(1)Люди плачут, слушая музыку, плачут от соприкосновения с чем-то прекрасным, казалось бы, умолкнувшим, навсегда утраченным, плачут, жалея себя и то чистое, дивное создание в себе, что было задумано природой, но в борьбе за существование человеком же и погублено. (2)Музыка возвращает человеку всё лучшее, что есть в нем и пребудет на земле. (3)Я думаю, что музыку человек, может быть, услышал раньше, чем научился говорить. (4)Возникает крамольная мысль, что вначале был шум ветра, плеск волн, пенье птиц, шелест травы и звон опадающей листвы. (5)И только переняв у природы звук, человек сложил из него слово. (6)Музыка и природа — это самое верное, святое и неизменное, что осталось с человеком и не дает ему окончательно одичать. (7)Я имею в виду настоящую музыку, а не то бесовство, не ту оглушающую вакханалию, которая закружила человека в бездумной дикой пляске, ввергла его в какое-то инстинктивное подражание воющему и ревущему зверю, которому пришла пора напомнить, откуда мы взялись, и чей образ и подобие утратили. (8)Впрочем, Георгий Васильевич Свиридов, так увлекательно умеющий говорить о музыке и ее природе, утверждает, что именно эти современные бесчисленные громокипящие артели, но скорее банды, называемые ансамблями, помогают сохранить изначальную природу музыки, не дают человечеству потерять ключ её, ибо утеря этого самого «ключа» — есть полное и окончательное разрушение мировой гармонии, без которой оно, человечество, как корабль без руля, быстренько пойдет ко дну. (9)У нас всегда была и до сих пор имеется масса людей, которая угадывает за художника истоки его творчества; и замысел объяснят, и в тайны души его проникнут. (10)Я этого не умею и не хочу делать хотя бы потому, что сам в какой-то мере - человек творческий и самому себе не только объяснить не могу, например, природу творческого замысла, но и понять до сих пор не могу, что это такое. (11)Более того, я, может, и примитивно, но, основываясь на сорокалетнем опыте работы в литературе, пришел к выводу, что и отгадывать сию тайну не надо, потому как, отгадавши её, что станет делать человек? (12)Кончится же его воображение, и он кончится как существо творческое, сделается механической, заводной штучкой, заранее знающей всё и вся. (13)Однако будучи прошлой золотой осенью на Курщине, изрядно уже оскопленной и оглушенной цивилизацией да бесконечными сельхозновациями, глядя на ещё недобитую землю, на древние пологие холмы, на это российское порубежье, в котором ещё не всё небо закопчено и по балкам да по склонам плавных пашенных холмов, несмело обороняясь от машин и от топора, зеленеют и золотятся российские дубравы, я открывал для себя — отсюда, с этой родной земли унёс в сердце и сохранил великий композитор современности тот нежный и непреклонный звук, ту пространственную, высокую мелодию, что стонет, плачет, сжимает сердце русское неизъяснимою тоскою, очистительной печалью. (14)Мощным хором возносится композитор в поднебесье, набатным колоколом зовет Россию и русский народ: выстоять! (15)Выпрямиться, как тот лес, та могучая тайга под ураганами и бурями! (16)Выпрямиться и выстоять во имя будущего наших детей и во имя сохранения того прекрасного, что накопили на земле её редкие мудрые страдальцы, гении человечества, эти вечные отважные странники, так на одиноком челне и продолжающие до сих пор бесстрашно плыть по бурному морю жизни.
(По В. П. Астафьеву)