Почему люди, пережившие нечеловеческие страдания, оказываются способны на милосердие к своим мучителям? Именно эта сложнейшая нравственная проблема поднимается в тексте Александра Дьяченко. Автор стремится понять истоки той удивительной силы духа, которая позволила советским людям, прошедшим через ужасы войны, не ответить злом на зло, а проявить сострадание даже к детям врага.
Позиция автора выражена в финальных строках текста: русский солдат проявляет «всепобеждающую силу христианской любви». Дьяченко считает, что именно эта любовь, а не месть, стала главным оружием, которое позволило не только победить в войне, но и завоевать уважение и дружбу бывших противников.
Чтобы обосновать свою точку зрения, писатель обращается к двум историям. Первая – трагическая судьба бабушки-соседки. Повествуя о том, как немцы согнали жителей белорусской деревни в концлагерь, как их травили собаками и добивали прикладами, автор показывает глубину перенесённых ею страданий. Особенно сильно звучит её признание: «С тех пор, мальчик, я не могу смотреть на высокие печные трубы». Этот пример свидетельствует о том, что память о пережитом ужасе остаётся с человеком на всю жизнь, калеча душу. Но примечательно, что бабушка не озлобилась, не проклинает всех немцев, она просто молча страдает, спрятавшись от напоминаний.
Вторая история – о советских танкистах, которые в разорённом немецком городке, сами голодные и израненные, отдавали свой хлеб немецким детям. Автор акцентирует внимание на деталях: отец рассказчика «своей простреленной рукой взял хлеб и сунул в карман», а «все наши ребята, не поднимая глаз друга на друга, делали то же самое». Особенно поражает поступок командира бригады – еврея, чьих родителей закопали живьём. Вместо того чтобы «залпами отогнать немецких выродков», он «приказал увеличить норму расхода продуктов» и кормить детей вместе со своими солдатами. Этот пример иллюстрирует, что милосердие оказалось сильнее самой справедливой ненависти.
Смысловая связь между приведёнными примерами-иллюстрациями – противопоставление. В первой истории показана бездна человеческого страдания, причинённого фашистами. Во второй – ответ на это страдание: не жажда возмездия, а акт величайшего всепрощения и любви. Именно через это противопоставление автор подводит читателя к мысли о том, что подлинная сила человека заключается не в умении мстить, а в способности подняться над болью и ненавистью, сохранить в себе человечность.
Я полностью согласен с позицией автора. Действительно, способность прощать врагов – это проявление высшей нравственной силы, которая недоступна обычному человеку, ослеплённому жаждой мести. В качестве аргумента хочу вспомнить роман Л.Н. Толстого «Война и мир». Платон Каратаев, простой русский солдат, попавший в плен к французам, не испытывает к ним ненависти. Он шьёт рубашку для своего конвоира, относится ко всем с одинаковой добротой. Именно в этом образе, как и в поступках героев Дьяченко, раскрывается народное понимание христианского смирения и любви, которое способно преодолеть любую вражду.
Итак, автор текста показывает, что истинное милосердие рождается не из слабости, а из огромной внутренней силы. Прощение врагов – это не забывание их преступлений, а сознательный выбор света вместо тьмы. Именно такой выбор, по убеждению Дьяченко, и сделал когда-то русский солдат, навеки заслужив уважение всего мира.
