Какое влияние на человека оказывает война? Именно эта проблема поднимается в предложенном фрагменте романа М.А. Шолохова «Тихий Дон». Позиция автора заключается в том, что война разрушает внутренний мир человека, порождает в нём чувство смятения, гнусности и тяжёлого нравственного груза, от которого невозможно избавиться. Шолохов показывает, что даже в минуту боевого возбуждения герой не может остаться равнодушным к содеянному, и это свидетельствует о том, как война калечит душу.
Чтобы обосновать эту позицию, обратимся к примерам из прочитанного текста. Михаил Шолохов рассказывает о первом убийстве Григорием Мелеховым австрийского солдата. Действие происходит в пылу атаки: «Григорий не успел, нанеся удар, выдернуть ее и, под тяжестью оседавшего тела, ронял, чувствуя на ней трепет и судороги, видя, как австриец, весь переломившись назад (виднелся лишь острый небритый клин подбородка), перебирает, царапает скрюченными пальцами древко». Этот фрагмент подробно передаёт физические ощущения героя: он не просто наносит удар, а буквально ощущает трепет и судороги умирающего тела, видит его мучительные движения. Пояснение к этому примеру в том, что война заставляет человека совершать действия, противные его естеству, и даже в горячке боя Григорий не может не замечать ужаса происходящего. Однако настоящий внутренний перелом наступает после того, как он добивает австрийца шашкой. Описание становится ещё более откровенным: «Удар с длинным потягом развалил череп надвое. Австриец упал, топыря руки, словно поскользнувшись; глухо стукнули о камень мостовой половинки черепной коробки». Здесь нет героизации убийства, напротив, автор акцентирует грубую физиологичность и бессмысленность насилия. Григорий видит в убитом «маленькое, чуть ли не детское» лицо, что подчёркивает контраст между жестокостью войны и естественной человеческой природой.
Кроме того, Шолохов акцентирует внимание на душевном состоянии Григория после боя. Он не может просто уйти, его шаг «путано-тяжек»: «Григорий слез с коня и замотал головой». Он подходит к зарубленному им австрийцу, смотрит ему в лицо, и в его душе поселяются «гнусь и недоумение». Автор пишет: «Путано-тяжек был шаг его, будто нес за плечами непосильную кладь; гнусь и недоумение комкали душу». Второй пример-иллюстрация показывает следствие пережитого: физическая тяжесть будто бы давит на плечи, а душевное состояние характеризуется не гневом или ненавистью, а гадливостью и недоумением. Пояснение к этому примеру в том, что война не просто причиняет боль, она уничтожает душевное равновесие, оставляя ощущение непосильной ноши и внутреннего смятения.
Смысловая связь между приведёнными примерами — причинно-следственная. В первом примере описано само деяние — убийство, во всех его отталкивающих подробностях. Во втором примере показано неизбежное последствие этого деяния — глубокий душевный надлом героя. Первый пример даёт нам понять, что именно совершил Григорий, а второй — как это на нём отразилось. Благодаря такому построению формируется целостное представление о том, что война оставляет в душе человека неизгладимый шрам, который не заживает даже после окончания боя.
Я согласен с точкой зрения Михаила Шолохова. Действительно, война оказывает на человека настолько сильное травмирующее воздействие, что оно может полностью изменить его личность и мировосприятие. Например, в истории России известно множество случаев, когда участники Великой Отечественной войны, вернувшись домой, долгое время не могли адаптироваться к мирной жизни, страдали от кошмаров, чувства вины и глубокой внутренней опустошённости. В литературе эта тема также широко раскрыта: герои произведений Виктора Астафьева и Константина Воробьёва проходят через те же муки совести и душевный надлом, что и Григорий Мелехов. Это подтверждает, что война — это не только внешняя битва, но и трагическая внутренняя борьба, последствия которой могут длиться всю жизнь.
Итак, война оказывает на человека разрушительное влияние: она не только лишает жизни и здоровья, но и калечит душу, оставляя в ней чувство вины, тяжесть и невозможность забыть содеянное. Шолохов в своём фрагменте показал, как в минуту наивысшего накала сражения рождается трагедия человеческого духа, и этот урок остаётся значимым и для нашего времени.
