(1)Детский голосок поёт. (2)Откуда он доносится? (3)Из окон дома? (4)Нет, он идёт словно из-под земли. (5)Я хочу узнать, кто это поёт. (6)Голосок такой лёгкий, светлый... (7)Я иду туда, откуда он вытекает, как ручеёк из-под земли...
(8)Так подхожу я к тёмному отверстию в стене почти на уровне ног. (9)Голосок, несомненно, струится оттуда!
(10)— Кто тут поёт? — спрашиваю я, нагнувшись к тёмному отверстию входа.
(11)Секунда молчания, потом детский голос говорит:
— Ну, я пою...
(12)— Вы так чудно поёте! — говорю я с жаром.
(13)Голосок, помолчав, говорит снова:
— А ты кто?
(14)Я Сашенька... (15)Сашенька Яновская...
(16)А я Юлька... (17)Заходи, — приглашает голосок. (18)— Видишь лестницу? (19)Только осторожно!
(20)К этому времени я успеваю разглядеть, что от чёрного отверстия входа идёт вниз, в темноту погреба, лестница. (21)Спускаюсь... (22)Всматриваюсь... (23)Я в погребе. (24)У стены — топчан, на котором, укрытая тряпьём, лежит Юлька. (25)Около топчана большой опрокинутый ящик — это стол, а маленький ящик — стул. (26)Свет от фитилька такой слабенький, что он колеблется, пляшет от малейшего движения и даже от громкого слова. (27)В погребе какой-то странный запах. (28)Не могу вспомнить, чем это пахнет... (29)Здесь пахнет затхлостью, нежильём. (30)В погребе, где живёт Юлька, пахнет бедностью.
(31)Но Юлька нравится мне страшно. (32)Кажется, и я ей тоже довольно нравлюсь.
(33)— Садись! — показывает она мне на маленький ящик.
(34)— Хочешь, я тебе картинки подарю? (35)— Я протягиваю Юльке заветный лист.
(36)Юлька цепенеет от восторга. (37)Я объясняю ей, что это надо вырезать ножницами осторожненько, в точности по рисунку, наклеить фигурки на картон и играть с ними.
(38)— Не... — Юлька отдаёт мне лист. (39)— А где я тот картон возьму? (40)И ещё клей...
(41)— Ну, хочешь, я дома всё вырежу, наклею и принесу тебе... (42)Хочешь?
(43)Юлька смотрит мне в глаза пристально, очень грустно:
— Не... (44)Не придёшь ты... (45)Все говорят: приду, принесу... (46)И никто не приходит! (47)Мама говорит: кому весело с калекой?
(48)— С калекой? — переспрашиваю я.
(49)— Ах да, ты не знаешь... — спохватывается Юлька. (50)— Ну вот, смотри!
(51)Юлька отбрасывает в сторону тряпьё, которое служит ей одеялом. (52)При неверном, полосатом свете ночника я вижу Юлькины ноги, худые, тонкие, как макароны.
(53)— Ты ходить нисколько не можешь? — спрашиваю я тихо, словно боюсь разбудить или потревожить горестные ноги Юльки.
(54)— Не... (55)Нисколько!
(56)— Это такая болезнь, да? — догадываюсь я. (57)— Знаешь что? — предлагаю робко. (58)— Мой папа — доктор, я приведу его сюда, пусть он тебя вылечит.
(59)Мы с Юлькой некоторое время молчим. (60)Я даже подумываю о том, что мне пора уходить. (61)Тихонько простившись с моей новой подругой, я ухожу из погреба. (62)Завтра прибегу — с картинками!
(63)Бегу домой. (64)Впервые замечаю: почти во всех домах — крохотные оконца на уровне тротуара. (65)Теперь я знаю, что это окна подвалов, где живут люди. (66)Такие, как Юлька и её мама.
(По А. Я. Брунштейн*)
*Александра Яковлевна Бруштейн (1884-1968) — русская советская писательница и драматург.