Чувство собственного достоинства – одна из главных опор, позволяющих человеку сохранять себя как личность, не опускаться до подлости и лжи. Однако почему так важно его не терять, и к чему приводит утрата этого нравственного стержня? Именно эту проблему поднимает Корней Иванович Чуковский в предложенном тексте, рассказывая об истории литератора Тинякова.
Автор показывает своего героя как человека, который сознательно и цинично торгует своим званием «писатель». Чуковский описывает, как Тиняков «повесил на шею плакат, начертал на нём крупными буквами слово «ПИСАТЕЛЬ» и встал на Литейном проспекте в позе стыдливого интеллигентного нищего». Этот поступок – не просто способ заработка, а осознанное предательство своего призвания. Автор подчеркивает, что Тиняков использует доверчивость и милосердие людей, которые «были гораздо беднее его», чтобы затем пропивать их деньги в закусочной. Этот пример-иллюстрация показывает, что герой добровольно меняет достоинство на подачку, превращая высокое звание писателя в ширму для попрошайничества.
Далее автор противопоставляет этому поведению поступок Михаила Зощенко, который «не мог допустить, чтобы звание писателя было втоптано в грязь». Чуковский рассказывает, как Зощенко попытался образумить Тинякова, дал ему денег, требуя уйти с панели. Однако Тиняков, взяв деньги, пошел на хитрость: «Обещал насчёт Литейного. И свято держу своё слово. А насчёт Летнего сада у нас разговора не было!» – ответил он с нагловатой усмешкой. Этот пример-иллюстрация демонстрирует не просто нежелание исправиться, а полное нравственное разложение человека, для которого не существует ни чести, ни слова, а есть только выгода.
Смысловая связь между этими примерами построена на противопоставлении внешнего и внутреннего. В первом примере Чуковский показывает, как человек теряет достоинство из-за своей слабости и корысти. Во втором примере автор показывает, что даже попытка извне (со стороны Зощенко) вернуть ему уважение к себе оказывается бессильной перед глубиной падения. Эта связь основана на причинно-следственных отношениях: утрата внутреннего стержня (причина) неизбежно ведет к полному моральному краху (следствие), и вернуть утраченное уже невозможно.
Позиция автора по данной проблеме очевидна. Чуковский считает, что потеря чувства собственного достоинства — это путь к нравственному уничтожению личности. Он с горечью описывает финал истории Тинякова, который «уже потерял человеческий облик», превратившись в грязного и пьяного нищего, «хватая за руки прохожих и грубо бранясь». Для автора это «самое ужасное видение», показывающее, что человек, продавший своё достоинство, неизбежно теряет себя и становится жалким и страшным существом.
Я полностью согласен с точкой зрения автора. Действительно, нельзя продавать свою честь и достоинство ни за какие деньги, потому что это равносильно продаже души. В подтверждение своей мысли я хочу вспомнить судьбу Андрия из повести Николая Васильевича Гоголя «Тарас Бульба». Он также предал своё звание казака, свой народ и отца ради любви к панночке, то есть ради личного блага. Итог оказался трагическим: он не только был убит собственным отцом, но и навсегда лишился уважения и права называться человеком. Его поступок, как и поступок Тинякова, доказывает, что потеря достоинства — это приговор, из которого нет выхода.
Итак, текст Чуковского и пример из классики убедительно доказывают, что чувство собственного достоинства — это не гордыня, а основа личности. Терять его нельзя ни при каких обстоятельствах, иначе можно потерять всё, включая собственное «я».
(2)Жил тогда в Ленинграде один литератор, довольно способный, но гаденький. (3)Звали его Тиняков. (4)Когда-то он сочинял очень неплохие стихи, но потом стал сотрудничать с сомнительными организациями, начал торговать из-под полы непристойными виршами. (5)Потом он нашёл себе другую профессию: повесил на шею плакат, начертал на нём крупными буквами слово «ПИСАТЕЛЬ» и встал на Литейном проспекте в позе стыдливого интеллигентного нищего.
(6)Весь его облик был в полном соответствии с вывеской: волосы до плеч, бородка клинышком, в глазах благородная гражданская скорбь. (7)И в довершение типичности: фетровая мягкая шляпа да изодранный порыжелый портфель.
(8)Деньги так и сыпались к писателю: сердобольные старушки, инвалиды, учителя и учительницы — люди, которые были гораздо беднее его, — охотно отдавали ему свои последние деньги.
(9)Было ему в то время лет тридцать семь, а пожалуй, и меньше. (10)К вечеру, когда его рваный портфель был порядком отягощён медяками, он снимал свою бесстыжую вывеску и направлялся в закусочную, где услаждал себя дорогими питиями и яствами, недоступными для большинства ленинградцев. (11)Это повторялось ежедневно из месяца в месяц.
(12)Все мы видели этого нищего и брезгливо сторонились его.
(13)Никто и не подумал о том, чтобы как-нибудь изменить его жизнь.
(14)Но вот по Литейному прошёл Зощенко, и на глаза ему попался Тиняков.
— (15)Сколько денег, — сурово спросил он у нищего, — вы добываете в месяц при помощи этой комедии?
(16)Тот задумался:
— Сорок червонцев.
— (17)Вот вам двадцать за полмесяца вперёд — и сейчас же уходите отсюда! (18)Не позорьте литературу… ступайте!
(19)Нищий взял деньги, заулыбался, закланялся, снял с шеи свою вывеску и сказал деловито:
— За остальными я приду к вам в редакцию. (20)Ровно через две недели, такого-то марта.
(21)Но едва только Зощенко ушёл от него, он снова напялил вывеску и вернулся на прежнее место.
(22)Зощенко, увидев его на обратном пути, потребовал, чтобы он сейчас же ушёл и не смел возвращаться сюда.
(23)Нищий неохотно покорился.
(24)По прошествии нескольких дней я, проходя мимо Летнего сада, увидел Тинякова у самых ворот, возле урны, с той же постной физиономией мученика, с той же вывеской и с тем же портфелем.
— (25)Но ведь вы обещали Михаилу Михайловичу…
— (26)Обещал насчёт Литейного. (27)И свято держу своё слово. (28)А насчёт Летнего сада у нас разговора не было! — ответил «писатель» с нагловатой усмешкой. — (29)К тому же я продешевил… по наивности…
(30)Впрочем, дело не в нём, а в Михаиле Михайловиче, который не мог допустить, чтобы звание писателя было втоптано в грязь.
(31)Когда я под свежим впечатлением заносил в свой дневник краткую запись о встрече с «писателем», мне и в голову не приходило, что она, эта встреча, будет впоследствии подробно описана Зощенко в одной из заключительных глав его автобиографической повести «Перед восходом солнца».
(32)В этой главе нищий изображён превосходно — горячими, эмоциональными красками. (33)Зощенко был потрясён его откровенным цинизмом.
(34)Их встреча на Литейном, оказывается, была не последней.
(35)«Я, — пишет Зощенко, — встретил Тинякова год спустя. (36)Он уже потерял человеческий облик. (37)Он был грязен, пьян, оборван. (38)Космы седых волос торчали из-под шляпы. (39)На его груди висела картонка с надписью: “Подайте бывшему поэту”. (40)Хватая за руки прохожих и грубо бранясь, Тиняков требовал денег.
(41)Образ этого поэта, образ нищего остался в моей памяти как самое ужасное видение из всего того, что я встретил в моей жизни».
(По К. И. Чуковскому, текст адаптирован Е. П. Дудиной)
(Автор не указан)