и лукавый блеск глаз из-под очков? (31)А ещё ближе ложился, ещё острее ранил души подростков безысходно-печальный Есенин.
(32)Когда я вспоминаю лучшие – по-современному, «звёздные» – минуты своей жизни, первой в голову приходит такая картина: высокие окна школьного зала на четвёртом этаже распахнуты в московскую ночь, вдали за деревьями мерцают одинокие огни, весенний ветерок наносит свежесть, Юрий Викторович со сцены читает Есенина, я гляжу на сидящую впереди меня прекрасную девочку, которая вся обратилась в слух и, конечно, не подозревает о моём существовании, и по щекам моим ручьём текут горячие слёзы.
(33)Так хорошо, что быть выше и счастливее, кажется, просто невозможно.
(С. А. Яковлев)
Точная формулировка позиции автора.
Проблема и ПА сформулированы точно.
Первый пример с точной цитатой из исходника.
Примеры связаны как причина и следствие. Сначала С. А. Яковлев акцентирует внимание на том, что Ю. В. Подлипчук был очень умён и серьёзно относился к своему делу. Затем автор отмечает, что следствием такого подхода стал интерес к предмету со стороны школьников.
Связь развёрнуто пояснена.
Два примера с точными цитатами и микровыводами; связь («причина-следствие») названа и развёрнуто пояснена.
Пример-аргумент из читательского опыта развёрнут с конкретикой.
Согласие и развёрнутый пример из читательского опыта («Маленькие мужчины» Л. М. Олкотт).