Каким должен быть настоящий наставник? Именно этот вопрос стоит в центре внимания Владимира Владимировича Радзишевского.
По мнению автора, настоящим наставником считается тот наставник, который по-настоящему увлечён своей деятельностью, который способен на всё ради своих учеников.
Чтобы доказать свою позицию, В. В. Радзишевский повествует о жизни преподавателя, Виктор Дмитриевич Дувакина, который изучал творчество Маяковского и почти все узнал о его трудах. Это доказывает строка из текста: «Память - это страсть, и Дувакин мог забыть что угодно, только не строку своего поэта. Этим журналист показывает, что учитель, который хорошо знает свое дело, разбирается в нём, может считаться настоящим наставником.
Также автор приводит ситуацию, которая ярко демонстрирует истинное нутро настоящего наставника. Виктор Дувакин становится свидетелем суда его бывшего студента. Вместо того, чтобы осыпать плохими словами Андрея Синявского, преподаватель рассказывает о его истории, о том, как студент расцвёл. С помощью этого примера В. В. Радзишевский показывает нам, что учитель, защищающий своих учеников, является настоящим.
Второй пример наполняет первый, потому что первый пример говорит о том, что наставник считается явным, если тот действительно хорошо разбирается в своей области, а из второго примера мы узнаем, что настоящим наставником считается тот преподаватель, который заступается за своих студентов.
Я согласен с позицией автора и считаю, что настоящим наставником является человек, который передаёт ценный опыт своему ученику, заботиться о нём. Вспомним произведение А. С. Пушкина «Капитанская дочка». Андрей Петрович, являясь отцом маленького Петра Гринёва, становится его учителем жизни. Он приучает его к чести, к уважению, делает Петра настоящим патриотом. Это возможно благодаря отцу, который является опытным, повидавшим мир человеком.
Таким образом, настоящим наставником считается тот, который способен защищать своих учеников, который разбирается в своем деле и который способен передать ценный опыт.
(4)Массивный, медлительный, по-профессорски рассеянный, Виктор Дмитриевич никак не мог избежать внимания записных остроумцев. (5)Их удачи он принимал без видимого огорчения — снисходительно и добродушно, а то и с откровенным удовольствием. (6)«Уж полночь близится — Дувакина всё нет!..» — пели, изображая отчаяние, заждавшиеся студенты в университетском капустнике.
(7)«Виктор Ду-, Виктор Дувакин, где я вас найду?» — импровизировали в самодеятельной бригаде, объединившей энтузиастов поэзии Маяковского.
(8)Но из обширного фольклора о себе Виктор Дмитриевич больше всего любил присловье, сочинённое ещё в недрах предвоенного Литмузея: «Дувакин вспомнил то, что он забыл, и тут же забыл то, что вспомнил».
(9)Первое время его собеседования со мной начинались одним и тем же загадочным вопросом:
— Вы, кажется, родом из Козлова?
— (10)Нет, — отвечаю для краткости, — я из-под Винницы.
(11)Всем было видно, что каждый раз это было ему как подарок. (12)Его лицо тотчас озарялось счастливой улыбкой, и он с видом заговорщика смаковал пикантную фразу из арсенала Маяковского: «Как плюются в Виннице». (13)Память — это страсть, и Дувакин мог забыть что угодно, только не строку своего поэта.
(14)При случае Виктор Дмитриевич готов был прорычать что-нибудь из Державина, выхватить клок у Алексея Константиновича Толстого, спародировать Игоря Северянина, погудеть Пастернаком... (15)Но Маяковского читал постоянно, с аппетитом — как в яблоко вгрызался. (16)Его Дувакин любил безоговорочно и потому помнил вдоль и поперёк. (17)И только потому, что любил и помнил, им занимался — разбирал строчку за строчкой, отыскивал источники и реалии, толковал, комментировал...
