В чём заключается истинное предназначение человека и как искусство соотносится с нравственным долгом перед обществом? По тексту И. Е. Репина «В 1880 году в Москве, в Большом Трубном переулке, в моей мастерской под вечер всё вдруг приняло…» (ЕГЭ по русскому)

В чём заключается истинное предназначение человека и как искусство соотносится с нравственным долгом перед обществом? Именно эту сложную этическую проблему поднимает великий русский художник И. Е. Репин в предложенном тексте, описывая свои встречи и беседы с Львом Николаевичем Толстым.

Раскрывая проблему, автор знакомит нас с образом Толстого не как «своеобразного барина», а как «страстного деятеля» и «убеждённого проповедника». Репин подчёркивает силу воздействия речей писателя, который говорил о «вопиющем равнодушии нашем ко всем ужасам жизни» и о потере совести в несправедливости к «меньшим братьям».

Лев Николаевич обличал обыденность и призывал к глубокому покаянию, что вызывало у художника сильное волнение и даже бессонницу. Этот пример показывает, что для Толстого первостепенным был вопрос моральной ответственности человека за всё происходящее в мире.

Продолжая рассуждение, автор описывает конфликт взглядов на искусство.

Второй пример иллюстрирует радикальную позицию Толстого: искусство не имеет права на существование, если оно не служит прямому социальному и нравственному преображению жизни.

Приведённые примеры дополняют друг друга: первый раскрывает общую нравственную платформу Толстого, его требование совести, а второй — его конкретное, суровое отношение к искусству как к чему-то второстепенному и даже мешающему серьезному труду.

Позиция автора текста, И. Е. Репина, выражена через его преклонение перед личностью Толстого, но при этом он сохраняет верность искусству. Репин считает его «даром божьим», в то время как Лев Толстой убеждён: в «серьёзное время» искусство — это лишь «сорняки» на поле, которое нужно пахать ради блага народа. Автор даёт нам понять, что Толстой ставит этику и служение людям выше эстетического наслаждения.

Я разделяю беспокойство Толстого о равнодушии общества, однако не могу полностью согласиться с его отрицанием искусства. Мне кажется, что искусство не всегда является «цветами на поле», оно само может быть тем самым плугом, который вспахивает человеческие души. Настоящие произведения способны пробуждать в людях ту самую совесть, о которой говорил писатель. Например, картины художников-передвижников, к которым принадлежал и сам Репин, открывали обществу глаза на страдания простого народа не менее эффективно, чем пламенные проповеди.

В заключение хочется сказать, что встреча двух гениев — Толстого и Репина — это вечный спор о том, что важнее: красота или польза. Текст убеждает нас в том, что любой творческий путь должен быть освещён светом совести и осознанием ответственности перед людьми. Только тогда жизнь и деятельность человека обретают подлинный смысл.