В современном мире, где стресс и напряжение стали частью повседневной жизни, мы часто сталкиваемся с криком как способом выражения эмоций. Однако писатель и публицист С.Л. Львов в своем тексте поднимает проблему использования крика в воспитании детей и профессиональной деятельности, особенно в педагогике. Эта проблема актуальна, потому что крик разрушает человеческое достоинство и не решает проблем, а усугубляет их. Автор убежден, что за криком стоит неумение работать и комплекс неполноценности, а за нежеланием терпеть крик — чувство собственного достоинства. Его позиция ясна: крик — это маска некомпетентности, с которой необходимо бороться.
Чтобы обосновать свою позицию, автор приводит пример молодой женщины, которая, имея высшее образование и хорошую квартиру, постоянно кричит на своих детей. Он описывает, как она вопит: «Заткнись, дрянь!» — младшей дочке, «Руки, ноги переломаю!» — старшей, «Идиотки» — обоим детям. Этот пример свидетельствует о том, что крик становится привычным и не приносит послушания. Автор подчеркивает, что дети уже привыкли к крику и не реагируют ни на спокойные слова, ни на угрозы. Более того, лицо женщины в пароксизме крика становится страшной маской, она стареет. Автор предупреждает об опасной цепной реакции: дети ответят матери тем же.
Кроме того, С.Л. Львов обращается к своему педагогическому опыту. Он рассказывает, как однажды, не сумев совладать с шумной аудиторией, начал повышать голос: «Я повысил голос. На мгновение стало чуть тише. Потом снова шум. Я заговорил ещё громче. Опять минута относительного внимания, и снова шум. Я заговорил уже не "форте" – "фортиссимо". Тот же результат!» Приведенный пример-иллюстрация говорит о том, что крик неэффективен. Автор делает вывод: если аудитория шумит, надо говорить не громче, а тише. Это доказывает, что профессионализм заключается в спокойном управлении вниманием, а не в крике.
Смысловая связь между приведенными примерами — противопоставление. В первом примере показана разрушительная сила крика в семье, когда мать, крича, теряет контроль и человеческий облик. Во втором примере автор демонстрирует, что крик в педагогике не только бесполезен, но и вреден, а истинное мастерство проявляется в умении говорить тихо. Именно благодаря этому противопоставлению формируется правильное представление о крике как о проявлении слабости и некомпетентности.
Я согласен с позицией автора. Действительно, крик не решает проблем, а лишь усугубляет их. В качестве примера-аргумента из жизненного опыта могу вспомнить учителя в моей школе, который никогда не повышал голос. Он спокойно и терпеливо объяснял материал, и на его уроках всегда была тишина и уважение. Ученики слушали его не из страха, а из интереса. Этот пример подтверждает, что уважение и дисциплину можно завоевать только спокойствием и компетентностью, а не криком.
Итак, текст С.Л. Львова заставляет задуматься о том, как часто мы прибегаем к крику, не осознавая его разрушительных последствий. Крик — это не метод воспитания или работы, а признак бессилия. Важно помнить, что спокойствие и уважение к собеседнику — залог здоровых отношений и успешной деятельности.
(21)Я убеждён: за нежеланием терпеть крик стоит чувство социально ценное — собственного достоинства. (22)А что стоит за криком? (23)Комплекс неполноценности? (24)Вряд ли заведующая сберкассой и продавщица из продмага задумываются над тем, почему они кричат. (25)Но люди видят: своим криком они прикрывают неумение работать, симулируют активную деятельность, которой нет.
(26)Бесконечно опасен крик в педагогике. (27)В одном газетном очерке с восторгом описывался знаменитый тренер, работающий с детьми и подростками. (28)Автор писал, что сей мастер своего дела бывает несдержан и грубоват. (29)Говорилось об этих качествах его натуры как о гранях самобытного таланта.
(30)Если педагог не обходится без крика, значит это плохой педагог. (31)Мой собственный педагогический опыт говорит мне об этом. (32)Однажды я не смог совладать с большой незнакомой аудиторией, которой читал хорошо подготовленную лекцию, – зал шумел. (33)Я повысил голос. (34)На мгновение стало чуть тише. (35)Потом снова шум. (36)Я заговорил ещё громче. (37)Опять минута относительного внимания, и снова шум. (38)Я заговорил уже не «форте» – «фортиссимо». (39)Тот же результат! (40)Мои голосовые возможности были исчерпаны, а тишины и внимания я так и не добился.
(41)Став опытнее, я узнал: если класс, студенческая или иная аудитория шумит, надо говорить не громче, а, наоборот, тише. (42)В зале возникнут островки внимания. (43)Те, кому интересно узнать, а что всё-таки там говорят? – сами заставят замолчать соседей. (44)Внимание разольётся по залу. (45)Мне часто приходилось выступать в школах. (46)Я почти всегда знал наперёд, каким окажется общение с юной аудиторией – раскованным, радостным, творческим или напряжёнными тягостным. (47)Важнейший признак – звучат ли в вестибюле и коридорах громкие окрики педагогов, или все пожелания, замечания, требования высказываются спокойными голосами. (48)Школа, где по ушам бьёт крик, как правило, плохая школа...
(49)Крик – маска профессиональной некомпетентности! (50)Отсталости. (51)Понимать это очень важно. (52)Бороться с тем, чем порождено это явление, ещё важнее.
(По С. Л. Львову)