(1)Мерцает в темноте Сейм и колышет отражение редких огоньков села, рассыпавшегося по холму, закручивая их пружинками, размазывая по плесу, а то бросая остренько и лучисто в нашу сторону. (2)Не слышно птиц, не плещет рыба, лишь мягко шелестят отволгшие в вечерней сырости листья над головой. (3)Замолк мой друг, выговорился, облегчил душу, слушает свою по-осеннему притихшую землю. (4)Какие воспоминания тревожат его? (5)Какие звуки рождаются в его душе? (6)Какая песнь там начинается? (7)Разве узнаешь! (8)Есть тайна таланта, никем еще не угаданная, не поддающаяся объяснению, а тем более понуканию. (9)Когда молчит художник — не мешайте ему. (10)Может быть, он думает в эту минуту о себе, может, обо всех нас, может быть, сострадает живым и горюет о мертвых. (11)Всякое таинство, тем более таинство Творца достойно уважения хотя бы потому, что пока оно нам неподвластно и недоступно, а значит, глубже и сложнее нашего незрелого, но чрезмерно самонадеянного времени… (12)Я говорю это прежде всего для тех, кому все ясно на этом неспокойном свете и кто с легкостью необыкновенной, а порой и с напором, достойным лучшего применения, подает нам советы, бросает боевые призывы, как писать и о чем писать… (13)Утром шумел ветер и гнал над рекою листья, кружил перо и мусор по дороге, потом пошел дождь — и курская земля сделалась разом схожа со всеми землями, какие доводилось мне видеть в непогоду. (14)Помните у мудреца Толстого? (15)«Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья — несчастлива по-своему». (16)А с землями — наоборот: в мирные солнечные дни все они разные, в ненастье и в войну — одинаковые. (17)Мы торопливо шлепали по лесу, такому густому, что под ним не росла трава. (18)Вышли к какому-то пруду и, дурачась, мокрые, поплавали под дождем на затопленной лодке. (19)Бросали спиннинг — ничего не попалось. (20)Потом заблудились на территории какого-то пионерского лагеря, уже пустого и безголосого. (21)Сторож, бдительно следивший за нами, охотно рассказал, как короче пройти к станции, и даже ржавый замок на калитке услужливо открыл, чтобы мы поскорее убрались.
(В. П. Астафьев)