(18)На пятом курсе я принёс Виктору Дмитриевичу полтора десятка неизвестных статей Маяковского, подписанных разными псевдонимами. (19)На полках уже стояли три полных собрания сочинений поэта, и поздняя студенческая находка выглядела слишком неправдоподобно. (20)Виктор Дмитриевич вызвал Варвару Аветовну Арутчеву, долгие годы работавшую с рукописями Маяковского, и они вдвоём, проверяя на прочность, стали терзать меня так, как потом уже не терзал никто. (21)Когда я позже рассказывал об этом Рудольфу Дуганову, он хмыкнул: «Ну как же! (22)Дувакин знает всего Маяковского наизусть. (23)И если соглашается на новые тексты, то для порядка должен будет их выучить». (24)А тут не стихи, а проза, и не строчками, а погонными метрами. (25)Через два года нашу общую публикацию Рудик надписал: «Бесконечному Виктору Дмитриевичу...»
(26)«Бесконечность» Виктора Дмитриевича стала очевидной для многих в феврале 1966 года, когда судили Андрея Синявского, его бывшего студента из семинара по Маяковскому. (27)Дувакина вызвали в суд свидетелем. (28)И он сказал там то, что сказал бы у себя дома, на кафедре или в студенческой аудитории. (29)Он помнил Андрюшу с первых занятий, когда тот выглядел ещё классическим гадким утенком. (30)Но время шло, и гадкий утёнок на глазах превратился в прекрасного белого лебедя... (31)Судья вынужден был остановить свидетеля. (32)Для этого мрачного места больше подходили другие слова, которыми, кстати, вовсю осыпали Синявского и Даниэля в газетах: подонки, оборотни, пасквилянты, нравственные уроды, наследники Смердякова... (33)Если бы Дувакин ими воспользовался, если бы подтолкнул своего воспитанника за решётку, он выполнил бы долг советского преподавателя и коллеги по филфаку гордились бы им. (34)А так на учёном совете они скопом осудили его и потребовали уволить за несоответствие занимаемой должности. (35)Всё это заседание мы протомились за дверью. (36)Когда вышел Виктор Дмитриевич, Зина Новлянская упрямо замотала головой: «Для нас вы соответствуете».
(37)...На окончание университета Виктор Дмитриевич всем нам подарил по книге Маяковского со своими комментариями, а на титуле каждому указал его страницу и строчки. (38)Вале Мартыновой досталось: «Послушайте! (39)Ведь, если звёзды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно?» (40)Марине: «Деточка, все мы немножко лошади, каждый из нас по-своему лошадь». (41)А мне: «Ищите свой корень и свой глагол, во тьму филологии влазьте. (42)Смотрите на жизнь без очков и шор».
(43)И я стараюсь. (44)Правда, когда снимаю очки, почти ничего не вижу.
(По В. В. Радзишевскому*)
* Владимир Владимирович Радзишевский (род. в 1942 г.) — литературовед, литературный критик, журналист.
С УЧЁТОМ ДЕМОВЕРСИИ ЕГЭ 2025
1. Содержание сочинения
К1. Отражение позиции автора (рассказчика) по указанной проблеме исходного текста (1 балл из 1)
К2. Приведены примеры из текста, комментарии к ним даны. Связь между примерами названа, указан неверно указан ее тип. (2 балла из 3)
(не наполняет, а дополняет)
К3. Экзаменуемый выразил свою позицию, аргументировал её примером из личного опыта (2 балла из 2)
2. Речевое оформление
К4. Фактическая точность речи (1 балл из 1)
К5. Логичность речи (2 балла из 2)
Границы абзацев не нарушены.
К6. Соблюдение этических норм (1 балл из 1)
3. Грамотность сочинения
К7. Соблюдение орфографических норм (2 балла из 3)
Ошибки:
1) неправильное написание окончания глагола:
Что делает? Заботится
К8. Соблюдение пунктуационных норм (2 балл из 3)
Ошибки:
1) неправильное оформление цитаты:
... Это доказывает строка из текста: «Память - это страсть», и Дувакин мог забыть что угодно, только не строку своего поэта...
К9. Соблюдение грамматических норм (2 балла из 3)
Ошибки:
1) неправильное употребление падежной формы зависимых слов в словосочетании:
... повествует о жизни преподавателя, Виктора Дмитриевича Дувакина, который...
К10. Соблюдение речевых норм (2 балла из 3)
Ошибки:
1) тавтология:
2) лексический повтор:
*Графические ошибки (при подсчёте баллов не учитываются)
Ошибок нет
Заключение
Экзаменуемый приводит примеры к проблеме, поясняет их и выявляет смысловую связь.
Были допущены ошибки разного типа
В целом сочинение написано хорошо, особенно содержательная часть работы