Заслуженный деятель искусств Д.К.Орлов поднимает проблему приобщения к книге.
Д.К.Орлов рассказывает о том, как в его жизни появился Толстой, как в детстве он знакомился с трилогией «Детство. Отрочество. Юность», читая не с начала и не зная, что это произведение великого писателя. Д.К.Орлов описывает детские впечатления о прочитанном. Ему казалось, как будто писатель всё о нём знал и рассказал «откровенно и по-доброму, чуть ли не по-родственному». Всё, что случалось с мальчиком в жизни, то же самое происходило и с героями книги.
Автор статьи хотел донести мысль о том, что приобщение к книге через великого классика – удивительный процесс. Л.Н.Толстой восхитил мальчика, потому что всё прочитанное казалось таким близким, родным. «Опять моё!» - так автор выразил своё состояние.
Меня удивила эта статья. С мыслями автора я согласен. Читая произведение, человек может почувствовать, что то же самое было и с ним. Знакомые чувства, знакомые переживания … Для многих знакомство с великой книгой – счастливое время в их жизни.
Приобщение к книге происходит у каждого по-разному. Например, писатель А.Т.Твардовский в воспоминаниях о своей заветной книге рассказывает, как отец привёз с рынка сборник стихов Н.А.Некрасова. По этой книге А.Твардовский узнал о писателе, о том, как В.Г.Белинский назвал его «истинным поэтом». Подростка взволновали стихи Некрасова. Ему хотелось стать таким же, как Некрасов. А.Т.Твардовский считал себя счастливым, потому что, благодаря великому поэту, он приобщился к высокой поэзии, а впоследствии поэзия стала смыслом его жизни.
Как приобщались к книге главный герой повести Б.Васильева «Не стреляйте в белых лебедей» Егор Полушкин и его сын Колька? О книге Ф.Купера «Последний из могикан» отец узнал тогда, когда увидел, как сын плачет после прочтения книги, потому что главного героя убили ножом в спину. Колька удивился, неужели можно в спину. Для него это было подлостью. Когда отец прочитал эту самую толстую книгу в его жизни, он почувствовал, что всё описанное в книге происходило как будто тут, рядом, где они живут. «Хорошая книжка, про добрых мужиков», - такой вывод делает Егор и говорит об этом сыну.
Итак, как происходит знакомство с книгами и для чего нужно приобщаться к литературе? Общение с писателями - важная составляющая жизни человека. Надо, чтобы это происходило, чтобы душа человека почувствовала душу другого, возможно, родного, близкого, возможно, наоборот. Чтобы «поработала» душа читающего: порадовалась, погрустила, пожалела... Обогащается мир чувств читающего. Так человек познаёт свой внутренний мир.
(3)Мне было лет двенадцать, то есть после войны прошло около двух лет, когда маму на лето назначили директором пионерского лагеря.
(4)И однажды к нашему дому подвезли на грузовичке и горой вывалили в комнате прямо на пол книги – основательно бывшие в употреблении, но весьма разнообразные по тематике. (5)Кто-то заранее побеспокоился, не без маминого, думаю, участия, чтобы для детей была создана библиотека.
(6)«Ваше любимое занятие?» (7)– «Рыться в книгах». (8)Это и про меня. (9)Тогда, в детстве, тоже рылся. (10)Пока в один счастливый момент не выудил из этой горы потрёпанный кирпичик: тонкая рисовая бумага, старинные буквы «еры» и «яти», обложек нет, первых страниц нет, последних нет. (11)Автор – инкогнито.
(12)Глаз упал на начало, которое не было началом, а дальше я оторваться от текста не смог. (13)Я вошёл в него, как в новый дом, где почему-то всё оказалось знакомым: никогда не был, а всё узнал. (14)Поразительно! (15)Казалось, неведомый автор давно подсматривал за мной, всё обо мне узнал и теперь рассказал: откровенно и по-доброму, чуть ли не по-родственному.
(16)Написано было: «По тому инстинктивному чувству, которым один человек угадывает мысли другого и которое служит путеводною мыслью разговора, Катенька поняла, что мне больно её равнодушие...». (17)А ведь сколько раз и мне случалось, как и неведомой Катеньке, в разговоре инстинктивно угадывать «мысли другого»! (18)Как точно...
(19)Или в другом месте: «Глаза наши встретились, и я понял, что он понимает меня и то, что я понимаю, что он понимает меня...». (20)Опять лучше не скажешь! (21)«Я понимаю, что он понимает...».
(22)И так на каждой странице. (23)«В молодости все силы души направлены на будущее... (24)Одни понятные и разделённые мечты о будущем счастье составляют уже истинное счастье этого возраста». (25)Опять моё! (26)Так и есть: каждый день твоих детства-отрочества, если они нормальны, будто сплавлен с солнцем и светом ожидания, чтобы твоё предназначение состоялось. (27)Но как выразить вслух это снедающее тебя предчувствие, можно ли передать его словами? (28)Пока ты мучим неодолимой немотой, этот автор-инкогнито всё за тебя успел рассказать.
(29)Но кто он был – неведомый автор? (30)Чья такая волшебная книга оказалась у меня в руках?
(31)Надо ли говорить, что ни в какую библиотеку она не поехала: с обглоданными своими началом и концом она осталась у меня лично.
(32)Позже я узнал её и в переплёте: «Детство», «Отрочество», «Юность» Льва Николаевича Толстого. (33)Вот так Толстой вошёл в мою жизнь, не представившись.
(34)Иллюзия узнавания – непременная особенность классических текстов. (35)Их авторы – классики, потому что пишут для всех. (36)Это верно. (37)Но они ещё и потому вечные классики, что пишут для каждого. (38)Это верно в не меньшей степени.
(39)Юный простак, я «купился» именно на последнее. (40)Эксперимент был проведён чисто: автора скрыли. (41)Магия имени не довлела над восприятием текста. (42)Текст сам отстоял своё величие.
(43)Толстовская «диалектика души», впервые отмеченная нелюбезным Владимиру Набокову Николаем Чернышевским, как шаровая молния в форточку, сияя, влетела в очередное неопознанное читательское сердце.
(По Д. К. Орлову)