(7)Австрийцы бежали в улицы предместья. (8)Над серыми сгустками их мундиров дыбились казачьи кони.
(9)В первую минуту после того как выронил пику, Григорий, сам не зная для чего, повернул коня. (10)Ему на глаза попался скакавший мимо него оскаленный вахмистр. (11)Григорий шашкой плашмя ударил коня. (12)Тот, заломив шею, понес его по улице.
(13)Вдоль железной решетки сада, качаясь, обеспамятев, бежал австриец без винтовки, с кепи, зажатым в кулаке. (14)Григорий видел нависший сзади затылок австрийца, мокрую у шеи строчку воротника. (15)Он догнал его. (16)Распаленный безумием, творившимся кругом, занес шашку. (17)Австриец бежал вдоль решетки, Григорию не с руки было рубить, он, перевесившись с седла, косо держа шашку, опустил ее на висок австрийца. (18)Тот без крика прижал к ране ладони и разом повернулся к решетке спиною. (19)Не удержав коня, Григорий проскакал; повернув, ехал рысью. (20)Квадратное, удлиненное страхом лицо австрийца чугунно чернело. (21)Он по швам держал руки, часто шевелил пепельными губами. (22)С виска его упавшая наосклизь шашка стесала кожу; кожа висела над щекой красным лоскутом. (23)На мундир кривым ручьем падала кровь.
(24)Григорий встретился с австрийцем взглядом. (25)На него мертво глядели залитые смертным ужасом глаза. (26)Австриец медленно сгибал колени, в горле у него гудел булькающий хрип. (27)Жмурясь, Григорий махнул шашкой. (28)Удар с длинным потягом развалил череп надвое. (29)Австриец упал, топыря руки, словно поскользнувшись; глухо стукнули о камень мостовой половинки черепной коробки. (30)Конь прыгнул, всхрапнув, вынес Григория на середину улицы.
(31)По улицам перестукивали редеющие выстрелы. (32)Мимо Григория вспененная лошадь протащила мертвого казака. (33)Нога его застряла в стремени, и лошадь несла, мотая избитое оголенное тело по камням.
(34)Григорий видел только красную струю лампаса да изорванную зеленую гимнастерку, сбившуюся комом выше головы.
(35)Муть свинцом налила темя. (36)Григорий слез с коня и замотал головой. (37)Мимо него скакали казаки подоспевшей третьей сотни. (38)Пронесли на шинели раненого, на-рысях прогнали толпу пленных австрийцев. (39)Они бежали скученным серым стадом, и безрадостно-дико звучал стук их окованных ботинок. (40)Лица их слились в глазах Григория в студенистое, глиняного цвета пятно. (41)Он бросил поводья и, сам не зная для чего, подошел к зарубленному им австрийскому солдату. (42)Тот лежал там же, у игривой тесьмы решетчатой ограды, вытянув грязную коричневую ладонь, как за подаянием. (43)Григорий глянул ему в лицо. (44)Оно показалось ему маленьким, чуть ли не детским, несмотря на вислые усы и измученный — страданием ли, прежним ли безрадостным житьем, — покривленный суровый рот.
(45)— Эй, ты! (46)— крикнул, проезжая посредине улицы, незнакомый казачий офицер.
(47)Григорий глянул на его белую, покрытую пылью кокарду и, спотыкаясь, пошел к коню. (48)Путано-тяжек был шаг его, будто нес за плечами непосильную кладь; гнусь и недоумение комкали душу. (49)Он взял в руки стремя и долго не мог поднять затяжелевшую ногу.
(50)Источник: https:sholohov.lit-info.rusholohovprozatihij-don1-3-glava-v.htm
(По М.А. Шолохов*)
* Михаил Александрович Шолохов (1905—1984) — русский советский писатель, лауреат Нобелевской премии. Фрагмент из романа «Тихий Дон» — Григорий и австриец.