(1)Помню - я был еще мальчиком, лет десяти, - рядом с нами на одной лестничной площадке жила бабушка. (2)Бабушка была тихой и неразговорчивой, не любила старушечьи посиделки и предпочитала одиночество. (3)И была у нее одна странность. (4)Перед подъездом стояли две отличные лавочки, но бабушка выносила маленькую табуреточку и садилась на нее лицом к подъезду, словно высматривала кого-то, боясь пропустить. (5)Однажды я не выдержал и спросил ее: (6)- Бабушка, а почему ты сидишь лицом к двери, ты кого-то ждешь? (7)И она мне ответила: (8)- Нет, мальчик. (9)У меня нет сил смотреть на эти трубы. (10)В нашем дворе стояла котельная с двумя высоченными кирпичными трубами. (11)Но при чем тут бабушка и эти трубы? (12)И однажды бабушка поведала мне такую историю. (13)- Я не всегда была старой и немощной, я жила в белорусской деревне, у меня была семья, очень хороший муж. (14)Но пришли немцы, муж, как и другие мужчины, ушел в партизаны, он был их командиром. (15)Мы, женщины, поддерживали своих мужчин, чем могли. (16)Об этом стало известно немцам. (17)Они приехали в деревню рано утром. (18)Выгнали всех из домов и, как скотину, погнали на станцию в соседний городок. (19)Там нас уже ждали вагоны. (20)Людей набивали в теплушки так, что мы могли только стоять. (21)Ехали с остановками двое суток, ни воды, ни пищи нам не давали. (22)Когда нас наконец выгрузили из вагонов, то некоторые были уже не в состоянии двигаться. (23)Тогда охрана стала сбрасывать их на землю и добивать прикладами карабинов. (24)А потом нам показали направление к воротам и сказали: «Бегите». (25)Как только мы пробежали половину расстояния, спустили собак. (26)До ворот добежали самые сильные. (27)Тогда собак отогнали, всех, кто остался, построили в колонну и повели сквозь ворота, на которых по-немецки было написано: «Каждому - свое». (28)С тех пор, мальчик, я не могу смотреть на высокие печные трубы. (29)Мой отец во время войны был танкистом. (30)Сразу по окончании войны бригада моего отца была размещена в одном из маленьких немецких городков. (31)Вернее, в руинах, что от него остались. (32)Сами танкисты кое-как расположились в подвалах зданий, а вот помещения для столовой не было. (33)И командир бригады, молодой полковник, распорядился сбивать столы из щитов и ставить временную столовую прямо на площади городка. (34)Только начали обедать, и вдруг из всех этих руин, подвалов, щелей как тараканы начали выползать немецкие дети. (35)Кто-то стоит, а кто-то уже и стоять от голода не может. (36)Стоят и смотрят на нас, как собаки. (37)Отец вспоминал: «И не знаю, как это получилось, но я своей простреленной рукой взял хлеб и сунул в карман, смотрю тихонько, а все наши ребята, не поднимая глаз друга на друга, делают то же самое». (38)А потом они кормили немецких детей, отдавали все, что только можно было каким-то образом утаить от обеда, сами еще вчерашние дети, которых совсем недавно, не дрогнув, насиловали, сжигали, расстреливали отцы этих немецких детей на захваченной ими нашей земле. (39)Командир бригады, Герой Советского Союза, по национальности еврей, родителей которого, как и всех других евреев маленького белорусского городка, каратели живыми закопали в землю, имел полное право, как моральное, так и военное, залпами отогнать немецких «выродков» от своих танкистов. (40)Они объедали его солдат, понижали их боеспособность, многие из этих детей были еще и больны и могли распространить заразу среди личного состава. (41)Но полковник, вместо того чтобы стрелять, приказал увеличить норму расхода продуктов. (42)И немецких детей по приказу еврея кормили вместе с его солдатами. (43)Думаешь, что это за явление такое - Русский Солдат? (44)Откуда такое милосердие? (45)Почему не мстили? (46)Кажется, это выше любых сил - узнать, что всю твою родню живьем закопали, возможно, отцы этих же детей, видеть концлагеря с множеством тел замученных людей. (47)И вместо того, чтобы «оторваться» на детях и женах врага, они, напротив, спасали их, кормили, лечили. (48)С описываемых событий прошло несколько лет, и мой папа, окончив военное училище в пятидесятые годы, вновь проходил военную службу в Германии, но уже офицером. (49)Как-то на улице одного города его окликнул молодой немец. (50)Он подбежал к моему отцу, схватил его за руку и спросил: (51)- Вы не узнаете меня? (52)Да, конечно, сейчас меня трудно узнать в том голодном оборванном мальчишке. (53)Но я вас запомнил, как вы тогда кормили нас среди руин. (54)Поверьте, мы никогда этого не забудем. (55)Вот так мы приобретали друзей на Западе, силой оружия и всепобеждающей силой христианской любви.
(По А. Дьяченко*)
* Александр Дьяченко (род. 1960) — священник Русской православной церкви, писатель, автор сборников рассказов «Преодоление», «Плачущий ангел» и др.