Как должны строиться семейные отношения? Именно этот сложный вопрос поднимает Антон Павлович Чехов в приведённом фрагменте рассказа «Винт». Автор изображает сцену семейного вечера, где каждый член семьи погружён в собственные мысли и заботы, но никто не слышит друг друга. Позиция Чехова ясна: подлинные семейные отношения невозможны без взаимного внимания, умения слушать и сочувствовать. Писатель показывает, что равнодушие и эгоцентризм разрушают связь между близкими людьми, превращая общение в бессмысленный шум.
Чтобы обосновать эту точку зрения, обратимся к примерам из текста. Чехов демонстрирует, как герои ведут параллельные, нигде не пересекающиеся монологи. Отец, Иван Матвеевич, пытается рассказать о сложностях с отпуском на работе: «А он мне говорит: «Если вы, Иван Матвеевич, берёте отпуск теперь, то что же вы будете делать в марте месяце?»». Однако жена, раскладывая пасьянс, отвечает ему совершенно о другом: «Я дала задаток за пальто, — отвечает ему жена, шлёпая пасьянс, — и они должны сегодня пальто прислать. Не поспеть же мне завтра по магазинам болтаться, когда я утром на вокзал еду». Дочь, в свою очередь, мотая чайные ложки, заявляет: «Покорно благодарю. Я знаю, вы скажете, что ещё прошлогодняя есть. В вас никогда не было справедливости». Этот пример иллюстрирует полную разобщённость: каждый говорит о своём, не обращая внимания на собеседника. Такое поведение свидетельствует о том, что члены семьи не ценят время друг друга, не пытаются вникнуть в чужие проблемы, а заняты лишь собственными переживаниями.
Второй пример-иллюстрация ещё ярче раскрывает трагизм ситуации. Дочь с горечью вспоминает, как её обидели из-за шляпки с кукушечьим пером. Она плачет, рассказывая: «Еду летом из города, остановился наш поезд у станции, и станция-то какая-то самая длинная. И весь вокзал-то с собачью будку. А у самого моего окна станционный телеграфист стоит. Смотрит на меня и говорит другому мужчине: «Едет, как дура, с кукушечьим пером». Да нарочно громко, чтобы я слышала». Вместо того чтобы утешить дочь, мать продолжает раскладывать пасьянс и раздражённо бросает: «Постой, постой! Вот сейчас, если король выйдет... Вечно лезут с ерундой, не дадут человеку толком пасьянса разложить. Мне внимание нужно». Отец же вообще никак не реагирует на слёзы дочери. Данный пример показывает, что в этой семье отсутствует даже элементарное сочувствие. Эмоциональная боль ребёнка никого не трогает, все поглощены своими мелочными делами. Смысловая связь между двумя приведёнными примерами — дополнение. Первый пример демонстрирует отсутствие диалога и взаимного интереса в обычной бытовой ситуации, а второй — полное равнодушие к страданиям близкого человека. Вместе они создают целостную картину разрушенных семейных отношений, где каждый одинок в своей беде.
Я полностью согласен с позицией Антона Павловича Чехова. Действительно, фундаментом крепкой семьи является способность слышать и понимать друг друга, проявлять заботу и внимание к проблемам близких. Когда же каждый думает только о себе, семейный очаг гаснет, уступая место отчуждению. В качестве подтверждения своей мысли я хочу вспомнить роман Льва Николаевича Толстого «Война и мир». В семье Ростовых царит атмосфера любви и взаимопонимания. Несмотря на разные характеры, они всегда готовы поддержать друг друга: графиня Ростова переживает за сыновей, Наташа делится своими чувствами с матерью, а Николай чувствует ответственность за семью. Такая модель отношений противопоставлена чеховским героям и показывает, что именно душевная теплота делает семью настоящей крепостью.
Итак, Чехов в своём рассказе предупреждает нас об опасности эгоизма и равнодушия в семье. Только через внимание, умение слушать и искреннее сочувствие можно построить по-настоящему гармоничные и счастливые семейные отношения, в которых каждый найдёт понимание и поддержку.
(3) — А он мне говорит: «Если вы, Иван Матвеевич, берёте отпуск теперь, то что же вы будете делать в марте месяце? (4) Что, говорит, вы будете делать тогда, если вы берёте отпуск теперь?»
(5) — Я дала задаток за пальто, — отвечает ему жена, шлёпая пасьянс, — и они должны сегодня пальто прислать. (6) Не поспеть же мне завтра по магазинам болтаться, когда я утром на вокзал еду. (7) Это надо понимать! (8) Вот выйдет пасьянс, значит, сейчас привезут. (9) — И если я теперь не поеду, — продолжает отец, — то имею в виду март месяц.
