В чем проявляется сила духа? Именно этот сложный вопрос поднимает в своем тексте Григорий Яковлевич Бакланов, русский советский писатель, участник Великой Отечественной войны. Позиция автора по данной проблеме заключается в том, что сила духа проявляется не в громких словах и показном героизме, а в способности человека сохранять внутреннее достоинство, человечность и способность к любви и заботе даже перед лицом неминуемой гибели. Это стойкость, которая позволяет не сломаться в нечеловеческих условиях плена и помнить о том, что по-настоящему ценно.
Чтобы обосновать точку зрения автора, обратимся к примерам из прочитанного текста. Григорий Яковлевич Бакланов рассказывает о старшине Пономареве, который, попав в плен к немцам, находится в подвале в ожидании смерти. В этом, казалось бы, безвыходном положении, когда у него забрали все, что можно было забрать, Пономарев совершает важный поступок: «Обрывая ногти, Пономарев здоровой рукой вырыл в земле ямку. Неглубокую: немцы искать не станут, а жителям легче будет найти. Он положил на дно партбилет, засыпал землей, старательно притоптал сапогом». Этот пример свидетельствует о том, что даже в момент, когда собственная жизнь практически ничего не стоит, герой думает о будущем, о людях, которые, возможно, найдут документ и узнают о нем. Поступок Пономарева говорит о его глубоком чувстве гражданского долга и желании сохранить свою историю, что является проявлением невероятной внутренней силы, не позволяющей погрузиться в отчаяние и эгоизм.
Кроме того, Григорий Яковлевич Бакланов акцентирует внимание на воспоминаниях Пономарева, которые посещают его в последние часы. Перед расстрелом память выбрасывает ему не ужасы войны, а сцены мирной жизни. Особенно ярким является эпизод, когда он вспоминает, как колол дрова перед уходом на фронт. Жена уговаривала его остановиться: «Что уж, Вася, на всю войну не наколешь. Видно, самим нам придется как-либо, не безрукие, чай». Но Пономарев, понимая это, продолжал: «ему хотелось, уходя, оставить дом в порядке, чтобы вся мужская работа в последний раз была сделана его руками». Этим примером автор подчеркивает, что сила духа человека проявляется в его неразрывной связи с домом, с семьей, в желании заботиться о близких даже тогда, когда он находится за тысячи километров от них. Способность в минуту смертельной опасности думать не о себе, а о том, чтобы облегчить жизнь жене, демонстрирует истинную нравственную мощь личности.
Смысловая связь между приведенными примерами — дополнение. Первый пример показывает проявление силы духа в общественном, гражданском аспекте: Пономарев, рискуя, прячет партбилет для будущего, для тех, кто придет после него. Второй пример раскрывает силу духа в сфере личного, семейного: забота о доме и жене становится для него последней мужской обязанностью. Именно благодаря этому дополнению формируется целостное представление о том, что сила духа включает в себя как высокое гражданское самосознание, так и глубокую человеческую привязанность, любовь к близким.
Я согласен с позицией Григория Яковлевича Бакланова. Действительно, сила духа — это не воинская доблесть сама по себе, а способность оставаться человеком в самых страшных обстоятельствах. Примером из литературы, подтверждающим эту мысль, может служить поведение князя Андрея Болконского в романе Льва Николаевича Толстого «Война и мир» перед смертью. Получив смертельное ранение, он не думает о мести или о прошедшей славе, а приходит к духовному просветлению, к всепрощению и любви к людям, что и является высшим проявлением мужества и нравственной стойкости.
Итак, проблема, поднятая в тексте, подводит нас к важному выводу: истинная сила духа проявляется в способности человека, несмотря на угрозу смерти и физическое страдание, сохранять в себе любовь, милосердие, чувство долга и желание оставить после себя добрую память. Это внутренний, нравственный стержень, который не позволяет человеку превратиться в озлобленное существо даже в плену, и который делает его непобедимым в духовном смысле.
(4)В подвале пахло деревом и от порожних бочек — вином, его хранили здесь прежде. (5)Все же под землей было теплей, чем снаружи, но от сырости и каменных стен зябко, и Пономарева пронизало насквозь. (6)Он не знал толком, ночь ли сейчас, день. (7)С тех пор как над ним захлопнулась крышка погреба, темнота стояла одинаковая, а часы с него, как водится, сняли; их снял рослый, раскормленный немец и, прежде чем забрать, деловито осмотрел на ладони. (8)Часы были не новые, кое-где из-под стершегося никеля желтела медь, но шли они хорошо и долго могли бы еще служить, как все вещи, принадлежавшие Пономареву. (9)Немец остался недоволен часами, но все же взял, уверенный, что пленному они больше не понадобятся. (10) Забрали все, что можно было забрать. (11)Только партбилет не нашли, потому, быть может, что искали вещи. (12)Под высоким простроченным поясом брюк с внутренней стороны был у
Пономарева потайной кармашек. (13) Обрывая ногти, Пономарев здоровой рукой вырыл в земле ямку. (14)Неглубокую: немцы искать не станут, а жителям легче будет найти. (15)Он положил на дно партбилет, засыпал землей, старательно притоптал сапогом.