(10) Дочка мотает чайные ложки и говорит, поворачивая голову к буфету:
(11) Покорно благодарю. (12) Я знаю, вы скажете, что ещё прошлогодняя есть. (13) В вас никогда не было справедливости.
(14) — Десятка, пятёрка, валет... (15) Вот, зачем пятёрка! (16) Не будь пятёрки, — валет на десятку, и вышло бы. (17) Не может быть, чтоб они зная, что я уезжаю, и, опять-таки, получивши задаток.
(18) — А Зиночка вчера, как нарочно, говорит мне: «А где же твоя шляпка, Сашенька, что с зелёным пером? (19) Ведь ты, говорит, хотела ещё с зелёным купить?» (20) А я молчу в ответ, хлопаю глазами. (21) У Зиночки-то у самой десять шляп.
(22) — Так и сказал: «Если вы, Иван Матвеевич, надумали взять отпуск именно теперь, то что именно будете вы...»
(23) — Одна шляпка для свиданий, одна для мечтаний, одна для признаний, одна для купаний — красная. (24) Потом с зелёным пером, чтоб на выставки ходить.
(25) — Врут карты. (26) Разложу ещё. (27) Вон сразу две семёрки вышли... (28) Да и не может быть, чтоб они, получивши задаток...
(29) — А когда Зиночкина мать молода была, так она знала одну тётку одной актрисы. (30) Так у той тётки по двадцати шляп на каждом сезоне было. (31) Я, конечно, ничего не требую и никого не попрекаю, но всё-таки можно было бы позаботиться.
(32) Она с упрёком посмотрела на буфет и задумалась.
(33) — Но, с другой стороны, — затянул глава, — если бы я не взял отпуска теперь, а отложил бы на март месяц...
(34) — Я знаю, — сказала дочь, и голос её дрогнул. (35) — Я знаю, вы опять скажете про прошлогоднюю шляпу. (36) Но поймите же наконец, что она была с кукушечьим пером! (37) Я знаю, вам всё равно, но я-то, я-то больше не могу.
(38) — Опять валетом затёрло!
(39) — Довольно я и в прошлом году намучилась! (40) Пошла раз гулять в Летний сад. (41) Идут две какие-то, смотрят на меня, пронили мимо и нарочно громко: «Сидит, как дура, с кукушечьим пером!» (42) У меня все нервы сдвинулись!..
(43) — А в марте, почём я знаю, что может быть? (44) И раз я отпуск...
(45) — Вам-то всё равно!.. (46) Пожалеете, да поздно будет! (47) Кукушечье перо... (48) Еду летом из города, остановился наш поезд у станции, и станция-то какая-то самая длинная. (49) И весь вокзал-то с собачью будку. (50) А у самого моего окна станционный телеграфист стоит. (51) Смотрит на меня и говорит другому мужчине: «Едет, как дура, с кукушечьим пером». (52) Да нарочно громко, чтобы я слышала. (53) А тот, другой, как зафыркает. (54) Умирать буду, вспомню.
(55) Дочка горько заплакала.
(56) — Постой, постой! (57) Вот сейчас, если король выйдет... (58) Вечно лезут с ерундой, не дадут человеку толком пасьянса разложить. (59) Мне внимание нужно. (60) Вот куда теперь тройка делась? (61) Хорошо, как в колоде, а как я пропустила, тогда что? (62) Ведь если я сегодня пальто не получу, мне завтра ни за что не выехать. (63) Разве вы о материи подумаете! (64) Вам всё равно, хоть... пятёрка на четвёрку.
(65) — А он мне сам сказал: поезжайте, Иван Матвеевич. (66) Так и сказал. (67) Я не глухой. (68) А если он насчёт моего отпуска...
(69) — Я всегда говорила, что у всех людей есть родители, кроме меня. (70) Попробовали бы сами два года кукушкой ходить, коли вы такой добрый, папенька!
(71) — Пойди посмотри... валета сюда... (72) Кто-то в кухню стучится...
(73) Дочка уходит.
(74) — Маменька, — кричит она из кухни. (75) — Пальто вам принесли.
(76) — Валет сюда... (77) Подожди, не ори... (78) Дама так...
(По А.П. Чехову*)
* Антон Павлович Чехов (1860—1904) — русский писатель, драматург (рассказ «Винт»).