(16)Может, со временем попадется людям на глаза, хоть что-то узнают о нем…
(17) Он нарочно отошел в другой угол погреба, там сел на землю и начал ждать. (18)Наверху топали. (19)Слышны были голоса.
(20)Заступал на пост новый часовой. (21)Весь внутренне напрягшись,
Пономарев каждую минуту ждал насилий, надругательств и готовился к ним. (22)Но все было буднично в эти последние его часы. (23)И часовые передавали его друг другу, как имущество. (24) Один12
сменялся, другой, злой спросонья, заступал на пост и проверял, все ли на месте. (25)Ни одна ночь за всю жизнь Пономарева не была такой долгой, как эта. (26)О многом успел передумать он, со многим простился. (27)Почему-то память выбирала из прошлого одно хорошее, и Пономарев с удивлением открывал, как богата была его жизнь многими радостями. (28)Или, может быть, на краю пути другой меркой меряется пройденное? (29)То он думал о доме, о семье, которой теперь уже не хозяин и не советчик, то вдруг с беспокойством вспоминал, что недополучил на батарею табак и сахар и каптер не знает об этом, а писарь ПФС Тупиков, жук не из последних, обязательно утаит теперь. (30)Раны не беспокоили его, он знал, скоро боли не станет, и ему жаль было расставаться с ней. (31)Утром
Пономарев задремал. (32)Но и во сне тревожили его заботы, все то, что не успел он переделать в жизни. (33)Потом неожиданно пришел к нему светлый сон о далеком счастливом времени, когда он, молодой еще, служил срочную службу.
(34)Пономарев проснулся с легким сердцем. (35)И тут же зажмурился: вместо солнца ему светили в глаза фонариком. (36)Весь еще под впечатлением сна, он в первый момент ничего не мог сообразить. (37)А когда вспомнил, что-то большое, тревожное шевельнулось в нем и прежняя тяжесть легла на душу. (38)Его вывели наверх, помятого от сна, в помятой, отсыревшей, пахнущей погребом шинели. (39)Несколько немецких солдат без дела толпились у входа.
(40)Тут же ждал и тот рослый немец, что снял с Пономарева часы.
(41)Для Пономарева в эти часы все имело свой печальный, прощальный смысл. (42)Он увидел разлетавшиеся поленья, почувствовал запах свежих дров и вспомнил, как в последний день дома он колол у себя во дворе дрова. (43)Жалея его, жена отговаривала: «(44)Что уж, Вася, на всю войну не наколешь.
(45)Видно, самим нам придется как-либо, не безрукие, чай». (46)Это было правильно: на всю войну дров не наколешь. (47)Но ему хотелось, уходя, оставить дом в порядке, чтобы вся мужская работа в последний раз была сделана его руками. (48)И он все колол, не налегая и не торопясь, потому что успеть нужно было много; часам к одиннадцати жена вышла звать завтракать. (49)Он сказал:
«Сейчас», — и посмотрел вслед ей. (50)И в этот момент совершенно просто представил и увидел с неожиданной ясностью, как, если он не вернется с войны, жена будет вспоминать и этот день, и то, как он напоследок вот здесь колол дрова.13
(51)Внезапно что-то стремительное со свистом пронеслось над головами, и тень самолета скакнула через крыши. (52)Все, кто был на улице, пригибаясь, сыпанули к домам. (53)Из-за крыш с громом взлетело облако дыма. (54)Еще один такой же столб земли и дыма встал на огородах. (55)Из домов выскакивали немцы, застегиваясь на ходу, задирали вверх головы. (56)В солнечном небе выли моторы, воздушный бой клубком перекатывался, видный то с одной, то с другой стороны улицы, пулеметные очереди звучали глухо.
(57)С замершим сердцем, один среди немцев, Пономарев с земли смотрел за боем, и горькое торжество росло в нем. (58)Вдруг на противоположной стороне закричали, замахали руками, и сейчас же из-за домов, теряя высоту, вырвался самолет и пропал за крышами, повесив над улицей поперек черный хвост дыма тень его быстро ползла вдоль деревни, гася стекла в домах. (59)Пономарев не успел рассмотреть, чей самолет сбит его сильно ударили между лопаток рукоятью автомата, и он сообразил: сбили немца. (60)И удар уже не показался ему ни больным, ни обидным.
(61)Пономарева погнали дальше. (62)Толпа немцев, забегая с боков, тесня часовых, галдя и что-то выкрикивая, сопровождала их.
(63) «Конец!» — подумал Пономарев, когда впереди у большого дома с высоким крыльцом и множеством сходящихся к нему проводов увидел другую толпу, ждавшую молча и угрожающе. (64)Он смерил глазами расстояние до них, и на душе у нею стало строго. (65)И чем ближе подходил он, тем сильнее поднималось в нем злое упорство.
(66)Немец поспешно вскинул автомат. (67)Пономарёв глянул вверх. (68)На сосне сидела ворона. (69)Она вдруг сорвалась с ветки, осыпав снег: сосна закачалась, накренилась, стала валиться, и
Пономарёв ударился лицом в холодное и жёсткое.
(По Г.Я. Бакланову*)
* Григорий Яковлевич Бакланов (1923–2009) — русский советский писатель и сценарист, участник Великой Отечественной войны, представитель «лейтенантской прозы».